Меня зовут господин Мацумото! (СИ)
— Скажешь тоже, — с улыбкой поправив чёлку, она подула на исходящую паром лапшу, пробуя её на готовность. — Если ещё стану.
Похоже, ей недоставало уверенности.
— Станешь, — серьёзно ответил, нисколько не сомневаясь в своих словах. — Для этого у тебя всё есть. Даже смелость, которой ты почему-то не пользуешься.
На некоторое время «зависнув», девушка признательно улыбнулась.
— Спасибо. Конечно же, стану.
Больше она ничего не сказала, как и я. Мы молча, никуда не торопясь поели, убрали за собой, дошли до дома, разошлись по своим квартирам. На этом долгий день подошёл к концу.
Глава 5
В понедельник наша команда вновь собралась в офисе. Как обычно, всё хорошее уже забылось, всё плохое только предстояло. Новая неделя принесла новые заботы. Некоторым досталось даже больше, чем остальным. Сначала Рурико и Тамаки пригласили меня присоединиться к ним за обедом, чем раньше не баловали. Ёсиду не позвали, чем поставили в сложное положение, заставляя делать выбор, с кем из них пойти? Потом Хасэгаве позвонила жена. Отпросившись, он с обеспокоенным видом быстро ушёл. Следом у нас забрали Йори на общественно полезную работу. Ещё Нагано отчего-то стал цепляться ко мне больше обычного. Заставлял несколько раз переделывать таблицы, меняя их форму, но не содержание. Наверное, ему сильно не понравилось, что Мицухо-сан тоже стала проявлять ко мне больше внимания, дважды попросив помочь с теми делами, с которыми раньше обращалась к старшему менеджеру. Они что, поссорились? Если да, при чём здесь я?
Ничего лишнего Мицухо-сан мне не говорила. Вела себя, как обычно, сдержанно, корректно, с позиции начальника. К вечеру, совершив «открытие», она заметила озабоченность хмурого Нагано. Чтобы не расстраивать своего верного «пёсика», милостивого согласилась с ним поужинать, выдав мне задание на сверхурочную работу. Как мало, хотел сказать человеку, старшему менеджеру не хватало для счастья. Все обиды были мигом забыты. В этот раз заместитель начальника поставила предо мной относительно лёгкую задачу, так что управился я с ней довольно быстро.
Вновь оставшись один в большом, тихом офисе, перешедшем в моё полное распоряжение, почувствовал себя очень спокойно и расслабленно. За окном открывался прекрасный вид на вечерний Токио. Под рукой полно бесплатного кофе и сэндвичей. Никакой дневной суеты, звонков, неожиданностей, лезущих под руку шумных сотрудников. Можно спокойно сосредоточиться на своих делах, ни на что не отвлекаясь. В такие моменты у меня даже возникало ощущение, будто я становился начальником самому себе и повелителем офиса. Как правило, к утру магия иллюзии рассеивалась. Поэтому с некоторых пор ночные переработки мне даже перестали казаться абсолютным злом. Конечно, если сверхурочной работы в меру и нет запредельной срочности. Не так, как в прошлый раз, «роди» мне доклад минимум на двадцати страницах к утру. Да побольше цифр туда напихай с красивыми графиками, директора их любят.
Закончив с работой, перед уходом решил подняться на крышу, подышать свежим воздухом. Выкурить сигарету, полюбоваться звёздным небом с высоты Мацудара-корп, как назывался этот небоскрёб. Часть крыши специально отвели для рядовых сотрудников, вроде меня. Там разбили маленький, декоративный сад, поставили скамейки, урны.
Насидевшись за день в кресле, чтобы размять ноги, часть пути решил проделать пешком, устроив себе что-то вроде экскурсии по опустевшему зданию. По пути ради интереса посчитал, сколько ещё похожих на меня бедолаг трудилось и после заката солнца. «Добровольцев» набралось немало. Им ничто не мешало встать и уйти прямо сейчас, но одни не хотели подвести коллектив, другие боялись потерять работу, третьи рассчитывали на вознаграждение, четвёртые слишком ответственно ко всему подходили, не в силах оставить незаконченную работу. Кто-то даже находил в этом особое удовольствие, позволяющее им чувствовать свою значимость и незаменимость. Как правило, это не молодые люди, вроде нашего Йори, а мужчины средних лет, состоявшиеся, семейные, знающие, ради чего они стараются.
Хотя борьба с чрезмерными переработками в нашей компании велась, но как-то вяло, без энтузиазма. Никто не хотел подавать плохой пример. Капиталистам требовался рост показателей, а уж за счёт чего тот будет достигнут, дело десятое.
На крыши в этот поздний час уже кто-то был. У самого ограждения я заметил женщину, задумчиво любующуюся ночным городом, с высоты птичьего полёта, облокотившуюся на перила. Посчитав это хорошей идеей, занял место неподалёку. Подставив лицо прохладному ветерку, блаженно улыбнулся. Летом в центральной Японии очень жарко. Достав из кармана пачку сигарет, закурил, расстегнул пуговицы пиджака, затянулся, посмотрел вдаль, красота. Вредными привычками я старался не злоупотреблять, так что курил редко, по настроению.
Лёгкий ветерок подул от меня в сторону женщины, смотрящей невидящим взглядом на город, поскольку была глубоко погружена в свои проблемы. Судя по выражению лица, что-то её сильно тяготило. Выглядела эта женщина вполне обычно: серые брюки, белая блузка, на ногах лакированные туфли на невысоких каблуках, изящные, аристократические черты лица, свободно распущенные каштановые волосы, спускающиеся до плеч, маленькие, я бы даже сказал, скромные золотые серёжки и цепочка с кулоном. Лёгкий макияж был нанесён только для того, чтобы слегка подчеркнуть естественную красоту. Пластиковый прямоугольник пропуска она пристегнула к поясу. Типичная бизнес-леди.
***
Через несколько минут после того, как её одиночество было нарушено, в глазах Такэути Киоко появился огонёк интереса. Она несколько раз украдкой бросала взгляд в сторону соседа, чего он не замечал. Чем-то этот самый обычный с виду мужчина привлёк её внимание, заставив ощутить подсознательную симпатию к нему и необъяснимое доверие. Вдохнув полной грудью, она решила ненадолго отвлечься от сложного выбора, не дающего ей покоя с самого обеда. В голову уже лезла либо всякая ерунда, либо слегка переделанные повторы одного и того же. Женщина никак не могла определиться, отчего у неё уже разболелась голова. Хотя прямо сейчас боль и усталость отступили куда-то на задний план, сменившись приятной расслабленностью, ощущением долгожданного покоя. Она наслаждалась этими ощущениями в тишине, стоя на крыше небоскрёба, под мягким светом ламп и необъятным ночным небом. Романтическая обстановка на мгновение вызвала у неё мимолётную, грустную улыбку. Впрочем, ностальгия как накатила, так и схлынула. Она уже давно перестала обращать внимание на подобные глупости, разочаровавшись в попытках устроить личную жизнь.
Такэути никак не могла выбрать, какой же из предложенных вариантов лучше. Ей не за что было зацепиться. Все проекты оказались какими-то… вторичными и невыразительными, что её совершенно не устраивало. Самой придумать нечто необычное, выдающееся, не получилось. Одного желания оказалось мало. Поскольку сроки поджимают, ей всё равно придётся брать на себя ответственность и давать команду, приступать к работе, сделав случайный выбор, что раздражало больше всего. Хотя времени было достаточно, чтобы ещё раз напрячь свою команду или привлечь кого-то со стороны, но нет гарантии, что она получит то, что ей понравится. Проблема в том, что Такэути сама не знала чего хочет. Один из проектов и должен был дать ей ответ на этот вопрос, а не порождать новые. А так, посмотрела на результат, улыбнулась, одобрительно покивала, полюбовалась картинками, закрыла папку и… через несколько минут не смогла ответить на вопрос, почему она должна тратить своё время, деньги и силы, чтобы ехать в этот чёртов гостиничный комплекс?! Между прочим, возведение которого уже завершала её строительная компания. Если презентация не оправдает ожиданий, не раскроет совету директоров чёткую стратегию развития и не покажет путь к успеху, она собиралась разогнать своих рекламщиков, маркетологов и уволить проектного менеджера.