Нечаяный сюрприз для графа (СИ)

Глория и Монсервили замерли, только мы с Пэгги продолжали есть, демонстрируя неплохой аппетит.
Леди Глория возмущенно промолвила:
- А Вы довольно сообразительны!
- Я тоже обратила внимание, что пейзажи здесь просто восхитительны! – неожиданно вступила в разговор Пэгги, приветливо глядя на Глорию.
Хозяева замка непонимающе смотрели на нее, я ободряюще погладила руку тетушке и успокаивающе улыбнулась ей, когда она встревоженно посмотрела на меня. Затем я предупреждающим взглядом обвела всех троих, задержавшись на Глории. Мне хотелось, чтобы они поняли, что я не позволю обижать Пэгги. Не знаю, насколько мне это удалось, но Ирэйна попыталась смягчить возникшее напряжение.
- Вы уже побывали в поместье родителей Торина? – спросила она.
- Да, он познакомил меня со своими родителями, - ответила я.
- О, Оливия сказала, что учится в университете! – с гордостью сообщила Ирэйна.
Но она не учла специфики обучения женщин в этом мире, зато Глория тут же нашла, за что зацепиться:
- Значит, Вам пришлось пойти в университет? Неужели для Вас все складывалось так ужасно?
- Вы правы! Оливия прекрасна! – подхватила Пэгги, с благодарностью глядя на графиню.
Та недовольно покосилась на нее, но продолжала:
- Складывается впечатление, что кое-кому пришлось подсуетиться, так как сестры наступали на пятки!
- Осмелюсь Вам возразить, Оливия – искренний человек, она никогда бы не позволила себе играть с Торином, как Вы выразились в «прятки», - горячо возразила Глории моя отважная защитница.
Графиня сверкнула глазами и недовольно поджала губы, на лицах Ирэйны и Алена я заметила улыбки. Тетушка Алена не могла смириться с подобными утверждениями, поэтому продолжала настойчиво аргументировать свою позицию:
- Я знаю Торина много лет и убеждена, что он достоин самого лучшего, потому что Торин – прекрасный человек!
- Совершенно с Вами согласна: лучше, чем Оливия, Торину не встретить вовек! – радостно кивала Пэгги, с умилением глядя на пожилую даму.
Настойчивостью леди Глории можно было восхищаться:
- Будьте уверены, что я не позволю причинить Торину зло!
- С Вами трудно не согласиться, Торину с такой невестой очень повезло! – вторила ей Пэгги.
- Графу Торину Ривгану подойдет в жены умная, добрая, заботливая, образованная девушка благородного происхождения, пользующаяся влиянием при дворе и расположением короля! – продолжала настаивать леди Глория, бросая мне вызов и при этом гневно сверкая глазами.
На этот раз мне удалось опередить тетушку и ответить самой:
- Вы, леди Глория, практически описали мой портрет, если не обращать внимания на некоторые нюансы.
- Любопытно послушать, что же это за нюансы?
- Надо отдать должное Торину, у него в борьбе за руку и сердце Оливии были неплохие шансы, - постаралась сделать приятное Глории моя вся светившаяся от удовольствия родственница.
Глория пыталась сверлить недовольным взглядом Пэгги, но та с таким искренним восхищением смотрела на нее, что графине пришлось сдаться. Вздохнув и укоризненно посмотрев на улыбающуюся Ирэйну, она, наконец, заинтересовалась поданными блюдами. Я поймала ее взгляд, брошенный на Пэгги, с уверенностью можно было сказать, что в нем сквозило уважение. Ирэйна и Ален не скрывали своих восхищенных взглядов, обращенных на мою тетушку. Я ласково посмотрела на леди Пэгги и решила для себя, что никуда больше не отпущу ее, она будет жить с нами, когда Торин вернется. И я уже задумалась о том, как бы ее уговорить остаться, если вдруг она все же захочет уехать.
Глава 37
Позже Ален пригласил меня в свой кабинет, где я могла открыто рассказать ему о том, что меня тревожило последние дни. Он внимательно выслушал мой сбивчивый рассказ.
- Леди Оливия, мне кажется, что Вы преувеличиваете. Причины, по которым он не ответил на Ваше письмо могут быть самые разные. Сейчас сложный период отношений с Саравией, и не исключено, что Торин очень занят, - успокаивал он меня.
 
- Торин писал мне, что Саравией сейчас правит младший сын Зилантана Хас, -проговорила я. – Но ведь он очень молод, и очевидно, что за ним кто-то стоит. Вы знаете, кто это?
- В его свиту входят родственники и представители старейших знатных родов.
- А кто-нибудь из этих многочисленных родственников может занять престол в случае, например, гибели Хаса? – расспрашивала я, понимая, что Ален совсем не обязан отвечать на мои вопросы.
- Маловероятно, слишком много претендентов, и каждый считает себя наиболее достойным, их междоусобные войны приведут Саравию к краху.
- То есть, право на престол лишь кого-то из сыновей Зилантана ни у кого из знати не вызывает сомнений. Значит, им невыгодно избавляться от Хаса, -сделала я вывод.
Ален молча кивнул, но я видела, что терпение его на исходе.
- А разве Хас против налаживания отношений с нашим королевством?
- Нет, он как раз заинтересован в этом, - ответил Ален. – Поэтому он тоже настаивал на кандидатуре Торина.
А вот мне это, напротив, кажется довольно странным. Если все так просто и гладко, почему именно Торин? Почему никого не насторожило, что шестнадцатилетний султан настаивал именно на его кандидатуре?
- Если обе стороны одинаково стремятся к сотрудничеству, тогда о каких трудностях Вы говорите, Ален?
Он нахмурился:
- Леди Оливия, не думаю, что могу говорить с Вами об этом.
- А Вы можете поехать в Саравию и спасти друга? – напрямую спросила его.
- Если возникнет в этом необходимость, я готов отправиться куда угодно, чтобы помочь Торину, - твердо сказал он и, сдерживая недовольство, добавил: - Но пока я не вижу причин для этого.
- А мои слова Вас не убедили, - печально констатировала я.
Ален красноречиво промолчал.
- Спасибо, что выслушали меня, граф, - холодно произнесла я, стараясь, чтобы в голосе не звучало охватившее меня отчаяние. – Благодарю за радушный прием, но завтра буду вынуждена покинуть Ваш гостеприимный дом.
- Но, леди Оливия, Вы можете остаться, - растерянно сказал Ален.
- Вашей жене нельзя волноваться, а я не знаю, сколько смогу изображать из себя счастливую беззаботную невесту, поэтому, для всех будет лучше, если я завтра утром уеду отсюда, - сказала ему и вышла из кабинета.
По дороге я встретила дворецкого и спросила, где можно найти воинов, которые прибыли со мной. Он проводил меня к комнатам, в которых их разместили. Я сообщила им о своем решении и думала, что услышу какие-то вопросы, но воины и Верн кивнули, с тревогой вглядываясь в мое лицо, и только уточнили время отъезда.
Возвращаясь к себе, заглянула в комнату тетушки. Она сидела в кресле у окна и не слышала, как я вошла. Приблизившись к ней, поймала ее обеспокоенный взгляд, взяла тонкую старческую руку и, наклонившись к ней, проговорила:
- Вы были великолепны, тетушка, спасибо, - и, не удержавшись, поцеловала ее в щеку. Она покраснела, смутившись и улыбнулась. – Завтра утром мы уезжаем.
Пэгги кивнула, не сказав ни слова, лишь только крепче сжала мою руку.
Мы не могли уехать до завтрака, это выглядело бы неуважительно и подозрительно. Честно говоря, я мучилась, не зная, как объяснить Ире столь поспешный отъезд, обманывать не хотелось, а правду сказать не могла, помня о ее деликатном положении. Но неожиданно помог ее муж, который предупредил меня, что намерен сопровождать нас, поскольку должен ехать в столицу, чтобы ознакомиться с дипломатической почтой из Саравии, которую со дня на день должны доставить во дворец.
- Оля! Что случилось? Почему ты так внезапно уезжаешь? – взволнованно спросила Ира, забежавшая в мою комнату, когда я уже собиралась идти в обеденный зал. – Ты обиделась на тетушку Глорию?
- Конечно, нет! У тебя замечательная тетушка, и, потом, она так трепетно относится к Торину! – откровенно сказала я, а потом добавила: - Извини меня, Ира, но я узнала от Алена, что он едет в столицу из-за почты из Саравии. Я очень надеюсь, что вместе с ней придет и мне письмо от Торина. Нет у меня сил оставаться здесь и мучиться неизвестностью, да и неразумно отказываться от такого надежного сопровождающего, как твой муж. Еще раз извини меня. На самом деле, я была очень рада познакомиться с тобой!