Проклятый или небеса в его глазах (СИ)

Открыв, долго не могла понять, почему я смотрю на серебристый мех и край расшитой красными нитями подушки.
Я проснулась. Одна.
Комнату заливает солнечный свет. Он падает на кровать, а мое лицо. Мне холодно. Зябко. Жутко. Сажусь в кровати, свешивая ноги к полу. Тру лицо ладонями.
— миледи, вы проснулись, — тихое.
Изольда сидит на стуле у окна, что-то шьет.
— сколько времени? — голос у меня сиплый.
— уже давно утро, — отзывается она внимательно меня рассматривая, — что-то случилось?
— сон, просто сон, Иза, — сама не узнаю свой голос, — как дела снаружи?
Она хмыкает и улыбается своим мыслям. Их много…
— предпочту услышать, а не пытаться разобраться в твоих мыслях, — бросаю на пути к средневековой уборной.
— гости отошли от шока и требуют вас.
— видеть? — умываясь, спрашиваю.
— нет. Требуют дракона отказаться от мирайи.
— разве такое возможно?
— оказывается да. Ваш союз не консумирован.
— с чего такая уверенность?
— милорд отказался предоставить в доказательство простыни и не дал разрешения на осмотр вашего тела на предмет появления метки.
Вот ведь средневековые извращенцы.
— это так важно? Увидеть метку, я имею ввиду, — вышла из-за ширмы и подошла к зеркалу.
Из него на меня смотрела очень бледная девушка с синяками под глазами и растрепанными во сне волосами. Зомби. Как пить дать, зомби.
— да. Они не верят, миледи.
— откуда узнала?
— слуги знают все, — улыбнулось ее отражение в зеркале.
— ясно. Логично, — отвернувшись от зеркала, прошлепала к стопке новой одежды, — ну тогда стоит дать им то, что они хотят увидеть. Иза, что из заказанного мной вчера могло бы подойти? Чтоб не пришлось одевать то жуууутко красивое платье? Только то и нужно, что шею и часть груди показать.
Девушка озадаченно на меня взглянула и надолго задумалась.
Уже будучи одетой в местный аналог белья, черные штанишки сапоги я решила иначе.
— миледи, вот, готово, — Иза протянула мне рубашку с широкой горловиной на шнурке, которую ослабила, чтобы та могла стечь по моему телу, романтично оголив мои плечи. Романтично по меркам моего мира и совершенно вульгарно по меркам этого как я поняла.
— скажи мне, а в этом прекрасном замке есть библиотека или какое иное место, где я могу отыскать книги? — а про себя добавила, — «гугла то я тут не найду….».
— есть. И библиотека и кабинет хозяина, там он тоже держит книги, — ответила Иза, потупив взгляд.
— тогда нам туда, — заправляя рубашку в штаны посмотрела на нее через зеркало.
— но, миледи, а как же…
— я тут подумала и решила, что нет смысла вмешиваться в эти пустые разговоры. Силы у них примерно равны. Иначе еще вчера сильнейший приватизировал бы мое бренное тело. Все равно они придут к тому, что им нужен будет мой голос. И скрипя зубами, придется слушать то, что я смогу сказать. Только вот мне для этого как минимум не хватает информации. Хотя бы элементарной. Об общем устройстве вашего мира, о географии, зоологии, биологии, политике, истории, например. Так меня и надуть могут и я таки попаду в такое вожделенное для них «рабство».
— вас не могут сделать рабом, вы призванный маг! — возмутилась девушка.
— рабство, это не только колодки и ошейник, могут сделать рабом своей воли или искусственно созданных обстоятельств.
— Но, милорд Деймон не позволит, — горячо воскликнула она, — вы его мирайя. Он защитит вас от такой участи!
— а вот это мы еще посмотрим. Даже мудрейшим не дано предвидеть все, — процитировала я неизвестного автора, застегивая пуговицы на вчерашнем кафтане, — мне бы теперь поесть. А то на голодный желудок плохо думается.
Вместо ответа девушка сдернула с подоконника большую белую салфетку. Под ней оказалась небольшая корзинка с пирожками и кувшин молока. Вполне достойно, а самое главное вкуснотища какая!
10.
Напряжение сгустилось внутри замка темным едким туманом. И хоть Изольда и выбирала самые дальние из лестниц, проходы для слуг и тень, нас заметили и общее напряжение чем-то холодным и липким коснулось загривка. Все слуги в напряжении носились по своим делам. Никому не хотелось попасть под разгневанную руку господ.
 
И только прикрыв за собой высокую двухстворчатую дверь, я смогла вздохнуть спокойно. Прижавшись лбом к, наверное, столетнему деревянному полотну, вдохнула его смолянистый аромат. Сквозь закрытые веки прорывался солнечный свет, а это означало лишь то, что библиотека рыжего дракона буквально утопала в солнечном свете.
— миледи, — на плечо легла мягкая ладонь
— сейчас, Иза, я сейчас, — выдохнула я, пытаясь скинуть с себя тяжесть чужого… всего чужого…
Тихие шаги раздавались за моей спиной. Моя спутница выполняла просьбу, искала книги, что могли помочь мне узнать об этом мире больше. О его обычаях, его народах, законах….
Собравшись, наконец, с силами оторвалась от двери и развернулась к источнику света. Огромное стрельчатое окно в витражах алых и золотистых цветов. Витраж изображал осенний сад. И без преувеличения он был прекрасен. Солнечный свет заливал все помещение огромной башни, все стены которой были поделены на ярусы и утыканы книжными полками из темно-алого блестящего дерева. Вокруг стояли столы и уютные кресла. Особо ценные книги лежали на специальных подставках. Все вокруг было волшебным, волшебным настолько что оно, волшебство проникало внутрь беспокойного разума, умиротворяя и успокаивая.
— ну, здравствуй «Гугл» …. — пробурчала себе под нос, понимая, что на изучение всех этих книг потребуется вся моя жизнь.
— вы все так же намерены искать информацию в книгах? — Иза медленно шла вдоль одного из ярусов, вытаскивая иногда книжки, — не проще ли…
Мягко говоря, она со скепсисом относилась к моей затее.
— нет. Может так случиться, что знающего че… существа рядом не окажется. И что мне прикажешь делать?
— я не могу вам приказывать, — стушевалась девушка.
— ты поняла, о чем я, — отмахнулась я, подходя к столу где она уже разложила книги. Перелистнув пару экземпляров удостоверилась в своем предположении, — как и предполагалось…. Не понимаю, не единого слова.
— как же так, миледи, — заломила она свои белы рученьки.
— вот так. Садись, читай. Будем образовываться вместе. Ты же, как я посмотрю, читаешь без проблем. Садись. Садись.
— а вы? — подняла на меня свои светлые очи девица-красавица-помидорка.
— а я… осмотрюсь тут… никогда не бывала в таких местах…. Наши библиотеки немного не такие… — перед глазами встали запыленные ряды шкафов, пыль, суровая тетя-библиотекарша, карточки и талоны. Журналы «Незнайка» и «В мире животных» на стендах.
— а какие? — не удержалась она от вопроса.
— читай, — надавила
— «Валорианские леса названные в честь первого эльфийского владыки….
Чистый девичий голос разнесся по башне, отдаваясь слабым и туманным эхом. Ему вторило и эхо моих шагов. Это завораживало…
Драконы любят все новое. Драконы любят загадки. Драконы любят ребусы. Их сложно удивить. Они носители знаний поколений. Магия не дает им забыть. Даже если они хотят. И потому все новое и неизведанное приравнивается к сакральному и сокровенному. Заставляя высших оборотней, детей великого дракона и его души, его мирайи трепетать. Чувствовать тот миг, когда сердце начинает биться чуть чаще от азарта. Ведь у древних, что прячут свою сущность в вечно юных и горячих телах мужчин оно огромное… Сложно, почти невозможно сдвинуть с места, но правильная загадка, ребус и взор горит, а ум ликует в предвкушении.
Лениво переглядываясь, три дракона смотрели на суетящихся смертных и бессмертных существ, что пытались поделить то, на что права то не имели вовсе. Родомир с равной периодичностью изучал узоры на своем канареечном утреннем халате и на золотых браслетах и перстнях, что носил, теперь Деймон понял всю суть пристрастий дракона к узорчатым и ярким тканям и публичной демонстрации золота и камней, там блуждает взгляд и пропадает время. Ну а отвлекшись от узоров можно полюбоваться бликами от сверкающих на перстных камней. Тоже весьма недурное занятие. Раз в десятый отметив смену взгляда золотого дракона дал себе зарок, обзавестись и подобным халатом и с десяток перстней заказать у ювелира.