Дело о мирных переговорах (СИ)
Марк даже не обернулся, чтоб узнать, остался он или ушёл вслед за остальными. Алкорцы всё так же молча сидели за столом, глядя на опустевшие места напротив, и с тревогой посматривали на Ликара. Тот приблизился к Марку и какое-то время так же стоял у окна и смотрел на суету за стенами замка.
— Ты ведь вовсе не спился, как он говорил? — спросил он. — Что это была за фляжка?
— Некоторое время назад меня пытались отравить, благородный энфер, — ответил Марк, прислушиваясь к надрывному вою сигнальных рожков. — Я выжил, но был слаб. В той фляжке был чудодейственный отвар, которым меня снабжал мой спаситель. Без него я не смог бы продержаться на ногах и дня. Но теперь я здоров, и в моей фляге снова вино, смешанное с родниковой водой.
— Это ты придумал эту блестящую комбинацию? Я имею в виду, ударить не по Бламонту, а по Краону? Или это был Делвин-Элидир? Или Беренгар?
— Нет, — покачал головой Марк. — Я сам был удивлён, но это придумал король.
— Подумать только… — пробормотал Ликар и замер, глядя куда-то вниз, откуда слышались крики и звон оружия. — Что там такое?
— Думаю, де Краон решил захватить замок и перебить тут всех, включая вас, а потом свалить всё на меня и сказать, что это он прикончил злодея, мстя за благородного энфера, чему доказательством был бы мой растерзанный труп.
Ликар с тревогой посмотрел на него и обернулся к двери. За ней слышались громкие шаги, потом она распахнулась, и в трапезную ввалился Элот.
— Благородный энфер, — тяжело дыша, поклонился он. — Граф де Краон пытался поднять своих людей и для начала перебить всех землян, но благодаря графу де Лорму, — он кивнул в сторону Марка, — мы были предупреждены и держались начеку. Мы заранее загнали его людей в казармы и заперли их.
— Что с самим де Краоном?
— Визжал как крыса то ли от ярости, то ли от страха. Мы его связали и засунули в подвал.
— Хорошо, — Ликар какое-то время задумчиво молчал, а потом поднял голову. — Прикажи освободить барона Аллара, коменданта де Шатонефа и остальных. Спустите мой штандарт и пусть над замком снова поднимут знамя Сен-Марко. Вы удовлетворены, граф?
Он обернулся к Марку и тот кивнул.
— Вполне, благородный энфер.
— И что теперь? — растерянно спросил Элот.
— Как что? — Ликар слабо улыбнулся. — Граф де Лорм разъяснил нам всю ошибочность нашего поведения и указал путь к спасению. Я намерен вернуться в луар и заявить о том, что сам по собственной воле вступил в сговор с де Краоном, и вторгся на земли короля Жоана со своими воинами без его согласия. Я приму на себя ответственность и отрекусь от права наследования.
— Благородный энфер! — воскликнул кто-то за столом.
— Марк! — возопил Элот.
— Что, мой милый? — спросил тот, обернувшись к капитану.
— Ты же знаешь, что энфер действительно благородный человек! Он просто стал жертвой обмана! Ты же не представляешь, что последнее время творилось у нас! Город полнился слухами о том, что вы восстанавливаете крепости и собираете войско. Народ боялся нового нападения и роптал! Энфер должен был что-то предпринять!
— Сговориться с этой крысой де Краоном и занять Бламонт? — уточнил Марк.
— Де Краон сказал, что именно здесь, в стороне от проезжих дорог и больших городов Жоан готовит новую армию для вторжения, — нехотя пояснил Ликар. — Он взялся проверить это, проникнув в замок.
— И вы явились сюда по его приглашению, чтоб убедиться в том, что он сказал правду? И что, вы нашли здесь десятитысячное войско, вооружённое до зубов, или гарнизон в две сотни человек, включая слуг, женщин и детей?
— Тогда я и начал понимать, что он обманул меня, заманив в ловушку, — признался Ликар. — Но было уже поздно. Он сказал мне, что войско Жоана стоит в Альмарике, но я уже не слишком в это поверил. Он говорил, что его люди будут защищать меня до последней капли крови, и уговаривал не выдавать своего присутствия здесь, чтоб не подвергаться опасности. Но я не желал прятаться и поднял над замком свой штандарт. Пока я думал, как буду выкручиваться из этой ситуации, явился ты.
— Вот видишь, — Элот подбежал к Марку и схватил его за плечо. — Энфер признаёт свою ошибку! Марк, это всего лишь ошибка! Не слишком ли дорого всем нам она будет стоить?
— Ты хочешь, чтоб я пожалел вас? — спросил Марк. — Но мне жаль тех, кого убил де Краон, вероломно захватив замок. Я должен посочувствовать энферу? Прости, но это он сам предпочёл довериться пустым слухам, не дав даже шанса оправдаться тому, кого в письмах называл своим другом. Мне жаль моего юного короля. На его плечи и без того легла непосильная ноша, а он ещё почти ребёнок! Он поверил в красивую сказку о счастливом будущем, где двумя процветающими королевствами будут править два молодых короля, связанные узами сердечной дружбы! — в голосе Марка снова послышалась горечь. — Эта мечта была так красива, что даже такой изворотливый и коварный интриган, как я, поверил в неё. Что уж говорить о моём Жоане! И что я могу сказать ему теперь, как я его утешу, как верну ему веру в человеческое благородство, в истинную дружбу? Как я залечу эту рану на его сердце? Остаётся лишь сетовать на то, что этот жизненный урок он получил в такой жестокой форме, когда был оскорблён в лучших чувствах. Нет, Элот, я не хочу вмешиваться в это. Я добился освобождения Аллара, де Шатонефа и их людей, и теперь просто вернусь к моему королю с докладом о том, что выполнил его волю.
— Я принесу извинения королю Жоану, — пообещал Ликар и обернулся к своим рыцарям, подавленно молчавшим за столом. — Прошу вас разойтись господа. И хочу вам напомнить, что мы здесь всего лишь гости, пусть незваные, но всё же… Ведите себя так, как и следует вести себя алкорским рыцарям в чужом замке.
Те нехотя поднимались и, кто с унынием, кто с тревогой глядя на Ликара, выходили из зала. За ними, понуро опустив голову, ушёл и Элот, а вскоре дверь распахнулась, и на пороге появился барон Аллар. Мельком взглянув на энфера, он бросился к Марку.
— Я так и знал, что Жоан пошлёт кого-то вытащить нас из этой передряги, и даже догадывался, что это будешь ты! — рассмеялся он, обняв его.
— На кого ты похож, Танкред! — усмехнулся Марк, отстранившись и окинув его взглядом. — Твоя борода скоро будет гуще моей!
— Я побреюсь и приведу себя в порядок! — пообещал Аллар, обернулся к Ликару и, холодно кивнув ему, спросил: — Я полагаю, инцидент исчерпан?
— О, если бы… — пробормотал Марк, взглянув на вошедшего в зал коменданта де Шатонефа.
— Где наше войско? — тут же спросил он, грозно взглянув на Ликара.
— Нам не нужно войско, — улыбнулся ему Марк. — Достаточно просто поговорить по душам.
— Если вы так говорите, граф… Я пойду, прикажу поднять над крепостью знамя Сен-Марко и проверю, что эти дикари натворили во вверенном мне замке.
Он удалился, мучимый самыми дурными предчувствиями, а Танкред так и остался стоять рядом с Марком, обнимая его за плечи. Он переводил взгляд с Ликара на де Сегюра и обратно, чувствуя, что между ними произошёл очень неприятный разговор. Потом в зале снова появился Элот и направился к Марку, всем своим видом выражая мольбу и отчаяние.
— Ну, ты же можешь что-то придумать, Марк, — заныл он.
— Ничего не нужно придумывать! — оборвал его Ликар. — Я виноват! Я должен принять на себя ответственность и понести наказание. Я принесу извинения королю Жоану и покаюсь перед отцом, а после откажусь от титула энфера и отойду от дел.
Аллар потрясённо смотрел на него, а потом нагнулся к уху Марка и шёпотом спросил:
— Что ты с ним сделал?
Марк снова невольно усмехнулся. Он получил удовольствие от этой маленькой мести, которая так потрясла Ликара, но понимал, что теперь ему придётся вернуться к той миссии, которую возложил на него Жоан.
— Признаться, мой король, несмотря на нанесённую ему обиду, остаётся всё так же мягкосердечен. Он поручил мне предложить вам выход из этой сложной для вас ситуации, благородный энфер.
Ликар с некоторым недоверием взглянул на него.