В поисках Оюты (СИ)
— Со мной всё хорошо, Шу, — наконец разомкнув веки, я повернула голову и взглянула на него. — Разве может со мной произойти хоть что-нибудь, когда ты рядом?
Вскинув руки, я обняла его за шею и, потянув на себя, нежно поцеловала.
— Я испугался, Луиза, — тихо признался он. — Мне вдруг стало жутко страшно от мысли, что ты исчезнешь. Что я снова останусь один. Я боюсь этого более всего — одиночества. Это страшно сидеть в пустом доме и не слышать ни звука. Страшно возвращаться в него, открывать дверь и понимать, что тебя никто не ждет. Никому ты не нужен. Никто не обнимет. Этот холод одиночества проникает под кожу и остужает душу. Он отнимает само желание жить. Всё становится таким серым и ненужным. Не пугай меня так больше, Луиза, умоляю тебя. Не надо так...
Обняв его крепче, прижала к себе и погладила по голове, пропуская густые светлые волосы через пальцы. Такой суровый и сильный снаружи и ранимый внутри мужчина.
— Я всегда буду с тобой, Шу — шепнула, улыбнувшись. — До последнего своего вздоха. Ты никогда не останешься больше один. Я люблю тебя.
— Как же долго я ждал этих слов, — он сжал меня словно в тиски, пряча лицо на моей груди. — Как же долго я тебя ждал.
Я промолчала, прекрасно осознавая, что у Шу свои демоны в душе и, похоже, один из них прорвался наружу, когда в положенный срок я не проснулась.
Так мы и лежали. Закрыв глаза, он, кажется, прислушивался к биению моего сердца, а я просто гладила его по голове. И вроде всё так нелепо, два взрослых самостоятельных человека. Но сейчас эта нежность была нужна нам обоим. Хотя, чего скрывать она всегда была нам необходима.Я вдруг сообразила, что объединяло нас — нам очень не хватало любви. Простого тепла. И если я компенсировала эту нужду заботой об Оюте, то он совсем был один.
Шли минуты, долгие, но такие спокойные. Сладкие, но с толикой горечи.
— Шу, а у тебя там мясо и овощи, — тихо пробормотала, нарушая тишину, повисшую между нами. — Правда, не знаю, зачем нам морока с ними на корабле...
— Я тебя в медкапсуле обследовал, — он нехотя приподнялся на локтях. — Там такой ужас в анализах, детка. Тебе нужно полноценное питание, а не та ерунда, которую я загрузил в пищевик.
Он тяжело поднялся и протянул мне руку. И вроде простой жест, но было в нем что-то такое... Словно он меня не в трюм звал, а в иную жизнь.Туда, где нас будет уже двое.
Глупости, конечно, но мне понравилась эта мысль и я с радостью ухватилась за нее. Вложив свою ладонь в его, позволила помочь мне сползти, наконец, с этой удобной широкой кровати...
... В трюме оказалось прохладно, захламлено и грязно.
— Шу, что за бардак? — не выдержала я. — Когда ты убирался здесь в последний раз?
Аккуратистка во мне взвыла и потребовала немедленного наведения порядка.
— Да вот как их перестрелял и загрузил сюда, так и руки не доходили, — Шу указал куда-то в сторону.
Повернув голову, я еле сдержалась, чтобы не взвизгнуть. Из огромного холодильника на меня через прозрачную стенку смотрели стеклянными глазами настоящие змеи, головы которых были, наверное, размером с картар, стоящий тут же.
— Это вообще кто? — прошептала, когда первая волна страха улеглась и вперед вышло любопытство.
— Твари с одной планеты, недалеко от Оюты, — отмахнулся Шу. — Она находится на нейтральной территории. Особого интереса ни для кого не представляет. Населена аборигенами, весьма недружелюбными, к слову. Раса существ находится на низком уровне развития. Но фауна там примечательная. Этих зверей пару лет назад случайно нашли мои друзья. Попали в переделку и рухнули с заправочной станции прямо на поверхность планеты. Среди них была девушка. Молоденькая, немного не в себе. Она что ребенок. Тихая, милая, безобидная. Пропала бы, если бы не муж. Он у нее марионер. Здоровый, что скала. Злющий мужик. Он первый тварь эту и подстрелил с другом. Его девочка увидела через песок маленькие щупальца на их головах. Присмотрись, они на цветы похожи. Ну она и захотела их сорвать в букетик.
— Ого, — я подошла ближе и ещё раз оценила зверюгу.
— Кстати, муж твоей Кристы из их семьи, — негромко продолжил свой рассказ Шу. — Он с ними тогда был. Теперь малой промышляет на той планете охотой и продажей мяса. Оно у этих змеюк высшего качества. И очень полезно при анемиях. Вот им я тебя и накормлю сейчас.
— Ты о Сунире? — сообразила я.
Криста, когда звонила, часто рассказывала о муже.
— Да, — Шу кивнул, — иногда я летаю с ним и отвожу душу. Все не в кабинете сидеть. Были у нас с Суниром разговоры за общее дело. За столько лет я стал вхож в их семью. Можно сказать, друзья мои настоящие. И, наверное, единственные. Но все оставалось на уровне трепа. Служба не отпускала.
— Ты, правда, готов уйти с должности? — я взглянула на своего гурсана, достающего брикеты с огромными замороженными стейками.
— Луиза, моя работа подразумевает постоянное нахождение в кабинете. Мне это подходило раньше. Сейчас же я хочу быть дома. Не переживай, за годы я сумел сколотить небольшое состояние. Да и знакомых у меня столько, что быстро свое дело найду. Всё будет хорошо.
Улыбнувшись, кивнула. Так далеко меня мысли о будущем не заводили, но, если уж он так повернул разговор, то я бы тоже предпочла видеть мужа дома, а не на мониторе планшета.
— Не забивай голову, детка, — хмыкнул он, заметив мою легкую растерянность. — Такие, как я, без дела не сидят. Лучше набери побольше овощей, будем учить наш пищевик готовить салаты...
Глава 28.1
На мостике стоял просто сводящий с ума аромат жареного мяса. Сладкий, будоражащий аппетит. Да что там, у меня рот слюной наполнился. И было в этом запахе нечто странное и необычное. Я ходила вокруг сидящего на полу Шу кругами и выглядывала из-за его спины, наблюдая, как наш пищевик с легкостью справляется с приготовлением ужина.
В отдельной выемке на вращающейся круглой толстой пластиковой тарелке под защищающим от брызг жира колпаком весело подпрыгивали кусочки мяса неведомого мне зверя. Змеи или нет, а живот мой просто надрывался, урча от голода.
— И всё же странно... — я не выдержала и присела рядом с Шу на расстеленное одеяло.
— Ты о чем, малыш? — поинтересовался он, загружая в контейнер овощи для обработки горячим паром. В прозрачном пластиковом коробе уже лежали кубики моркови, картофеля, кабачка, платана, оки, белого баклажана, маленькой тыквы, резаной пополам кукурузы и такой редкой для жителей Энцелада репы.
— Я про мясо, вернее, про аромат, — пробормотала, подавив в себе желание схватить небольшой кусочек сладкого таро.
— А что не так с запахом? — Шу закинул последние ломтики фиолетовой моркови и, закрыв плотно крышку, отправил контейнер в пищевик, выставляя таймер и режим приготовления.
— Он слишком яркий. Может, мне, конечно, кажется, но я часто готовила Оюте стейки, и никогда вот такого аромата не слышала, — призналась и всё же сцапала хвостик от репы.
— Всё зависит от качества продукта, Луиза, — Шу отобрал у меня очистки и вручил целую морковку. — Могу сказать, что мясные продукты мы стараемся с вашей системы не возить. Качество — дрянь. Зато — овощи пользуются огромным спросом. Все же ваши планеты в основном аграрные. Так что вполне верю, что ты не слышала, как пахнет настоящее красное мясо. А то, что сегодня будем есть мы, еще и первого класса.
— Жаль, Оюты нет, — глядя на танцующие на тарелке небольшие стейки, пожалела, что дочери нет рядом.
Наверное, в этот момент во мне заворчала мать, которая желала подсунуть все самое вкусное любимому ребенку.
Шу странно улыбнулся, но смолчал. Откусив кусочек моркови, я внимательно рассмотрела ее.
— Почему она такого странного цвета? — Да, я понимала, что задаю странные вопросы, но, признаться, на моей кухне никогда не было такого обилия овощей.
В холодильном шкафу в специальном разделе хранился картофель, лук и обычная оранжевая морковка. Иногда на праздники мы покупали свеклу и кабачок, но они были настолько дорогие, что считались роскошью.