Любовь и прочие яды (СИ)
– Привет, – поздоровался парень со мной и кивнул Мари.
– При… вет… – промямлила я.
Почему-то внезапно мне стало жутко неловко. Ну в самом деле, зачем я ему этот шарф купила? Но отвертеться не удалось.
– А ты купил Хель подарок? – с хитрым прищуром спросила Мари, беря Логана под руку. – А она тебе купила!
Убить подругу рука не поднималась, но мысли были.
– Да? И что там? – парень улыбнулся уголками губ.
Я молча сунула ему сверток и пошла в столовую. Через пару шагов меня, естественно, нагнали. Винсент привычным жестом сдернул сумку с моего плеча и зашагал рядом.
– Спасибо, – негромко произнес он, и я кивнула, принимая благодарность.
Завтракать мы устроились вчетвером. Мари возбужденно трещала о предстоящем бале, я без особого энтузиазма ковыряла еду. После шика и блеска аристократии студенческий бал наверняка бы не показался мне таким интересным, но… это ведь был бы мой первый самостоятельный бал. Где ко мне не были бы приставлены братья и няньки, ограждающие и оберегающие. Наверняка это могло быть жутко интересно.
– Хель? – позвал Винсент. – А ты пойдешь на бал?
– Нет. Не в этом году.
– Почему? – искренне удивился Руэда. – Кажется, все адептки только и мечтают туда попасть.
Хотелось сказать, что я не все и вообще до безобразия особенная, но вместо этого пришлось признаться:
– Я не могу позволить себе хорошее платье. А приходить пугалом – это себя не уважать.
– Ясно. Какие планы?
– Не знаю, – пожала плечами.
– Тогда, может, позанимаемся? Кажется, пора готовиться к сессии.
– Почему бы и нет, – легко согласилась я.
– Тогда в четыре, где обычно, – кинул Руэда и, наскоро попрощавшись с присутствующими, покинул нашу компанию.
– За подарком побежал, – авторитетно заявила Мари.
Хотелось бы, конечно! Особенно если этот подарок – бальное платье… но вообще так думать нехорошо. Я дарила не ради ответного жеста, а от чистого сердца! Точнее, не сердца. Оно тут вообще не при чем. Это просто вежливость. Вежливость и ничего больше!
В четыре часа Винсент не явился. Погруженная в чтение книги, я не сразу это заметила. Подняла глаза на часы ближе к половине пятого. Подумала, что это, конечно же, свинство, но, если он принесет что-то действительно полезное, я его великодушно прощу. А если нет, будет решать задачки на сопротивление материалов до рассвета.
В пять он тоже не явился. В полшестого я закончила свои задания и начала собирать разложенные книжки, решив, что по пути Руэда схватила и скрутила какая-нибудь поклонница, приковала к себе и теперь тащит на бал, как собачонку на ремешке.
Когда я убрала последний листик, дверь в аудиторию распахнулась, и в помещение сначала втиснулись три плетеные корзины, а затем и сам Руэда. Я настолько обалдела от увиденного, что даже все язвительные комментарии вылетели из головы.
– Уф, – выдохнул парень, сгрузив ношу на стол.
Я вопросительно посмотрела на него, на корзины и снова на него.
– Прости, мне жутко неловко. Я впервые в жизни опаздываю на… встречу с девушкой.
Как хорошо воспитанная леди, я скрестила руки на груди и многозначительно приподняла бровь.
– Ужин, – пояснил парень.
– Вкусный? – недоверчиво спросила я.
– Точно лучше столовой, – заверил меня маг.
– Ты прощен, – хмыкнула я.
– Поможешь? – неуверенно спросил он, открывая ближайшую корзину. По аудитории поплыл потрясающий аромат мяса, приготовленного на углях, заставивший меня забыть, что я прождала Руэда почти два часа.
– Съесть?
– И это тоже. Но для начала разобрать и разложить.
Я картинно вздохнула и, громко сетуя на несправедливые гендерные роли, начала разбирать и раскладывать. Кое-что даже требовало нарезки. Руэда устранился от процесса, вручив мне кухонный тесак внушительных размеров. Даже не знаю, шел ли он в комплекте с едой или был забыт в заказе поварятами.
Пришлось снимать перчатки, а заодно и родовое кольцо, чтобы не испачкаться. Да и так они мне уже порядком поднадоели, что, если бы не обещание брату, я бы давно уже запихнула их куда подальше в своей комнате.
В общем, двадцать минут спустя составленные парты ломились от съестного.
– Ты пригласил кого-то еще? – спросила я, оглядывая поле деятельности.
– Нет.
– На двоих многовато…
– Ты меня недооцениваешь, – улыбнулся Винсент. Широко, искренне, сверкнув белоснежными зубами. – И потом, у меня есть еще кое-что для бонуса.
На столе возникла пара бутылок вина. С этими аргументами нельзя было не согласиться. И пошел вечер как-то веселее. Мы ели, пили, обсуждали предметы и преподавателей, старательно избегали личных вопросов. Хотя, признаться честно, я ждала какой-то ненавязчивой романтики, однако все было исключительно в рамках приличий. И даже немного на расстоянии от тех рамок. Пришлось признать напрашивающийся вывод – я не в его вкусе.
Ну и ладно. Не больно-то и хотелось.
– Это последняя, – констатировал Винсент, откупоривая бутылку.
Я беззастенчиво зевнула во весь рот:
– Отлично, добьем ее и на боковую.
Винсент разлил по бокалам тягучую алую жидкость. Тосты у нас давно закончились, так что я не стала дожидаться, пока парень дожует очередной кусок мяса и приложилась к вину.
– Какой странный вкус… – пробормотала я, сделав пару глотков.
– Почему? – не понял Винсент. – Такое же в точности, как и предыдущие.
Я подняла глаза на парня, чтобы предложить попробовать и убедиться самому, и тут-то меня и накрыло.
– Винсент… – пролепетала я плохо слушающимся языком.
– М? Хель? Хель, что с тобой? – обеспокоенно спросил он.
А у меня все уже было прекрасно. По телу разливалось тепло, и мир вокруг парня начал приобретать особенно яркие краски. Хотелось петь и танцевать, желательно в крепких объятиях адепта Руэда. О-о-о, это что-то новенькое…
Нащупав одной рукой другую, я застонала. Кольца не было! Я банально забыла надеть его обратно!
– Хель, ты меня пугаешь…
Я взяла его за руку и, заглядывая в глаза, с придыханием произнесла:
– Я и саму себя пугаю.
Парень нахмурился, отобрал у меня бокал и принюхался к содержимому. Соображал он медленно, все-таки час уже поздний, сытная еда, вино – все это не способствовало улучшению мозговой деятельности.
– Так вот ты какая, истинная любовь… – толсто намекнула я.
– Демонову мать… – прошептал Руэда, и я натурально увидела, как его восхитительно-синие глаза расширяются от ужаса. – Приворотное зелье!
– Оно самое, любимый. И судя по всему это «Мгновенная любовь». Кто-то очень хочет тебя заполучить, – мурлыкала я, мысленно матерясь, но не в состоянии сменить интонацию.
– Хель… Ректор меня вышибет из Академии, если узнает…
– О нет! – возмущенно воскликнула я. – Скорее всего тебя ждет долгое и нудное судебное разбирательство. Но ты у нас наверняка мальчик из хорошей семьи, при деньгах. Откупишься, оплатишь антидот, и мое отравленное сердечко перестанет беспричинно неистово биться в ребра.
– Дело не в этом, Хель. У меня уговор с ректором… Идеальная дисциплина, или меня отчислят. Он даже разбираться не будет.
Любящая женщина в первую очередь женщина сострадательная. И мне, конечно же, было безумно его жаль, и я была готова на все, только чтобы он остался со мной рядом. А потом пришла мысль, леденящая сознание – а если это все подстроено? Если его специально подослали, чтобы втереться в доверие и опоить, чтобы, например, похитить? Да я же сейчас за ним на край света помчусь, да еще и напевать буду от радости!
Я закусила губу, усилием воли заставила себя отодвинуться от парня, зажмурилась и сделала несколько глубоких вздохов, размышляя, что ценнее – мои интересы или интересы малознакомого мага.
– Хель… – голос раздался как-то неожиданно близко. Я приоткрыла один глаз, и дыхание перехватило. Парень склонился ко мне, тревожно заглядывая в лицо. – Хель, я тебя умоляю, давай просто подождем, пока выветрится.