Лабиринт (СИ)

Меня это ничуть не удивляет. Молча улыбаюсь. Мы лежим почти в абсолютной темноте.
- Ничего не случилось? - гладит меня.
- А ты услышал мои мысли?
- Может быть. И о чем ты думаешь? Твои глаза горят, как звезды..
- Здесь не видно!
- Видно.
- Обещай не пугаться?
- Я попробую. Так что?
Поворачиваюсь к нему лицом и, легко касаясь кончиками пальцев, провожу ими вдоль руки. Затем они порхают по его шее, по щеке. Нарочно щекочу. Алекс вздыхает.
- И что это значит?
- Я хочу тебя.
- Что, сейчас?!
Он уворачивается от моих прикосновений, делает вид, что пытается сбежать от ласк. Какое-то короткое время шутливо боремся.
- Ты уверена?
- Да, - шепчу в ответ.
Всю веселость как рукой снимает. Я становлюсь серьёзна, даже торжественна, как новобрачная перед алтарем. Алекс не торопится ничего предпринимать - просто смотрит на меня. Как-будто ожидая, что передумаю.
Уверенно двигаюсь к нему, кладу руки на его плечи.
- Давай разденемся?
Это я предложила? Удивляюсь собственной смелости. Он соглашается. Мы раздеваемся, догола. Я никогда не видела его обнаженным, впрочем, как и он меня. Ложусь.
- Не боишься? - он осторожно ложится рядом.
- Нет, - я говорю правду, - а ты?
- А я да.
Это расслабляет ещё больше, прыскаю от смеха.
- У тебя когда-нибудь была девственница?
- Я не помню, - чувствую, что он тоже улыбается.
- Это как?! - озадачиваюсь.
- Я никого не помню - мне кажется, что до тебя у меня никого не было.
Замолкаю. Это так… романтично. Целую его первая. По нашим венам течёт любовь.
Он отвечает мне. Где-то внизу живота покалывает и ноет, откуда по всему телу разносится жар. Я стыдливо сжимаю ноги, пока Алекс нежно поглаживает мою голую спину, не спускаясь ниже. Постепенно влажные поцелуи превращаются для него в пытку, и он постанывает, отрывая меня от себя. Невесомо разворачивает на спину.
- Можно поцеловать тебя, везде? - шепчет так горячо, что я полностью раскрываюсь перед ним, расслабляясь, двигаясь в такт его прикосновениям. Отбросив ложный стыд, позволяю ему перейти все границы и стереть все грани между нами. Он целует и трогает меня там, где ещё никто не целовал и не трогал...
Алекс кажется мне волшебным, невероятным любовником! Я вся в ожидании того самого, главного, которое ещё даже не почувствовала. Делаю ещё один шажочек к краю скалы - исследую его. Все-таки мужчины устроены так удивительно. И самым удивительным для меня открытием оказывается моя собственная власть над ним в эти минуты. Я всегда думала, что должно быть наоборот.
- Как будем предохраняться? - постанываю.
- Как захочешь.. не бойся.. я выйду вовремя..
Наконец, наступает тот самый, важный момент, когда мы больше не можем ждать. Я доверчиво раскрываюсь ему навстречу подобно цветку, позволяя сделать все, что он захочет. Позволяя войти в себя.
Это оказывается настолько мучительным и приятным, невыносимым и желанным одновременно, что я просто принимаю его, задержав дыхание.
Падаю в пустоту, как мечтала. Он проникает в меня медленно, осторожно, давая ощутить сладкую боль нашего триумфа миллиметр за миллиметром.
Я радуюсь тонкой, изысканной муке, которую дарит мне его тело. Наслаждаюсь, но хочу, чтобы он вышел. Мое собственное тело предательски двигается так, чтобы ему было удобнее войти как можно глубже! Кричу. Он выходит, но делает все, чтобы выдернуть меня из этой пустоты падения в неизвестность - прямо в небеса. Долго-долго парим вместе, захлебываясь от своих эмоций… Ой, только бы не забеременеть. Он точно вышел вовремя?
  
Глава 26
 
- Знал, да, - он отвечает мне с вежливой улыбкой, от которой так и веет официозом. Так улыбаются малознакомому человеку, - видишь ли, по определённому стечению обстоятельств, у меня свой интерес к деятельности этой организации. Но давай все же присядем - нам будет удобнее разговаривать! Я понимаю, у тебя вопросы.
Вхожу в некое подобие ступора, присаживаемся. Внимательно слушаю.
- Скажу сразу, сейчас у меня мало времени на беседу, но вечером мы обязательно поговорим. Подробнее. Есть много вопросов, которые нужно решить! Когда ко мне попали материалы, касающиеся деятельности «One more life», я случайно нашёл там тебя. Мне захотелось помочь. Но, к сожалению, у всего есть цена, Женя. Просто так взять и выдернуть вас из подпольной больницы черных трансплантологов и отправить в Украину не вариант. Вас уже ищут! Меня, возможно, тоже. На закон и порядок надеяться в твоём случае, тем более в Штатах, было бы очень наивно. Подобная наивность обычно стоит жизни. А значит, мы должны их переиграть. То есть сделать так, чтобы в организации забыли о тебе и о твоей сестре, и забыли навсегда, понимаешь? Черт, скажи, как вообще вас угораздило так попасться?
 
Он говорит почти как робот. Делаю глубокий вдох, развожу руками:
- Знаешь, я могла бы рассказать тебе очень многое… но скажу коротко - была дурой.
Алекс улыбается, в этот раз, похоже, искренне. Но уже в следующую секунду снова серьёзен и сосредоточен.
- Тебе нужно кое-что понять. То, что случилось сегодня, а вернее даже тот момент, когда я принял решение вам помочь, запустил процессы, которые мы уже никак не можем повернуть вспять. Но можем повлиять на них! Так сказать, минимизировать последствия. Во-первых, мы сейчас все, трое, включаем режим осторожности на максимум. Да?
- Да, конечно!
Он объясняет мне как дуре, как, в принципе, и было мной заявлено.
- Пересидите пока здесь немного, дальше я расскажу, как будем действовать. И второе, мне понадобится твоя помощь. Вот прямо сейчас, - он достает из пиджака айфон и маленькую коробочку, - телефоны ваши, конечно, остались там?
- Увы, как и документы, - отвечаю очень удручённо, наблюдая за тем, что он делает. Алекс протягивает мне нечто, похожее на маленькую таблеточку. Вставляет такую же точно себе в ухо.
- Пожалуйста, сделай то же самое.
Как он вежлив! Настоящий английский джентльмен, ни дать ни взять. Вздохнув, послушно кладу таблеточку в ухо, чувствуя, как она моментально прилепляется к ушной раковине изнутри таким образом, что снаружи ее совсем не видно.
- Это устройство контроля над разговором. Держи, - протягивает мне айфон, - сейчас мы позвоним одному мистеру. Говорить с ним, по сути, буду я, но твоим голосом. То есть я буду слышать ваш разговор и вести за тебя диалог, посредством того, что ты просто повторяешь за мной. Окей?
- Окей. А кто он?
С Алексом почему-то спокойно.
- Один из руководителей этой преступной организации. Твоя задача - выманить его из логова на встречу со мной. Не бойся, он не услышит меня. А то, что буду говорить я, услышишь только ты.
Киваю. Он жмёт на вызов.
- Господин Мюррей? Доброе утро, - обращаюсь к ответившему, послушно повторяя за голосом-суфлёром Алекса в своем ухе, - это Евгения Лопахина, покинувшая утром ваш гостеприимный подпольный госпиталь. Вам уже доложили?
- Евгения?! - он крайне взволнован, - но где вы? Откуда у вас мой номер?
- От моих друзей из американского посольства.
Он, кажется, начинает заикаться. Алекс делает мне знак подождать.
- Чего вы хотите?
- Наши паспорта и телефоны. Это возможно?
- Конечно.. Евгения.. произошла ошибка!
- Вы расскажете мне о ней при встрече, мистер Мюррей. Приходите один. Мне не нужен скандал, я всего лишь хочу покинуть страну вместе с сестрой, чтобы никогда больше сюда не возвращаться. Вы понимаете меня?
- Да-да, конечно, - он отвечает упавшим голосом, - но, Евгения..
- Надеюсь, мы с вами хорошо понимаем друг друга, мистер Мюррей. Мне бы очень не хотелось обострять, и подключать к решению этого вопроса моих друзей. А вам?
- Да, абсолютно также.
- Повторяю, я не в претензии к вам. Просто верните документы и средства связи.
- Вам нужны деньги, не так ли?
- Нет. Всего лишь полная конфиденциальность, и то, что я уже озвучила. Будете ли вы так любезны подъехать к кафе «Корица», Фултон стрит 112, ровно через час?