Эликсир равновесия (СИ)
Посмотрели. Завопили в голос, заставив отбыть в мир грез еще кого-то из противников Виолы. Схватились друг за друга и замерли, очень усложняя ситуацию.
Последние два десятка моральных уродов и два нихилла развернулись на крик просто машинально, и в ту же секунду взвился в воздух Эдмус.
— Виола, колпак! — в нужные моменты он тоже умел быть немногословным.
Виола соткалась из воздуха рядом с нами, обрисовала пальцами контур… абсолютного щита!
Контур щита отсек нихиллов от окружающей среды, от поддержки последних сторонников, которых посбивал с ног волной вздыбившейся земли нерастерявшийся Андрий. И прежде, чем слуги Хаоса смогли отмахнуться от контура, как они это делали раньше, с высоты к ним покатилась волна той самой стихии, которую они не могли отрицать.
— Эдмус… — я ожесточенно терла глаза, глядя на спирита. Тот оказался под колпаком Виолы, где вроде как и воздуха не должно быть при таком-то раскладе. А умирать не собирался. В отличие от двух нихиллов, которые просто стекли на траву.
— Уже давно дышит не только воздухом, — устало сказала Виола. Она сняла вакуумный колпак и недоуменно посмотрела по сторонам. — Уф. Какой разгром.
Я наконец решила выйти из роли свидетеля и не сделать — так сказать хоть что-нибудь.
— Э-э… а те люди, которых ты… «фью»? — я указала вверх. Виола послушно задрала голову.
— А-а, я их страховала на мягкое приземление. Могут, конечно, на провода какие-нибудь приземлиться. Но очень мягко.
Вернулся Веслав — пешком. Он проводил воспитательную работу с нашими свидетелями.
— Эликсир забвения?
— Да ну, зачем. Им хватило картинки моего возникновения из их собственной тени и фразы: «Если кому хоть слово… я за вами слежу!»
Веслав изо всех сил старался выглядеть и звучать зловеще, но глаз у него еще подергивался после недавнего приключения, а вид был такой унылый, что я заметила:
— Я б не купилась.
Повелитель просто обязан был дать сверхязвительный ответ, но его прервал очень нервный голос Андрия:
— Вы закончили там? Может, и с этими поговорите?
Веслав покладисто кивнул и отправился чинить разборки с очередными свидетелями. Йехар мудро предположил, чем это кончится, и пошел контролировать. Мудрый Эдмус присоединился к компании мужчин.
Мне осталось только негодовать: бросить на меня триаморфиню в непонятном состоянии!
— Э-э, ты не ранена?
Виола понуро качнула головой.
— Устала немного.
— Энерготоник…
— Да, потом.
— А… гм… вот это заклинание абсолютного щита, — я сама испугалась щебетания, которое у меня получилось, — вроде как, высочайший уровень, большие энергозатраты, и как ты думаешь…
Виола остановила меня жестом. Над нами повисла тишина, в которую понемногу вкрадывались звуки мужской разборки:
— То, что мы видим в их сердцах… Они просто чудовища! Силы Гармонии, а ну, пропустите меня…
— Да! Йехар и Глэрион покажут вам сеанс кремирования! Совершенно бесплатного!
— Рыцарь, а ты как будто собирался меня контролировать?
— Господи… господи… — и это не один из сектантов, это бедный Андрий. — Пошли мне терпение и хоть кого-нибудь здравомыслящего…
Виола тряхнула головой и поднялась на ноги. Я почти не видела ее лица из-за завесивших его темных коротких волос.
— Так вышло, что в жизни я безгранично поверила только одному человеку, — сипло и через силу сказала она. — Не обижайся, Оля. Вам я верю тоже, но он… так вышло. Я за него в ответе.
Последнюю фразу она могла бы и не прибавлять. Фраза получилась лишней.
— Пошли, посмотрим цирк, — добавила триаморфиня и направилась туда, где наши парни все еще делили сферы влияния.
— Не смей нам говорить, что мы ничему не научились, Веслав! В первую очередь — я светлый странник, и когда я вижу зло, столь укорененное…
— Да люди как люди… нет, я не против, но на кой вех кремировать? У меня тут было кое-что — и пепла не останется…
— А это «кое-что» — не теневая развертка? А то вы хоть предупреждайте, чтобы я мог взлететь… тум-тудум-дум-дум!
Андрий, который чудом не улегся отдыхать рядом с соратниками нихиллов, встретил нас почти восторженно. Его молитвы были услышаны. Коротким и виноватым жестом он указал на землю.
Восемнадцать парней и одна девушка молча ели нас глазами. Вырубить их Андрий не мог из принципа, поэтому погрузил в землю наподобие Саида из «Белого солнца пустыни» — оставил торчать только головы. Алхимик и Йехар спорили, что делать с головами, а заодно уж и с остальными частями тел. Эдмус вставлял комментарии, выбивая по макушкам пленных дикие ритмы тамтамов.
Сложность была в том, что вокруг валялось еще около сотни «людей как людей», и кремация по отношению к ним была явно не выходом. А эликсира забвения у Веслава с собой не было. И едва ли стоило демонстрировать Веславское появление из собственной тени с фразочками типа: «Я тебя ви-и-ижу!»
— Их контролировали, — Андрий кивнул на тех, что были без сознания. — Очнутся — и сами не поймут, как тут очутились. А вот эти нас видели, тут сложнее.
Виртуозно сообщил то, что мы уже знали до этого.
— Обработаем моей стихией, да и дело с концом, — предложил Эдмус.
— Восемнадцать лиц мужского пола и одно — женского, — пробормотал Йехар. — Не поручусь, что это приведет к чему-либо хорошему.
— А вдруг они это… начнут любить весь мир и родину… — робко предположил Андрий. Пара-тройка бритоголовых тут же пообещала начать любить его самого, в самом ближайшембудущем. Эдмус пожал плечами, показывая, что у него кончились идеи.
Зато у меня появилась. И не сказать, чтобы безупречная.
— Андрий. Забросай-ка тех, кто без сознания ветками или земелькой, чтобы со стороны нельзя было рассмотреть. Веслав. Тебе придется применить развертку тени.
— Всегда мечтал это сделать, — ехидно кривя губы, отозвался Повелитель. — Любимая, а ты хоть разозлишь меня, прежде чем я вас всех укокошу? Или останемся друзьями?
Я постаралась соорудить в ответ по-алхимически непроницаемую физиономию. С затуманенными мечтательностью глазами — как он меня назвал? — получилось немного странно.
— Ольга, ты не шутишь? — первым дошло до Йехара.
— Зачистки памяти — дело Серого Отдела. Единственная возможность, чтобы они прибыли сюда как можно быстрее…
Отлично. Все основательно поняли, что я не шучу. Побледнел даже Эдмус.
— Но тогда нужно, чтобы мы убыли отсюда до того, как они прибудут!
— Веслав!
Головы девятнадцати отморозков поворачивались влево-вправо, оценивая разворачивающуюся перед ними картину тотального несогласия.
— Через тень?! Ольга, а если мы застрянем?
— Я лучше бы на крыльях…
— А я через землю…
— А лучше бы пешком, — веско договорил Йехар. В голосе его слышались нотки Поводыря. — Если на что-то у нас нет времени, так это на споры. Веслав, мы отойдем на порядочное расстояние и поставим щиты…
— …и отвернемся, чтобы ты не стеснялся, — умильно ухмыльнулся Эдмус.
Веслав смотрел на нас так, будто видел впервые. Дружина просила его применить свои способности!
— Уйти лучше мне, — сказал он наконец. — Вы защищайте щитами еще и этих… — у «колобков» хватило ума не комментировать его брезгливый кивок. — Постараюсь сделать развертку вертикальной, чтобы вас не задело.
— Выброс должен быть эффектным, — напомнил Андрий, но пискнул и смолк, вспомнив настоятельные просьбы команды не соваться.
— Будет, — пообещал Веслав и зашагал в том направлении, которое выглядело безлюднее. Мы молча ждали начала представления. Конечно, кроме Эдмуса.
— У меня два клыка вывалились, так стучал ими от страха, — пожаловался он, косясь на Виолу. — Ты ужасна в гневе, ты знаешь это? И зачем нам какие-то формулы? Отправить в Небирос одну тебя с напутствием: «Там хотели бы смерти Тео» — ты там камня на камне не оставишь…
Виола не отреагировала. С неприлично сосредоточенным видом она пялилась в пространство, машинально потирая шрам на щеке. От раздумий ее не отвлек даже черный столб теневой развертки, который взвился метрах в ста от нас.