Кодовое слово: Аненербе (СИ)

Но даже если бы мы встали прямо перед ними, нас просто бы обошли. Люди передвигались в какой-то прострации. Никого не вижу — никого не слышу. Даша пару раз всхлипывала, пока мы шли к цели и всё из-за того, что на улицах были трупы. Люди, которые разбились в машинах, когда потеряли управления или автобусы, которые врезались в столб и водитель, вылетевший через лобовое стекло и висящий на острых осколках.
Тёма держал её за руку, успокаивал, как мог, но Даше надо понять, что такие картины мы будет видеть постоянно. Хуже будет, когда тела начнут разлагаться и город просто утонет в трупном смраде.
Только подходя к дому, я, наконец, обратила внимание на одну незаметную деталь. В городе не было птиц. Ни одной птицы в воздухе или на деревьях! Стояла просто гробовая тишина.
Мы быстро поднялись на мой этаж, я открыла дверь и почувствовала, как же легче дышать, когда тебя окружают родные стены.
Света, естественно, не было, но для чая или кофе можно было просто подогреть воду на газу, тоже мне, проблема. И пока мы сидели на кухне, в тишине ждали, когда закипит вода, я принесла из бара любимый мамин мятный ликёр и стопки.
— Нам надо взбодриться и подумать, что делать дальше. — Произнесла я, разливая мятную жидкость, красивого пастельного светло-зелёного оттенка. Запах стоял умопомрачительный.
— А что мы можем сделать? — Спросила Даша, морщась от алкоголя. Она не умела пить, поэтому быстро пьянела.
— Думаешь, оставаться здесь опасно? — Тёма периодически поглядывал в окно.
— А ты думаешь, что мы, вырезавшие чип, одни такие? — Воскликнула я. — Я уверена, что это не так. Поэтому, думаю, что начнётся зачистка, чтобы вообще никого не осталось.
— И что тогда делать? — Всхлипнула Даша, приходя в себя. В глазах уже не стояли слёзы.
— А мне почём знать? Так спрашиваете, будто я тут мозговой штурман. — У меня действительно не было ни малейшей идеи.
— Может, нужно уходить из города? — Вдруг предложил Тёма, когда я разлила горячую воду по кружкам и насыпала в неё растворимый кофе.
— И куда пойдем? — Спросила я, прикидывая.
— Ко мне. — Даша подала голос, а её стопка с ликёром уменьшилась наполовину. Может, ей стоит больше пить? Она хоть дрожать перестала.
— Куда к тебе?
— У нашей семьи есть коттедж в посёлке. Там можно спокойно жить. Есть генератор света, есть печь в самом доме, баня, колодец и даже погреб! — У Гончаровой загорелись глаза от воодушевления. Это мне нравится гораздо больше, чем её слёзы и нытье.
— И как далеко он находиться? — Уточнил Артём.
— Около двухсот километров от города. — Дашка пожала плечами и нахмурилась.
— Это ж, сколько нам идти-то придётся? — Ужаснулась я, едва не подавившись кофе.
— У тебя есть карта? Обычная, бумажная. — Бондарев встал.
— Есть. — Кивнула я и направилась с кружкой в свою комнату.
Пока искала эту самую карту в столе, из зала услышали оклик Даши.
— Ребят, там Мельниченко ходит! — Голова подруги показалась в дверном проёме. Щёки её от алкоголя покраснели, так что выглядела она не расстроенной, а скорее пьяной.
— Что? Кто? — Переспросил Тёма, захватив с собой карту, меня и понёсся в комнату, которая выходила как раз на большую дорогу, а не во двор.
Мы втроём прилипли к окну. Действительно, Илья! Я долго вглядывалась, пока не поняла, что он абсолютно адекватен!
— Ребят, у него нет чипа. — Выдохнула я, вспоминая, как краем глаза уже замечала шрам на его руке.
Ничего больше не говоря, распахнула окно и крикнула, высунувшись по талию:
— Илья!!! — Кричала громко, чтобы одноклассник за один раз меня услышал.
Мельниченко встрепенулся. Вид у него был потерянный и полон тревоги. Илья начал в панике озираться по сторонам, но не понимал, откуда кричали. Особенно жутко это звучало в абсолютно мёртвом городе.
— Илья! Наверх! Посмотри наверх! — Уже кричала не я одна. Даша и Артём быстро подхватили и начала размахивать руками, привлекая внимания друга.
И, наконец-то, Мельниченко нас заметил!
  
Глава 7
 
13:45
  
О, эти глаза напротив! Сколько в них было радости и облегчения!
— Иди к нам! Шестой этаж, квартира 257! — Кричала я, активно жестикулируя.
Мельниченко споткнулся, но всё же удержался. Он ринулся в сторону парадной и скрылся из нашего поля зрения. Я же тем временем побежала к двери, распахнула её, выбежала на лестничную площадку, вслушиваясь, как Илья несётся по этажам.
— Илья! — Радостно выдохнула я ещё одному более или менее живому человеку. Одноклассник молниеносно подбежал и стиснул меня в объятиях. Сжимал так крепко, что клянусь, я слышала сдвиг собственных костей!
— Илья! — К нам вылетели Тёма и заметно повеселевшая Даша.
— Господи, ребят, что происходит?! — Выдохнул одноклассник, когда я налила и ему ликёра. Нам трои сейчас тяжело, но мы с самого начала были вместе, что нельзя сказать об Илье.
— Ты давно вырезал чип? — Спросила я, указывая на его руку. Да, микросхемы действительно не было.
— После того, как их вырезали вы. — Залпом опрокинув стопку, Илья вроде начал наливаться краской. А то ходил как приведение.
— Что? — Выдохнула Гончарова. — Откуда ты это знал?
Илья рассказал, что через пару недель, после того как я вырезала себе чип, он услышал мой разговор с Бондаревым и Гончаровой, когда я настоятельно уговаривала их сделать тоже самое, ибо чип этот может быть опасен. Тогда ко мне пришёл сначала Тёма, чтобы я помогла ему. Видимо, моё наставление не прошло даром. Кроме нас троих, в наши ряды присоединился еще и Мельниченко.
— Никто не заметил, что ты его вырезал? — Осторожно спросила я, разогревая обед. Нам надо набраться сил перед тем, как строить планы.
— Нет. Всё прошло спокойно. Больно, правда. — Улыбнулся одноклассник, спокойно грея руки о чашку с горячим кофе. — Только я никак не мог понять, как вы смогли это сделать. Лиз, что подтолкнуло тебя к этому?
Я прикусила щёку с обратно стороны, пытаясь сообразиться, рассказывать ли Илье об этом. Но раз он здесь, раз он без чипа и он один, стоит попробовать.
— Смотри. — Я протянула обе руки. Показала со всех сторон, включая ту, где была татуировка.
— А где твой ожог? — Удивился парень. — Постой, а это что такое? — Прихватывая левую руку и разворачивая запястьем к себе, спросил Илья.
— Это то, из-за чего я и вырезала чип. — Мельниченко всё же меня отпустил и принялся слушать. Очень внимательно слушать.
— Почти сразу после вживления микросхемы у меня зачесалась рука. Сильно, до крови. И через какое-то время на запястье начала проступать эта татуировка. Раньше, когда чип ещё был в руке, она была ярче. Испугавшись, что чип занёс мне инфекцию, я вырезала его. Вообще я изначально была против чипирования, но меня поймали, и пришлось делать. Но именно тату стало последней каплей. Однако рисунок никуда не исчез. Лишь стал мутным и перестал двигаться. А ещё, — я подошла к раковине и включила холодную воду, — она исчезает при контакте с ледяной водой.
Наглядно показала, что после того, как я с минуту подержала руку под водой, тату растворилось. Будто бы смылось.
— Вот это да! — Воскликнул Илья, глазам своим не веря. — А ожог? Я точно помню, что он был на этой руке.
— Вот куда делся ожог и как он вообще появился, я не понимаю. Хоть убей. Я себе-то объяснить не могу. — Села обратно на табуретку, вытирая мокрую руку о полотенце. — Возможно, что это как-то связано с татуировкой. Но у меня нет никаких догадок. — Я пожала плечами и отрицательно повертела головой.
— А то, что происходит с людьми? Что вообще в мире происходит, кто-нибудь знает? Почему они все куда-то ушли, а мы нет? — Илье будет тяжело всё это принять. Сейчас на него упадёт информация весом в пять тонн и как он её выдержит, неизвестно.
— Помнишь, ты мне говорил, что объект, который движется на Землю, техногенный? — Илья кивнул. — Так вот, мы втроём пришли к выводу, что сюда вернулась Империя Альфадена. — Глаза Мельниченко медленно округлились.