Падение "Утренней звезды" (СИ)

А потом голоса заговорили все разом. Лиза различала в этом хоре родной голос Лучезара, чуть надтреснутый — Станислава Вениаминовича, грудной бас Первого помощника Смита, еще какие-то незнакомые голоса, мужские и женские:
— Отключить взрывное устройство, отключить, отключить…
Такер вопросительно покосился на Лизавету, перевел взгляд на программера:
— Мысин, что это? — он спросил вполголоса.
— Похоже, что искусственный интеллект станции снизошел до разговора с нами, командир, — юноша неуютно повел плечами. — И ему очень не нравится то, что вы заложили бомбу.
— Конечно, ему не нравится, — Такер самодовольно хмыкнул. — Что лишний раз доказывает правильность принятого мною решения.
— Отключить взрывное устройство! — голоса слились в один, и на сей раз в нем действительно были эмоции — требование и, как будто, страх…
— Черта с два, — командир улыбнулся и утер губы тыльной стороной перчатки.
— К вам будут применены меры воздействия, — в компьютерном голосе прозвучала угроза, такая явная и настолько человеческая, что у Лизы на голове зашевелились волосы.
А в следующий момент она почувствовала, как ее руки и ноги налились тяжестью. Она с удивлением приподняла над полом магнитный ботинок — казалось, он весил целый центнер и продолжал стремительно набирать вес. Лиза ссутулилась — стоять прямо вдруг стало очень трудно, штурмовая броня неумолимо тянула ее вниз.
— Что происходит, Майк? — она старалась скрыть тревогу, но голос все равно дрогнул.
— Увеличивается сила тяжести. Мысин, — командир обратился к программеру, — можешь сделать что-нибудь? Если она продолжит нарастать с такой же скоростью, то через пару минут нас всех расплющит.
Юноша помотал головой:
— Мне нужен терминал или хотя бы нормальная консоль. И то, я не уверен…
Очень быстро стало тяжело дышать, ребра сдавил невидимый пресс. Стоять было невыносимо трудно, колени у Лизы подогнулись, и она опустилась на пол. Следом за ней лег Мысин, а чуть погодя Берта. Такер еще держался, широко расставив ноги и чуть согнув колени. Он пытался что-то настраивать в своем персональном компьютере, закрепленном на предплечье, но результата его действия не имели.
Наконец, командир тяжело выдохнул. Вместе с воздухом с его губ слетели брызги крови. И Такер тяжело рухнул на пол.
— Черт… — он бросил на Лизу мутный взгляд и последним отчаянным усилием попытался подползти к ней ближе. Протянул руку, сжав ладонь девушки в своей.
А Лиза уже лежала, прижавшись щекой к полу, не в силах поднять головы, и едва могла дышать. Скосила глаза на лежавшего рядом Майка. С губ его стекала струйка темной крови, а из уголков глаз — слезы. Лиза слабо сжала его руку в ответ, закрыла глаза… и в следующее мгновение почувствовала, что смертельные тиски чуть ослабли.
— Еще раз повторяю, вам необходимо отключить взрывное устройство, — металлический голос компьютера вновь был похож на голос Горского, хотя имитировать присущую Горскому бархатистость он не смог. — В противном случае, сила гравитации будет выведена на максимум, и все вы умрете.
Такер попытался приподнять голову. С трудом, у него это получилось:
— Валяй. Тогда реактор точно будет взорван. Только побыстрее…
— Инстинкт самосохранения является основополагающим для биологического разума, — и снова в компьютерном голосе послышалось замешательство. — Результаты анализа неверны… неверны… не можем проанализировать…
Снова синтетические голоса зазвучали все разом. Они перебивали друг друга, спорили друг с другом. А Лизе казалось, что она сходит с ума…
— Искусственный интеллект сошел с ума, — Такер, словно, прочел ее мысли. — Кажется, он перемудрил сам себя.
Членораздельные слова, звучавшие из внешнего динамика, сменились щелчками и писком. Сила тяжести все еще была слишком велика, чтобы дать им возможность подняться. Лиза сжимала руку Такера, гадая, как долго им еще придется мучиться. Но вдруг какофония звуков стихла, а тяжесть отпустила. В животе у Лизы тут же образовалась невесомая пустота, голова закружилась, и накатила тошнота, но она сдержала рвотные позывы.
 
А вот Мысин не сдержался. Юный программер едва успел отползти в уголок, и его вывернуло. Над ним зависла Берта, заботливо поддерживая юношу за плечи.
— Лиззи, ты в порядке? — Такер помог Лизе присесть, хотя ему самому помощь требовалась не меньше.
В ответ девушка только молча кивнула.
— Лизонька… — из внешних динамиков снова послышался голос, и Лиза застыла.
— Перезагрузился что ли? — скривившись, Такер утер кровь с лица.
— Нет, Майк, — Лизавета прислушивалась к интонациям. — Это не компьютер, это Лучезар. Лучезар, это ведь ты?
— Да, Лизонька, — голос звучал мягко и ласково. Компьютер не смог бы так говорить, так мог говорить только сам Горский. — Мне удалось переключить часть управления с автоматики на себя, но я не уверен, что это надолго. Система зависла, но как только она восстановится, боюсь, все может повториться. Времени у тебя мало, Лизонька…
— О чем это он, Лиззи? — Такер подозрительно покосился на девушку. — Где ты, Горский? Все также прячешься в медицинском центре?
— Именно так, подполковник, — голос Горского не дрогнул.
Такер встал на ноги и рывком поднял Лизу. Скривился от вида скорчившегося Мысина, но удержался от едкого комментария, готового сорваться с губ. Вместо этого проговорил:
— Идем. Проверим мед отсек. Поговорим напоследок с вашим героическим Горским.
  
Глава 15
 
Снова они шли по пустым коридорам. В одних было совсем темно, и путь им освещали только налобные фонари, выхватывая из мрака туннельчики света, в других еще сохранилось аварийное красноватое освещение. И Лиза не была уверена, что казалось ей страшнее: кромешная темнота или кроваво-красный мигающий свет, так похожий на отблески пожара. Лучезар на связь больше не выходил, не было слышно и голоса компьютера. И если второму Лиза была несказанно рада, то молчание любимого угнетало и будило тревожные подозрения.
Казалось, Майку стало чуть лучше. Он шел бодрее, расправив плечи и подняв голову. Однако спрашивать о его самочувствии Лиза не решилась, побоявшись в очередной раз задеть самолюбие спесивого командира.
Наконец, перед ними оказался шлюз, ведущий в медицинский отсек.
— Тоже запаролено, — Мысин попытался, было, его открыть, но быстро сдался.
— На сей раз у меня есть код доступа, — Лиза решительно подошла к замку. Ответила на недоуменный взгляд программера, — У всего медперсонала есть экстренные шифры для доступа к медицинским отсекам и запуска необходимого оборудования в угрожающих жизни ситуациях. Они должны сработать. Это как… сигнал SOS — непреложное правило для всех.
— Вот только я не уверен, что местному сумасшедшему компьютеру есть дело до наших человеческих правил, — Такер недовольно проворчал и ссутулился, приложив руку под левую часть груди.
Заметив его движение, Лиза озабоченно нахмурилась:
— Компьютеру, может, и нет, а Лучезару должно быть.
И с этими словами она ввела в замок нужную комбинацию. Довольно пискнув, принимая правильный код, шлюзовая дверь открылась.
Внутри медицинского отсека работало нормальное — не аварийное — освещение, и воздух был почти таким же свежим, как в оранжерее. Просторный зал с большим количеством аппаратуры — преимущественно экспериментального образца. Мед отсек Утренней звезды был, в первую очередь, испытательной лабораторией, а не больницей.
Едва переступив порог, Лиза позвала:
— Лучезар!
Такер тут же шагнул к ней и закрыл рот рукой в перчатке. Прошипел:
— Тише.
Лиза досадливо мотнула головой, высвобождаясь от его руки. Процедила сквозь зубы:
— Он все равно уже знает, что мы здесь, к чему нам от него прятаться? Лучезар контролирует все внешние камеры станции и всю связь.
Такер только недовольно хмыкнул на эти слова.
— Мысин, можешь проверить отсюда системы видеонаблюдения? Мне нужно местоположение Горского и Конвея.