Меня зовут господин Мацумото! (СИ)

Кагояма Идзуми, уже лёжа в своей кровати, в общежитии, как и Такэути ранее, получив неожиданное сообщение от бывшего соседа, сильно этому удивилась. Она тоже долго разглядывала его со странным выражением лица, гадая, что символизирует котик.
— Что там? — поинтересовалась у неё любопытная соседка по комнате.
— Ничего, — с не очень удавшимся равнодушием ответила девушка, быстро засунув телефон под одеяло, чтобы свет экрана в тёмной комнате не привлекал внимание.
— Точно, ничего? — иронично уточнила соседка.
— Совсем-совсем ничего, — горячо заверила смутившаяся Идзуми.
— Вы, главное, предохраняться не забывайте, — посоветовала более опытная девушка, широко зевнув и посмотрев на часы. — А то вылетишь из проекта быстрее, чем услышишь слово — мама.
— Прекрати выдумывать, Руми-тян. Спи давай, — пожаловалась обеспокоенная Идзуми, представив себе эту картину.
Почти всю ночь она потратила на чтение книги с телефона, укрывшись одеялом с головой.
— Не поняла? — удивлённо высказалась мама одного забывчивого сына, уехавшего в Токио на заработки. — И это всё, что он написал нам за этот месяц? Нужно было дочь заводить. Или собаку! — рассердилась.
В отличие от некоторых, она не побоялась позвонить обнаглевшему Мацумото, чтобы высказать ему всё, что по этому поводу думала. Заодно узнать, когда этот негодник приедет домой, навестить родню.
***
В течение всего следующего дня я собирал отзывы о выбранном мною авторе. Письменно, как и просил. Японцы — люди ответственные и исполнительные. В нужный объём уложилась только Тамаки. Сразу виден большой опыт разбавлять «водой» любой документ. Отчёт Рурико я побоялся брать в руки без резиновых перчаток. Хасэгава был предельно краток, а Йори предвзят. Ёсида оказался красноречив не по делу. Подозреваю, он из тех, кто не читал, но уже одобряет или осуждает, исходя из мнения большинства. Нагано отделался односложными фразами, в духе: нравится — не нравится. Только ответственная Мицухо-сан предоставила самый полный и обоснованный отчёт. Отдав его, заместитель начальника спросила — зачем он мне понадобился? Нет, она поняла, что для реализации порученного задания, поэтому его и подготовила, но не поняла, что я собираюсь делать с ним дальше?
Неожиданным оказался ответ от Идзуми. Мне стало стыдно, что и её случайно вовлёк в это дело. Вместе с тем мне было приятно, что она помогла, найдя время прочитать и высказать своё мнение. Зато Такэути, напротив, ожидаемо ничего не прислала. Это мне пришлось писать ей ещё одно письмо с извинениями, сообщив о досадной ошибке с рассылкой. Хорошо хоть обошлось без автозамены слов. Признался, что вчера переработался и сослепу не то нажал. Вместо письменного ответа через несколько секунд под фотографией котика появилось одно поставленное сердечко. Проверяя, не показалось ли мне, отправил ей ещё одно фото с котом той же породы, вальяжно развалившимся на диване, с удивлением смотрящим в обьектив камеры.
Через несколько минут, ушедшим у неё на созыв экстренного совещания с Онодой, мне пришло сообщение.
— Мацумото, ты хочешь мне что-то сказать или спросить? Выражайся яснее.
Похоже, она не решилась превращать рабочую переписку в личную. Неужели я слишком спешу? Мне казалось, что хорошо умею улавливать намёки.
— Как считаешь, диван этого цвета стоит брать? Будет ли он смотреться вместе с жёлтыми обоями? Прости. Хотел отправить это коллеге, она дизайнер, но по ошибке, опять не туда нажал. Однако, если выскажешь своё мнение, буду благодарен, — оставил нам обоим поле для манёвра.
Несколько растерянная Такэути вопросительно посмотрела на Оноду.
— А это точно намёк? — директор с подозрительностью уточнила у своей помощницы.
— Да, госпожа Такэути, — даже не моргнув, заверила Онода.
— Тогда, вызови нашего дизайнера, — задумчиво распорядилась директор, захотев ей поверить.
 
Ознакомившись со всеми ответами, я принял решение, выбранного автора нужно брать. Скинул ему на электронную почту типовой договор о предоставлении услуг. Через полчаса, удивив меня оперативностью, он выразил заинтересованность в сотрудничестве. Насколько понял, ему очень нужны деньги, а также не хватало возможностей самореализоваться. Чтобы написать сюжет для документального фильма, он попросил прислать большой объём информации о компании, её правилах, сотрудниках, моих пожеланиях. Я же не об эльфах в другом мире собираюсь выдумывать историю, с темнокожими гномами и небинарными драконами. Тут нужна привязка к конкретным событиям, людям, определить цель фильма, очертить границы дозволенного, обозначить хотя бы приблизительную линию повествования, о чём или о ком он будет. Этим я и занялся. Параллельно нашёл нам оператора фрилансера, в чьём резюме указан опыт работы на киностудии и в модельном агентстве.
Мой проект потихоньку начинал приобретать очертания. Йори я пока ни о чём не предупреждал, чтобы тот не подался в бега. Лови его потом по всему Токио. Кроме того, мне предстояло сделать большой объём организационной и бюрократической работы. Получить разрешение на съёмки в здании, выписать пропуск на оператора, проинформировать о своих планах руководство компании, уточнить графики официальных мероприятий, получить список запрещённых тем и мест, согласовать определённые моменты со службой безопасности. Всё это требовало от меня упорства, времени, звонков и беготни. Я замучился решать постоянно возникающие проблемы, перемещаясь по этажам и кабинетам. Работать простым инспектором было намного проще.
Лучше бы мне поручили какую-нибудь работу, связанную с финансами, разработкой стратегий или проектов. Однако после памятного разговора с генеральным директором я понимал, что в этой компании меня до подобных дел теперь просто не допустят. Обидно. Хотя творческая работа, требующая организаторских способностей, тоже полезный опыт. Когда-нибудь в жизни да пригодится.
Получив временный пропуск для оператора, познакомил его с Йори и поручил ходить за ним хвостиком, стараясь быть как можно незаметнее. Вручил стажёру присланную мне на почту первую часть готового сценария. Попросил Мицухо-сан нагрузить Йори работой по самое — «Не могу больше сделать и шага», связанной с посещением как можно большего количества мест и взаимодействий с другими сотрудниками компании. Пожелав «счастливому» стажёру успехов, отправил его готовить материал для монтажёра и звукорежиссёра, которых мне ещё только предстояло найти. Взяв толстенный справочник с объявлениями, в котором можно найти всё — от колокольчиков на шею, до бантиков на хвосты и атомных реакторов, не удивлюсь, если и на них там наткнусь, принялся обзванивать людей.
Воспользовавшись личными связями, до которых было рукой достать, пока был занят, попросил Тамаки найти мне телефон подружки Йори. Ей я тоже собирался вручить сценарий главной женской роли. Будут на пару выжимать из зрителей слезу умиления и жалости. Встречаться украдкой на лестничной клетке. Вместе обедать заварной лапшой. Она подарит ему варежки-прихватки для кухни, расшитые сердечками. Их я уже заказал в интернет-магазине. Отдельно отложил несколько листов для начальника отдела, в котором работала девушка нашего стажёра. Кстати, она тоже стажёр. Как удачно всё складывается. Чтобы мужика немного взбодрить и замотивировать, на каждый лист поставил печать в канцелярии главного офиса с подписью директора Широнами.
Посмотрев на мой стол, заваленный стопками листов с именами, схем со стрелочками, графиками, фотографиями, Тамаки возмутилась.
— У тебя совесть есть? Во что ты хочешь превратить наш офис?
— А что такого? — удивился. — Сижу молча, никому не мешаю.
— Отвлекаешь!
— Раздражаешь, — подсказала Рурико, продолжая заполнять свой отчёт.
— Чем?
— Ты никому «не мешаешь» с таким заинтересованно-воодушевлённо-вдохновлённым видом, строча с бешеной скоростью, что я хочу всё бросить и посмотреть, что ты делаешь, — выдвинула главное обвинение. — Иди в другое место, пока я себя контролирую.