Проклятый или небеса в его глазах (СИ)

— это тебя удивляет? После того чем ты тут занималась до падения.
— да. это все это… масштабней….
— твоя сила. Как голова? — мягко спрашивает он, опустив руки на мои плечи.
— терпимо, — зудящая боль в висках словно отошла в сторону…
— значит надо заниматься дальше, — уже как будто сам себе сказал эльф.
— видишь ли, сила менталиста в его разуме и фантазии. В большей степени чем у кого бы то ни было, — Мир сидел рядом со мной на опоясывающей замок стене.
После произошедшего в библиотеке эльф заявил, что хватит сидеть в замке, пора прогуляться и вытащил меня во двор. Только там было слишком многолюдно и многодраконово. И если мысли последних я не слышала, то мысли всех остальных лавиной обрушились на мою многострадальную головушку. Поэтому под прикрытием щита Мира я сбежала, сюда, на стену. И сижу теперь на какой-то бочке и наблюдаю за тренировочными спаррингами драконьей свиты Деймона. Красота. Шестеро полуобнаженных мужчин кружат по двору с упоением размахивая самыми разнообразными видами оружия. Киношников бы сюда. Они бы оценили. Просто конкурс мистер вселенная. Точеные, ладные, спортивные фигуры. Анатомический справочник просто. И главное, каждая мышца знает свое назначние и работает согласно штатному расписанию, а не бутафорски накачена с помощью всяких там "полезных добавок". Ляпота
Эльф сидит рядом и в свойственной ему манере просвещает меня. Я честно стараюсь его слушать, но все мысли заняты Деймоном…
— как думаешь, он зол на меня? — прервала я лекцию о «колодцах» силы магов этого мира.
Эльф замер в задумчивости.
— зол… да, определенно, но скорее на себя, думаю.
— почему…
— знаешь, есть среди драконов такое поверье. Да, они как и все прочие… Не суть. Так вот. Есть поверье, что Мать создает дракону идеальную женщину. Нет, сама женщина не идеальна. Она идеально ему подходит. Отражает его сущность. Только она может привести дракона и человека к единению. К лучшему понимаю себя и мира вокруг. Именно с мирайей дракон становиться «взрослым», ну не знаю «зрелым». Во всяком случае, драконы с мирайями воспринимают других иначе. Как юных. И неважно тысяча тебе лет или пятьдесят. Деймон особенный дракон. Он проклят. Не по своей вине расплачивается за ошибки далекого предка. И характер у него не орехи в меду. А уж слава, сама видела.
— видела, — поддакнула я.
— ну и стоит ли удивляться тебе такой.
— какой?
— свободолюбивой, непокорной, любознательной и сильной. И магически, и не только. Я не про тело. Хоть оно и усилилось после обмена кровью. Женщины этого мира, большинство, более покладисты и знают свое место.
меня передернуло от последней фразы. в горле застрял ком негодования и возмущения. Не смотря на это я все же процедила.
— заметила.
— ну так вот сложи кусочки мозаики. С этим надо как-то свыкнуться. На вид ты очень хрупкая и такая маленькая. Даже я постоянно вынужден напоминать себе и воскрешать в памяти некоторые моменты нашей встречи. Кстати…. О них. Кем ты была в своем мире? — поразил меня последним вопросом Мир.
Только я открыла рот, чтобы ответить, как резкий порыв ветра, ударивший в спину скинул с бочки, на которой я сидела. Как сухой осенний лист меня бросило в низкий борт крепостной стены, ударило так сильно, что вышибло весь воздух из легких и играючи перекинуло. И я, наверное, закончила свои дни на камнях, которыми был вымощен двор, если бы не крепкая рука Мира, что ухватила меня за предплечье.
— Мир, — прохрипела я уткнувшись носом в расшитый листочками камзол после того как он поднял меня и почувствовала твердую опору под ногами, — спасибо.
— зря он это затеял, — зачем-то сказал Мир, словно не слыша.
Темная тень накрыла нас, окатив новым порывом ветра. Звук хлопков огромных крыльев оповестил о том, что я увижу, стоит только обернуться.
Точнее кого.
Дракона.
Не знаю почему, но я не хочу. Не хочу оборачиваться. Не хочу его видеть. Перед глазами стоит лишь рубиново-красный дракон с золоченым шипастым хребтом и забавными усами-жгутами. Плечо обожгло. Ребра болели, впрочем, как и рука с плечом. Мир все так же продолжает нежно обнимать меня. Видимо он вернулся из своего царства мыслей, потому как от его рук идет обжигающее тепло, а боль потихоньку гаснет.
 
Хлопки прекращаются, вместо них слышу звук встретившегося с камнями стены телом и скрежет когтей по камню. Неприятный звук, слово мелом по доске чиркнули.
Оборачиваюсь. Метрах в пятидесяти над воротами замка сидит огромный серо-стальной дракон. Чешуя его блестит в лучах заходящего летнего солнца, делая в каких-то местах рубиновой. Внешне дракон, словно иллюстрация к европейским сказкам. Никакого удлиненного тела, никаких усов и слегка тупой морды. Да и венчающие голову и хребет шипы не такие уж и острые. Он мускулист и огромен. От него веет первозданной мощью. Темно-синие глаза смотрят на меня неотрывно. Считывают реакцию, анализируют.
Со двора слышится ропот и выкрики других драконов. Но стальному плевать. Он замер. Потом сместил чуть в сторону голову, рассматривая меня. Раскрыл крылья. Закрыл. Ловко перебирая лапами и царапая камень, дернулся в нашу сторону.
От страха я шарахнулась назад и наткнулась на эльфа.
— они все такие? — только такое смог выдать мой мозг.
Шутка ли увидеть такое? Всю жизнь живешь, зная, что человек венец природы. Ну, подумаешь вертикальный зрачок. Мутация. Линзы. Подумаешь острые уши…. Человек-кошка….
Существо размером с грузовой самолет или аэробус…
Руслан… блин…. шипастый…. или Мрия….
Программа дала сбой. Инстинкт самосохранения проснулся.
Сны снами, но это уже чересчур.
— в целом да… хотя внешность разная, — отвечает Мир.
Слышу его плохо. Кровь стучит в висках и ушах. Страх заполонил все существо.
Защищаться!
— а вот этого не надо, — слышу в отдалении голос Мира.
Что это за нотки беспокойства?
— Шернор!!! Прими человеческий облик! — разнесся вокруг громогласный голос, — Иначе я вынужден буду напасть на тебя, защищая свое гнездо.
Огромный дракон медленно поворачивает голову, не сводя с меня взгляда. Потом все же переводит взгляд, как и я, на стоящего на ступенях главного входа Родомира в золотых одеждах. Фыркает так, что из его пасти вырывается облако пара.
Меня бьет мелкая дрожь. Сжимаю кулаки до боли. Гнев заменяет собой страх. Только гнев не мой… Как понимаю? Никогда подобного не испытывала. Эта буря эмоций, что заставляет кровь кипеть.
Мысли текут в страшном направлении: «Он угроза. Он большой, бронированный…. Угроза… Уничтожить угрозу…. Как? … слабые места…. Глаза……. Выколоть…» Что со мной. Закрываю глаза, лишь бы не видеть.
Тем временем в спину дует резкий порыв ветра.
Разлетались тут!
До меня донесся аромат, который я с удовольствие втянула в себя. Деймон.
Горячие руки легли на талию, увлекая в плен объятий.
— тише, — невозможно сексуальный голос ворвался в мою реальность, умиротворяя и успокаивая.
Горячие губы скользнули по виску, опаляя. Сублимируя гнев в дикую, необузданную страсть. Крутанувшись в его руках, инстинктивно нахожу его губы и впиваюсь в них. Мягкие, вкусные, как и представлялось. С шумным выдохом носом и клокотанием в груди он сдается. Хотя, что уж скрывать, не особо и сопротивлялся. Но все же… я ликую от победы! Приоткрывает их, позволяя пить его дыхание, перехватывает инициативу, заставляя терять голову. Хватаюсь что есть сил за его камзол, рву на себя, требуя быть ближе. Руки послушно вдавливают в себя. Я плавлюсь. Мой…
— мой… дрррррррракон… — рычу, когда он отрывается он моих губ, видимо осознав, что крепостная стена и зрители не совсем то.
— Адалин, — растягивает мое имя на одном дыхании, упоенно.
От напряжения, скопившегося внизу живота меня начинает колотить. Смотрю в его глаза и тону. Понимаю… мы пришли к согласию…
Отступив на шаг он берет меня за руку и разворачиваясь делает шаг в сторону высоких стен замка.