Сказка о Шуте и ведьме. Госпожа Янига (СИ)
Мнила я о себе много, а оказалось, что ничем от Холиссы не отличаюсь. Горько-то как…
Любишь другого больше, чем себя…
Он любил. Любил неизвестную мне женщину больше себя и поэтому отпустил её к другому.
И меня не стал удерживать.
Потому что свобода воли — священна.
«Люди живут, как завещали им боги. Датри решала, хочет она быть с Шанаком или нет. И он принимал её решение…
…Я рад, что встретил тебя… не хочу, чтобы ты ушла. Но, если ты вдруг решишь иначе — я не стану тебе мешать…»
Мне захотелось взвыть от этих воспоминаний. Ну почему, почему я не вспомнила этого вчера?! Почему думала только о своей обиде?!
«Тот, кто идёт против судьбы, живёт недолго и несчастливо».
Ох, Янига, Янига, что ж ты за невезучая и глупая ведьма?
Ничему тебя жизнь не учит…
Ночной ветер снова зашумел в ветвях, и до меня долетел запах дыма и…
Я вскочила, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, откуда дул ветер.
Запах костра и еды мог означать только одно.
Джастер был где-то неподалёку.
Я торопливо свернула полог, нашарила в траве пояс с мечом и надела, чтобы не потерять.
— Пойдём, пойдём, — я тихо погладила по шее Ласточку, на ощупь отвязывая повод и старательно принюхиваясь к слабому ветерку. — Надо его найти! Это наш шанс, понимаешь?
Ласточка только мотнула головой, но послушно пошла следом за мной.
Шли мы медленно. То ли луна уже зашла, то ли терпение и милость Датри на сегодня для меня закончились, но дорогу приходилось искать почти на ощупь. К счастью, ветер не только шумел в кронах над головой. Он уверенно доносил до меня тонкий аромат горячей похлёбки, и я от всего сердца молила Великих богов, чтобы ветер не сменил направление и не затих.
Прежде чем сделать шаг, я проверяла дорогу рукой и ногой, чтобы не упасть в яму или не натолкнуться на ветки. Приходилось думать не только о себе, но и о Ласточке.
Ни я, ни она не обладали способностью Шута видеть в темноте, как кошки. И всё же, спустя какое-то время, запах стал сильнее, и я смогла разглядеть между деревьев свет.
Идти стало намного легче. Только чем ближе я подходила, тем больше внутри поднимался страх.
Вдруг я опять всё неправильно поняла?
Может, он имел в виду что-то другое, а не оберег и браслет?
Запах еды кружил голову, рот наполнялся слюной, в животе бурчало, но с каждым шагом я подходила к костру всё медленнее.
Когда до крохотной полянки оставалось несколько шагов, я остановилась. Стоит ли выходить туда сейчас, или лучше остаться здесь и дождаться утра?
Джастер, накинув на плечи плащ, сидел, прислонившись спиной к сосне, и вырезал из веточки очередную игрушку. Неподалёку была привязана рассёдланная Огонёк. Над костром булькала похлёбка в котелке, а рядом с Шутом лежал Игвиль во всей своей красе.
Призрачный змей обвивал хозяина хвостом и смотрел на огонь, сложив крылья на спине и по-кошачьи щуря чёрные глаза. Только вот кончик хвоста, напоминавший конец копья или острие меча, предупреждающе ударял по земле, оставляя заметные следы.
Я вздохнула, понимая, что оба давно меня заметили. Только Шут не подавал вида, а Игвиль не стеснялся показать, что сердится на меня.
Вместе с этим я вдруг поняла, что утром будет поздно.
Моя судьба решается сейчас.
Вздохнув, я перехватила повод Ласточки и пошла на полянку.
Увидав подружку, Огонёк радостно фыркнула и я не стала мешать лошадям радоваться встрече, привязав Ласточку рядом с лошадью Шута.
Хоть кому-то пусть сейчас будет хорошо…
Я сделала шаг вперёд, и тут же передо мной появился отливающий голубым пламенем кончик хвоста драксы. Остриё Живого меча, нацеленное мне в лицо.
— Игвиль, прости меня, — я смотрела в чёрные глаза с жёлтыми щелями зрачков. — Я ни за что тебя обидела. Я была зла и наговорила глупостей. Я была не права.
Хвост несколько раз сердито ударил о землю передо мной, взбивая хвою и пыль. Дракса был полностью согласен с моими словами, но извинений было недостаточно, чтобы вернуть его расположение.
— Ты мне очень нравишься. — Я протянула руку, но призрачный змей недоверчиво прищурился. — Ты мне нужен, Игвиль. Правда, нужен. Вы оба мне нужны. Очень.
В один короткий миг огромная голова драксы вдруг оказалась перед моим лицом. Чёрные глаза призрачного змея щурились, язык в приоткрытой пасти едва трепетал. А я думала о том, что в самом деле соскучилась по этому волшебному существу и он действительно мне очень нравится…
— Игвиль, — спокойно произнёс Шут, и дракса в один миг исчез, возвращаясь в Живой меч.
Я тихо вздохнула, так и не поняв: простил меня дракса или нет. Впрочем, сейчас важнее было другое.
— В-вот… — я достала из сумки мешочек с остатками браслета и сняла с шеи оберег. — Я нашла…
Джастер отложил поделку и нож в сторону и, не глядя, протянул открытую ладонь. Я поспешно отдала свои находки. Он зажал их в кулаке и сунул в свою торбу.
По-прежнему молча и не удостоив меня даже взглядом, Шут взял в руки недоделанную игрушку.
У меня внутри всё оборвалось.
Я ошиблась.
Опять поняла неправильно и сделала не то, что было нужно.
— П-прости… — тихо прошептала я, пока мир вокруг в очередной раз расплывался от слёз. — Я опять…
В животе громко забурчало и мне стало невыносимо стыдно. Я вдруг подумала, как это выглядит со стороны. Пришла ведьма к костру и просит прощения у «пса» и его волшебного меча, потому что без них ей не выжить. А ещё хочет поесть и погреться…
Никто не поверит, что я сюда пришла совсем не за этим.
— Великие боги, глупо-то всё как…
— Да, — неожиданно тихо ответил Шут. — Глупо.
Я поспешно вытерла глаза и посмотрела на него. Воин, отложив поделку, встретил мой взгляд.
В серых глазах вместо стальной стены были грусть и ожидание.
«Любовь или есть, или её нет, ведьма…»
Только сейчас я поняла его слова.
Не умом. Душой и сердцем.
Любовь просто есть.
И пусть она не небесная, а земная… Но я люблю его таким, какой он есть.
Вредным, обидчивым, вспыльчивым, упрямым, мрачным, недовольным… Со всем его прошлым и настоящим, с непростым характером и тёмными тайнами…
Я просто его люблю.
Он мне дороже всего на свете.
И он тоже принимает меня такой, какая я есть. Со всеми моими глупостями, слезами, капризами, страхами…
— Иди сюда.
Джастер протянул руку, и я приняла его приглашение. Подошла, села рядом, обняла и прижалась щекой к его груди.
Горячий, сильный и такой родной.
Он вздохнул и обнял меня, заодно укрывая своим плащом. Тепло. Великие боги, как же хорошо и тепло рядом с ним.
— Я такая дура…
— Да я сам не лучше, — тихо сказал Шут, перебирая мои волосы пальцами и выпутывая из них хвою и листья.
— Ты серьёзно? — Я недоверчиво посмотрела на него.
— Конечно, — с заметной грустью улыбнулся он уголком рта. — Любой может ошибиться. Только признавать свои ошибки умеет не каждый. Я рад, что ты пришла.
Рад, что я пришла… Великие Боги, ничего лучше он не смог бы сказать.
Я снова прижалась щекой к его груди, слушая, как ровно и спокойно стучит сердце. Джастер умел прощать и признавать свои ошибки. И как-то незаметно научил этому и меня.
И он меня ждал. Устроил лагерь, готовил ужин и ждал одну упрямую и глупую ведьму.
Великие боги… Какой же он… невероятный.
Шанак, Датри, да как мне в голову могло прийти, что я смогу жить без него?
— Джастер…
— М?
— Я очень боялась, что ничего не найду.
— Я видел.
— Видел?
— Не ты одна голову святой водой остужала, ведьма.
Вот почему Ласточка голову вскидывала и ушами стригла… Но Джастер не вышел ко мне, потому что… Нет, не буду ничего придумывать. Лучше спрошу.
— А если бы я не нашла?
— Так нашла же.
Я чуть было не возмутилась, что он не помог, но тут же прикусила язык, останавливая саму себя. Правильно не помог. Это была моя ошибка, моя вина, и я сама должна была всё исправить.