Проклятие Усердия. Том 2 (СИ)
И они подобрались, разразившись целым каскадом заклинаний.
Проклятый изогнулся невероятным образом, пронося себя и свою бесценную ношу через огненный вал целой и невредимой. Страшный треск полыхающего леса стал таким же его спутником, как и опаляющий кожу жар. А на выходе из пекла Виктору пришлось разбивать ряд вырывающихся из земли каменных штырей и подставлять крыло под град слабеньких, но способных оставить серьёзные ожоги огненных стрел. Его щадили, пытаясь взять живым, и оттого Виктору было ещё противнее. Он не любил слабость, ведь та вела к потерям. А терять…
Терять проклятый не любил.
Виктор и сам не понимал, как он прорывался через поднимающиеся колонны земли, не натыкаясь на электрические разряды и локальные врата в геенну огненную, порождённые огненной стихией. Каждую секунду ему что-то, да грозило, но он умудрялся на это реагировать и разумом, и телом, и крыльями. Да, пару раз приходилось жертвовать одной из этих конечностей, но на фоне иного, куда как более мрачного исхода такая мелочь затерялась, словно её никогда не существовало.
В какой-то момент Виктор даже поверил в то, что им удастся добраться то Тарбиллиана, где в дело вступит городская стража. И не будет никакого боя с магами и порядком от них отставшими сигнатурами, которым, при текущем темпе, до нынешней позиции беглецов добираться чуть ли не десять минут.
Но всё поменялось в тот самый миг, когда в бой вмешался четвёртый маг, прежде лишь наблюдавший за своими «коллегами».
Лопнул барьер, который Линнет, среагировав на новую опасность, успела своевременно развернуть. Но мог ли маг первого круга что-то противопоставить магу четвёртого? Едва ли: хрупкая прозрачная стена рассыпалась, не остановив и даже не задержав кандалы из тёмного тумана, в одно мгновение сковавшие и стянувшие крылья Виктора у самого основания.
— Выкуси,…ть! — Выругался проклятый, развеивая и вновь материализуя крылья. Кандалы остались позади, бессильно упав на землю и удивив магов, которые уже сбавили скорость и приготовились окружать беспомощную цель. Оно и логично: крылья «святого» — это вам не заклинание, которое нужно заново формировать на протяжении бесконечно долгих секунд. Да и сам Виктор ни разу не маг, а вирфорт, отбившийся от посягательств целого верховного божка!
Линнет же, поняв, что её боевая магия здесь бессильна, прикусила губу и вскинула руки за спиной несущего её проклятого, начав создавать самые яркие светляки, на какие только была способна. Они какое-то время держались у её ладоней, после чего отрывались и поднимались на несколько метров вверх, располагаясь точно между беглецами и магами, парящими в небе. Сил это известное даже ребёнку, — одарённому, естественно, — заклинание требовало крохи, существовало не дольше минуты, но в условиях наступившего вечера работало превосходно. Здесь и сейчас преследователи ориентировались в большей мере на своё зрение, а не на восприятие, так как оно, во-первых, по всем параметрам, в десятки раз уступало таковому у проклятого, а во-вторых значительно теряло в эффективности там, где буйствовала мана.
А проводимый ими обстрел вызывал именно что буйство этой энергии.
Виктор не видел, что именно сделала Линнет, но сам факт формирования неких заклинаний почувствовал. Как почувствовал и то, что враги зачастили с промахами, а порой и вовсе били куда-то в сторону: то девочка, уверившись в эффективности задумки, поднапряглась и начала разводить светящиеся сферы в стороны.
Тем временем Виктор уже мог окинуть восприятием как бы не всю северную стену Тарбиллиана, которую не было видно глазами только и исключительно из-за леса. Меньше четырёх километров оставалось до места, которое просматривалось усиленной магами рода Бельвиос стражей.
«Нормальные люди подходы к крепостным стенам зачищают, знаете ли!» — в сердцах и про себя выругался парень, когда очередная магическая вспышка прошла в опасной близости от его спины. Преследователи адаптировались, а новых идей касательно способов от них оторваться не было совсем…
— Лин, сможешь пустить в небо сигнал? Красный с золотом? — Виктор сильно жалел о том, что он ничего не знал о тревожных сигналах рода, каковых не могло не быть. Но сымпровизировать, чтобы просто привлечь внимание это им точно не мешало.
— Дай мне минуту!..
Проклятый почувствовал, что маги врага пошли на снижение, да и в целом заметно ускорились, перестав экономить силы. Поняли, видимо, что если не в последующие пять минут, то уже никогда им не нагнать добычу и не захватить молодого, слабенького «святого». Но хотя бы остальные сигнатуры по большей части отстали, и на расстоянии в восемь-девять километров остались только спешащие на помощь товарищам маги. Никто другой летать не умел, так что вариантов тут и не было.
Ещё минуту продолжалась погоня, прежде чем Линнет вскинула руку к небу и выпустила вверх целую вереницу искрящихся алых, с золотыми переливами огней. И точно в этот момент перед беглецами вздыбилась не земля, нет: сами тени поднялись сплошной стеной. Виктор попытался разорвать барьер крылом, но то смогло едва-едва пробиться через него. О том, чтобы пролезть самому не шло и речи, но Линнет…
Сжав зубы и разогнав ману в каналах сверх максимума, Виктор перехватил свою ношу за подмышки и всеми крыльями врезался в барьер, проделав в том небольшую дыру. Дыру, в которую была выброшена Линнет за секунду до того, как неизвестный маг врага отреагировал на попытку прорыва и укрепил теневую стену, обрубив крылья проклятого и заставив его формировать их заново.
— Что ж, балласт сбросили. Осталось продержаться… — Пробормотал Виктор себе под нос, разворачиваясь лицом к врагу и тут же уходя от уже привычных ветвистых недомолний, которым до оригинального природного явления было очень-очень далеко.
Оно и к лучшему, впрочем.
Первые двадцать секунд Виктор только и делал, что уклонялся, пытаясь найти закономерность в действиях врага. И как только ему показалось, что она нашлась, проклятый попытался вырваться из клетки через отсутствующую «крышу» — но от неба его отрезал град холодящих воздух льдин, следом за которыми хлынули и отчётливо ощущающиеся воздушные лезвия. Виктор только чудом не потерял крылья, которые такими темпами просто не выйдет заново отращивать. Он терял их полностью или частями так, что к нынешнему моменту от резерва осталась едва ли половина. И это было очень плохо, так как вся четвёрка магов поторопилась спуститься ещё ниже.
А после барьер был доведён до своей финальной формы, и потоки теней закрыли небо. На отрезанное ото всего остального мира пространство опустилась абсолютная тьма…
Но Виктор, поведя носом и опустив веки, лишь оскалился.
— Думаете, это меня заперли с вами? — Попытка подбодрить самого себя оказалась очень даже к месту. — Нет! Это вас заперли со мной!..
Там, где зрение было бесполезно.
Там, где бал правили опыт и восприятие.
Там, где враг рассчитывал получить абсолютное. подавляющее преимущество…
Охотники и добыча поменялись местами!
Глава 8
Линнет продиралась через лес, не обращая внимания на появляющиеся на нежной коже ссадины и царапины. С её вскинутой вверх правой руки в небо то и дело устремлялись всё новые и новые искры, а из глаз по щекам лились серебрящиеся в темноте слёзы. Виктор, этот дурак, просто выбросил её из ловушки, оставшись в одиночестве против четырёх магов, заклинания которых её, не самой бездарной магессы, барьеры не задержали ни на секунду! Помогла только рассказанная тётушкой хитрость со светом в ночи, да только и этого хватило лишь на несколько минут…
Но несмотря на бурю эмоций, разрывающих душу, Линнет ар Веноза не собиралась бросать всё на самотёк. Она обязана была добраться до города и сообщить Бельвиосам о произошедшем. Поднять на ноги стражу и всех, кого только удастся. Ведь иначе Виктора или убьют, или схватят. И произойдёт это по её вине, ведь если бы не она, то новоиспечённый святой просто не вышел бы из города без сопровождения.