В чужом клане (СИ)

Похоже, ответ оказался неправильный, потому что советник посмотрел так, будто хотел прожечь во мне дыру взглядом.
— Что, даже не своей семье? Не своему клану⁈ Я уже не говорю про империю или человечество…
— Послушайте, господин советник, — перебил я его, чувствуя, как к моей злости на надоедливую пустоту добавилось возмущение. — Не стоит ожидать льстивых славословий на ментальном допросе! Не нравится такая правда — не спрашивайте!
Пустота, к счастью, давила не настолько сильно, чтобы заставить меня признаться в том, что ни семьи, ни клана у меня не было, а империя и, уж тем более, целое человечество представлялись мне абстрактными понятиями, наподобие красоты, справедливости или счастья. То есть они все, конечно, существовали, и даже вызывали у меня позитивные эмоции, но не настолько, чтобы им служить.
Кстати…
А почему пустота давила не настолько сильно?
Сейчас, когда я задумался об этом, то осознал, что сопротивляться ее воздействию стало действительно намного проще, чем при первом заходе.
Причина заключалась в том, что советник ослаб после атаки демона?
Или же у меня начала вырабатываться сопротивляемость?
Интересно, к ментальному допросу вообще может выработаться сопротивляемость?
Впрочем, важно было то, что независимо от причины, теперь слова не вылетали из меня вперед мыслей. Теперь я мог если не врать напрямую, то хотя бы умалчивать о том, о чем не хотел говорить.
Между тем советник еще несколько мгновений смотрел на меня с возмущением, потом покачал головой, явно не одобряя мой эгоизм, и продолжил с вопросами.
— Вы принадлежите к какой-либо из черных, серых или белых сект?
О, так секты бывают аж трех видов! Надо будет узнать, чем отличаются остальные.
— Нет, не принадлежу, — отказался я.
С каждым моим ответом советник выглядел все более разочарованным. Должно быть, очень мечтал поймать шпиона демонов. Интересно, что его не интересовало ни мое происхождение, ни обстоятельства того, как я оказался в клане аль-Ифрит.
— Что вам известно о Возрожденном в Бездне?
Какое странное имя. Или прозвище? Так или иначе, я точно слышал его впервые в жизни.
— Ничего не известно. А кто такой этот Возрожденный?
Я был практически уверен, что советник опять скажет что-то вроде того, что у меня нет права задавать ему вопросы, но нет, ответил.
— Это владыка всех демонов.
— То есть их император?
По лицу советника скользнула непонятная гримаса.
— Учитывая, что он бессмертен, правильнее сказать — бог -император… Кстати, когда вы планируете пройти инициацию?
С моей точки зрения, такой перескок с темы на тему был совсем не кстати, но сообщать советнику я об этом не стал.
— В ближайшее время. Как только место для нее будет подготовлено.
— Хорошо, — голос советника приобрел неожиданно добродушные нотки. — Черный нихарн — это, конечно, замечательно, но демоническая скверна у вас слишком близка к поверхности, так что с инициацией не тяните.
Я ошеломленно моргнул — переход от допроса к практически отеческому увещеванию оказался для меня слишком резким. То, что советник увидел за зачарованной поверхностью железного кольца черный нихарн, меня не удивило, в отличие от его нового тона.
Советник между тем уже поднялся на ноги с явным намерением отправиться восвояси.
— Господин имперский советник! Будьте добры, подождите!
— В чем дело?
— Вы не могли бы ответить на несколько моих вопросов?
Советник, судя по его скептическому виду, усомнился, верно ли меня услышал, хотя я был уверен, что говорил и четко, и вежливо.
— Господин Менхард, вы не в том положении, чтобы задавать мне…
Так, эту фразу я помнил.
— А если в качестве жеста доброй воли? — перебил я его. — В виде компенсации за мой нарушенный отдых?
— Даже не знаю, как реагировать на такую наглость… — пробормотал он.
Наглость? Как по мне, так невероятную наглость сегодня проявил вовсе не я. Ладно, можно по-другому.
— Вы поможете мне, а я попрошу аль-Ифрит не подавать официальную жалобу из-за сегодняшних событий, — предложил я, обведя рукой комнату. Не везло моим покоям, сперва Беата с ножом, теперь вот демон с советником…
 
Выражение лица советника, между тем, явственно показало, что именно он думал о любых жалобах и насколько сильно они его тревожили.
То есть, нисколько не тревожили, ага.
Как я и подозревал, впрочем.
Однако моя настойчивость то ли его впечатлила, то ли позабавила, то ли он просто мучился по ночам бессонницей и потому не торопился возвращаться к себе; так или иначе, но он вновь опустился в кресло.
— И какую же помощь вы хотите?
— Расскажите мне про демона, которым я был одержим. Про этого паука, — произнес я торопливо, пока он не передумал. — На демона с такой внешностью и способностями я не натыкался ни в жизни, ни в прочитанных книгах.
— То есть рассказать вам о ваших предках. В качестве жеста доброй воли, — по лицу советника скользнула кривая усмешка, подсказав, что он делает что-то в таком качестве впервые в жизни.
— Да. Кто они такие?
— Амраны. Белые пауки. Почему белые вы, думаю, и сами догадались.
Я кивнул — цвет кожи у демона был белее свежего снега.
— То, что вы видели в зеркале, является их человекоподобной формой. Их изначальная форма — большие ядовитые пауки, практически неуязвимые как перед обычным оружием, так и перед магией.
— Насколько большие?
Советник на мгновение задумался, явно вспоминая.
— Раза в три-четыре выше лошади.
Мда, тут подходило слово не «большие», а «огромные». Мне вспомнились все прежде встреченные демоны и монстры — ни агхары, ни варги, ни даже ветси не могли сравниться с таким чудовищем. Разве что Могильная гирза составила бы ему конкуренцию.
— Последний раз амраны появлялись на территории империи пятнадцать веков назад, — продолжил советник задумчивым тоном. — А про амранов-полукровок я не слышал даже слухов… В том смысле, что ни в одном из архивных документов нет упоминаний о плодах союзов между амранами и людьми. Честно сказать, прежде я относил Пауков к тем демонам, которые не способны иметь с людьми общего потомства.
— А где амраны обитают?
— В одном из двенадцати теневых королевств. Вы ведь знаете, что это такое?
Я кивнул.
— Белые амраны правят, серые и синие мраны служат. Но, думаю, детали их повседневной жизни вам никак не пригодятся.
Пожалуй верно.
— Расскажите лучше, какие у них есть уязвимости, — сказал я.
Советник хмыкнул.
— Планируете довести одержимость до конца и хотите заранее знать, что вас способно убить?
— Нет. Всего лишь планирую узнать как можно больше о своих предках, — ответил я сквозь зубы.
Советник некоторое время разглядывал меня со скептическим видом.
— Вы ведь слышали о Костяном Короле? — и на мой кивок продолжил: — Он на одном уровне уязвимости с амранами.
Вот как? Тогда правильнее было бы сказать — на одном уровне неуязвимости.
Насколько я помнил, в «Демонологии» давался только один совет насчет того, что делать при появлении Костяного Короля — бежать и молиться Пресветлой Хейме о спасении. К счастью, на территории империи он появлялся реже чем раз в век и не задерживался надолго.
— Амранов не интересуют люди? Ну, там, в качестве еды, источника магии или инкубаторов?
Советник пожал плечами.
— В их распоряжении огромное пространство, богатое ресурсами, природными источниками магии и дичью. К счастью для людей, империя их ничем не привлекает.
Похоже, не будь у амранов своего королевства, у человечества появился бы новый, почти неуязвимый враг.
Повезло.
— Лично я на вашем месте обратил бы внимание на другое, — продолжил советник. — На то, какое положение занимали амраны в демонической иерархии в былые времена.
— И какое же?
— Они стояли на высшей ступени перед Черным троном.
— И что это значит?