Форсайт (СИ)
— Сплошной ЗОЖ. Как вы ночью выкрутились? Я на самом интересном месте проснулся.
— Ты меня не пристрелил, и на том спасибо.
— Почему мы в будущем не помним, что уже встречались?
— Не знаю. Может, объяснят хоть что-нибудь.
Он кивнул. Пробормотал:
— Есть у меня одна идейка... Ладно. Знаете, куда идти?
Я покачал головой. Попробовал рыбу — суховатая, но вкусная.
— Подожду вас, — решил Миша. — Я уже выяснил, где здесь что... Как вам Артур Давидович?
— Вроде ничего, — уклончиво ответил я.
Пока я ел, мальчик сходил к стойке и взял пару пирожных. На мой взгляд — излишних для него, но это не моя забота. Спросил:
— Ты здесь с мамой или папой?
— Нет, они подписали бумаги, что могу один.
Я покосился на него, но Миша выглядел совершенно спокойным. Он пояснил:
— Я вполне самостоятельный. У меня паспорт есть, и вообще... Вы поели?
Подобрав последний кусок рыбы, я оттащил тарелки к раздаче, и мы пошли.
Красный зал оказался в том же здании, где и столовая. Обычный конференц-зал с длинным узким столом, видимо, названный так из-за цвета кресел. Все форсайтники уже были здесь, разбившись на три группы. Я сразу увидел Лену и Сашу, помахал, и мы с Мишей подошли.
— Держу вам два кресла, — сообщила Лена. — Миша, это Сашка. Садись с ней.
К моему удивлению, Миша без всякого смущения втиснулся в кресло рядом с Сашей и о чём-то начал с ней болтать. Она с явным интересом поддержала разговор. В моей юности я как-то стеснялись так легко знакомиться с девчонками.
Я сел рядом с Леной.
— Ждём Артур Давидыча, — сказала она. — Вон та рыжая — его заместитель, она то ли биолог, то ли врач. А мужик в костюме — гэбэшник, типа присматривает и контролирует. Не знаю, чего он там контролирует, бухает вечерами как не в себя.
— Профессионалу это не помеха, — прошептал я в ответ.
Кроме «рыжей» и «гэбэшника» незнакомцев больше не было. Они сидели на торце стола, общались между собой, поглядывая на нас... мне показалось, что мы с Мишей вызываем у них наибольший интерес.
Что ж, ожидаемо, мы новенькие.
— Часто так собираетесь?
— Первый раз, — ответила Лена. — Говорю же — дядюшка вас ждал... Странно, что задерживается.
Артур Давидович появился сразу же, будто подслушивал под дверью. Энергичный, словно и не провёл полночи на ногах, в костюме и безупречно повязанном галстуке. Прошёл через зал, кивая, бросая слово-другое и обмениваясь рукопожатиями. Кажется, он никого не упустил. Мне бросил: «Никита, как втягиваетесь?» Проходя мимо Миши, потрепал его по голове — я выпучил глаза, ожидая от подростка самой бурной реакции на такое панибратство.
Но Миша начал улыбаться Артуру и жмуриться, словно удостоившийся ласки дворовый кот.
«Дядюшка» явно умел найти свой подход к каждому.
Усевшись между «рыжей» и «гэбэшником», Артур Давидович обменялся с ними рукопожатиями. Откупорил бутылочку воды, жадно сделал несколько глотков. Сказал:
— Угорел!
То ли это была понятная своим шутка, то ли он пользовался таким авторитетом, но несколько человек заулыбались, а актёр и один из братьев даже засмеялись.
— Теперь серьёзно. — Артур Давидович отставил бутылку. — К нам наконец-то присоединились двое «зимних». Никита и Миша!
Я неуверенно приподнялся. Миша остался сидеть, но закивал, крутя головой во все стороны.
— У Миши в форсайте хорошая способность, — продолжал Артур Давидович. — Регенерация после смертельных ранений.
— После смерти! — сказал Миша.
— Допустим, — не стал спорить Артур Давидович. — Способность Никиты... сейчас разбираемся.
На мой взгляд, никаких способностей у меня не было, но я спорить не стал. Похоже, тут большинство, если не все, умели в форсайте что-то необычное.
Интересно, какова способность Лены?
Я посмотрел на неё, она поняла, кивнула и одними губами прошептала:
— Потом...
— Конечно, хотелось бы иметь большие команды, — продолжал Артур Давидович. — Но необходимый минимум набран, а ждать больше времени нет. По уточненным данным — их подтверждают и китайские, и европейские, и американские коллеги, — Событие произойдёт через три недели, в интервале между двадцать седьмым февраля и четвёртым марта две тысячи двадцать шестого года.
Повисла тишина. Артур Давидович медленно обвёл всех взглядом. Спросил:
— Не удивлены?
— Ну так, в общем, ожидаемо, — сказал Михалыч. Я вдруг вспомнил какой-то сериал, он там играл экстрасенса, говорил почти таким же тоном, веско и спокойно. — Хотелось бы ещё месяц-другой, но что значат наши хотелки?
— Увы, ничего, — согласился Артур Давидович. — Мы отводим ещё неделю на слаживание, после чего начинаем операцию... — он сделал паузу... — Операцию «Карамболь»!
Михалыч торжествующе вскинул руки и выкрикнул:
— О, да!
— Нечестно, «Крюк» лучше! — возразила Алевтина. — Михалыч ваш любимчик!
— У меня любимчиков нет, — отрезал Артур Давидович. — Одна из американских групп работает под кодом «Хук».
— Ну так и что? Что нашему крюку их американский хук?
Я опять посмотрел на Лену.
— Странно, да? — спросила она тихо. — Конец света на носу, а мы спорим из-за названия операции!
Я кивнул.
— Всё, что помогает сохранить бодрость и боевой настрой, — допустимо и желательно! — наставительно произнесла она, явно кого-то цитируя.
— Итак, «Карамболь», — заключил Артур Давидович. — Повторю для новеньких: наша цель состоит в том, чтобы понять природу катаклизма, который мы называем Событием. С момента появления «Форса» и стимулированного входа в форсайт нам удалось собрать значительное количество информации. Но время пассивного сбора прошло, мы начинаем более активные действия. Если нам удастся понять механизм произошедшего, то у нас будет шанс...
Он посмотрел на меня как раз в тот миг, когда я иронически улыбнулся. Только человек, не видевший пустые города и затянутое вечными тучами небо, не убегавший от чудовищ и не натыкавшийся на истлевшие тела, мог говорить про шансы.
— Шанс повлиять на масштаб катастрофы, — закончил Артур Давидович. — Ещё неделя слаживания, потом вам раздадут описание операции и начнём. Прошу не забывать каждый день подробно описывать произошедшее в форсайте и оставлять отчёты на столе перед уходом на завтрак. Это касается Никиты и Михаила. Перед сном потрудитесь записать сегодняшние форсайты!
— Можно вопрос? — спросил Миша.
— Давай.
— Почему мы в будущем не помним себя из прошлого? Почему я в будущем не узнал Никиту? Он не слишком изменился.
— Согласно основной версии — потому что будущее нестабильно. Вы попадаете в свои тела, но ваше прошлое ещё не полностью определено, поэтому воспоминаний друг о друге и пребывании здесь у вас нет. Именно это позволяет нам надеяться изменить будущее.
Михаил кивнул и нахально спросил:
— А другие теории есть?
— Есть, — подтвердил Артур Давидович. Но уточнять не стал, и даже Миша понял, что спрашивать не стоит.
Поэтому он задал другой вопрос:
— У кого ещё необычные способности?
— Почти у всех, — ответил Артур Давидович. — Мы полагаем, что форсайт и необычные способности всегда сочетаются.
Он бросил на меня быстрый взгляд.
— Только не всегда люди раскрывают их в форсайте... Ещё вопросы, Миша?
— В комнатах есть прослушка и наблюдение?
«Гэбэшник» заёрзал, «рыжая» улыбнулась.
— Разумеется, — сказал Артур Давидович. — В ванной комнате нет, в жилой есть. Исключительно с целью безопасности.
— Хорошо, — Миша почесал затылок. — Ещё вопрос! Мне можно взять пива в баре?
— Безалкогольного, — без улыбки ответил Артур Давидович.
— Мне родители иногда разрешают нормального.
— Я не родитель и не разрешаю. Вопросы?
Я встал. Спросил:
— Только один. Вы всерьёз надеетесь узнать что-то важное? Предотвратить Событие? Есть какие-то основания на это надеяться?