Инкуб (СИ)

- Останови машину, черт возьми, - Венера гневно сверкнула глазами, повернулась к мужу. Она уже не на шутку сердилась, сама не зная на кого. На него, на себя, на Алису? А может быть на тех, кто ее бросил младенцем?
Он послушно остановился у ближайшего кармана на дороге.
Она вышла. Бухнула дверцей. Под ледяным вихрем собрала руки на груди, чтобы не замерзнуть. Ей требовалось остыть. Требовалось собраться мыслями. Венера оперлась о теплый капот, и несколько минут молчала. Смотрела вдаль, охлаждаясь от затмившего на миг сознание ничем несдержанного желания. В этой чертовой тесной машине, ей хотелось заняться прямыми супружескими обязанностями. В конце концов, они все еще женаты. Хотя их брак никогда не был настоящим браком.
В одну из бурных ссор с Алисой, на последнем курсе Андрей назло и соблазнившись перспективами, сделал предложение Венере. Она никак не ожидала от него такого поступка. Андрей встал на колено при всей группе, и протянул приготовленную для Алисы коробку с кольцом.
- Выходи за меня, - выдохнул он, смущаясь собственной дерзости.
Было видно, как Венера колеблется, злиться, понимает, как на них все пялятся, а затем собравшись, чуть заметно кивнула.
- Я согласна.
Она взяла кольцо. Поднялся дикий шум в группе. События последующих трех месяцев подготовки к свадьбе, радость родителей с выбором сына, и рыдания и проклятия Алисы, все смешалось в ком образов без четких воспоминаний. Зачем он сделал то предложение, Андрей и сам не мог себе признаться.
Он осознал чудовищность поступка, спустя несколько месяцев после свадьбы. Как ни мила была новоиспеченная жена, как не горяча в постели и умнее на лекциях, сердце его принадлежало взбалмошной, не разумной, но любимой Алисе. И Венера это тоже осознала.
Прошло четыре года, прежде чем Андрею удалось снискать хотя бы приветствия от бывшей подруги. К тому моменту та успела выйти замуж. Вероятно, именно развод заставил обиженную бывшую взглянуть правде в глаза, она все еще любит неверного предателя.
Так начался тайный роман Андрея и Алисы, страстный, примирительный, полный сожаления о сделанных ошибках. И все бы ничего, но отец Алисы застукал влюбленных в одной из вип-палат, где они занимались отнюдь не работой. Алиса поняла, если Андрей и Венера разведутся, отец обвинит ее. Любовники решили подождать.
Прошло несколько лет, и теперь Алиса не спешила замуж за Андрея. Утихли первые знойные примирения, жизнь пошла по прежним канонам. Казалось всех, все устраивает. И Венеру и Алису. Это была видимая часть айсберга, под названием «У нас все прекрасно».
Андрей проигнорировал звонок и вышел следом. Он примирительно посмотрел на жену. Встал рядом, тоже оперся на капот, пытаясь рассмотреть то, что видит она.
- Прости. Не удержался. Знаешь же, насколько ты соблазнительна, - произнес он, разглядывая юбку, теплый меховой жакет и сапожки с чулками.
- Если у вас настолько все хорошо, почему не хочешь? – спросила она, имея в виду его, любовницу и развод.
Тот помолчал, затем устало вздохнул.
- Пойдут слухи. На работе встанет вопрос. Знаешь Курумканского, он и так Алису ни во что не ставит. Загрызет.
- Разнесет на тебе бубен, - согласилась она, давая понять, что остыла.
- Твой отец весьма натренировал меня. Переживу. Выйдет на пенсию, тогда разведемся. А пока, терпи, малая.
Венера рассмеялась и с непониманием посмотрела на мужа.
- Карьера, прежде всего.
Он улыбнулся.
- Какой цинизм, ай-я-ай, малая. Не нарывайся, я и так умираю от желания взять тебя.
Он кивком указал на горячий капот. Венера с горечью усмехнулась, и все же не удержалась, прильнула к спортивной фигуре, погладив накаченный торс, угадывая, как под тканью рубашки-поло напрягаются, трепещут мышцы от ее пикантных прикосновений и как муж, загорается от желания.
- В следующий раз, думай, что делаешь. Ты же знаешь, как важно твое внимание. Твои реакции, вот здесь.
- Венера…
- И здесь.
- Венера!
- Как сильно...
Ее рука опустилась ниже пояса, и скользнув по воздуху ничего не задела.
 
- Пойдем в машину, пока не простыли, - предложил он, беря жену за тонкую талию, едва удерживаясь от значительных прикосновений. Он открыл второй рукой дверь в салон машины. – Темнеет. Ты устала. Это всегда сказывается.
Венера позволила посадить себя в салон машины, где работала на полную мощность печь. Андрей прав. Путешествия тревожили и ворошили глубокое чувство вины. Ее сжигал стыд перед отцом, перед великим человеком. Каждый раз она приходила в себя по несколько дней, пока хлопоты и будни с заботами не поглощали стыд в водовороте дел.
Андрей ее понимал, потому что те несколько неконтролируемых раз в год, что случались между ними, он считал изменой перед Алисой. Сексапильность жены выносила мозг, а доступность искушала душу. Он хотел Венеру. Всегда хотел. И в тоже время хранил верность перед любовницей. Пытался.
- Только не дразни Алису. Она последнее время раздражительна. Словно у нее месячные, которые не заканчиваются.
- Проверь на гормоны, - предложила буднично Венера, согреваясь и настраиваясь на оставшуюся часть дороги до Улан-Удэ в безмолвии. Лучше, чем распалять его и себя, в конце концов, он откажется, а она в одиночестве пойдет домой. – Вдруг она беременна?
Последние слова дались нелегко, но она выговорила их вслух. Как произносят то, чего бояться, то что страшно признать, но не спросить и не знать еще хуже.
- Дело не в этом, - произнес он после некоторой мучительной паузы. – У нее кто-то есть. Кроме меня. Сказала, что больше не любит.
От этой новости, Венера посмотрела на мужа с удивлением. Не зная, как реагировать, радоваться или грустить. Хотя их брак существовал лишь на бумаге, они сохраняли дружеские отношения. Ничего сказать в ответ она не успела.
Бентли идущий впереди, по дуге ушел в резкий вираж. Он пытался отойти, уклонится от летевшей навстречу скорой помощи.
Их Тойота осторожно отскочила в сторону от своего вектора движения.
Раздался режущий уши визг. Две машины, скорую и бентли, развернуло, как танцоров в танго. Донесся звук удара с лязгом. Капот скорой смялся в лепешку со стороны водителя.
Взгляд Венеры вернулся к пассажирам.
В другом салоне виднелись двое. Кажется, пристегнутые.
Первое, что ей отметилось, как пассажир в Бентли активно трясет девушку. Внутри салона сидели седовласый, импозантный дед-брутал, из последних сил борющийся за ускользающий тестостерон и молодая, точно лебедь, девушка. Лет двадцать, не меньше.
Мгновение с восхищением и в шоке Венера разглядывала ее рыжий волос, молочно-белую кожу, контрастировавшую с красным вечерним платьем. Девушка дернулась, села прямо, словно кто вогнал в нее кол.
Андрей дал по тормозам, остановил машину, набирая свободной рукой сто двенадцать. А Венера, отстегивалась, и лихорадочно вглядывалась в обе машины. Она выбралась на улицу.
На хорошо освещенной дороге валялись осколки стекла, чувствовалась вонь от дымящей резины. В нос били запахи металла и бензина. Они не заглушали запах человеческой крови.
- Кровь.
- Держи себя в руках.
Она чувствовала, как интенсивный аромат разносится на километры вокруг, прижала руку к носу.
- У вас все в порядке? – крикнул водителю Андрей, реагирующий спокойнее, чем она. Сказывались годы работы в больнице.
Холодный ветер вывел ее из ступора. Послышался скрип, из салона скорой помощи выполз водитель. Она бросилась к нему, отворила дверь, мечась взглядом в поисках нужной сумки. «Кардиология», «Акушерство», «Реанимация».
За эти секунды девушка и мужчина из второй машины выбрались наружу.
Брутал рухнул на открытую дверь машины, и Венера побежала к нему, подхватила, помогая не упасть. Отметила на ходу, его сильное головокружение, пот, боль и спазмы тошноты. Обильно выталкивалась кровь изо рта. Она густой струей текла по подбородку, капая на асфальт. На шее у него виднелись кровоподтеки от ремней безопасности.