Парни из Билокси

— Зачем вам так много оружия? — театрально поинтересовался Бэрч.
— Все очень просто, — ответил Нолл со всей серьезностью. — В моей работе как руководителя службы безопасности клуба мне часто приходится разнимать драки и просить особо буйных клиентов покинуть заведение. У них нередко имеются при себе пистолеты и ножи. Иногда я их изымаю. Иногда просто прошу буянов уйти. Особенно непросто бывает вечером в пятницу или субботу, когда посетители не прочь устроить скандал и подебоширить. Некоторые из этих парней возвращаются в клуб на следующий день или позже, извиняются и просят вернуть изъятое оружие. А кто-то так и не появляется. За годы у меня накопилась целая коллекция. Лучшее я оставляю себе, а остальное продаю.
Джошуа Бэрч подошел к столу судебного репортера, взял револьвер «ругер» и передал свидетелю.
— Итак, мистер Нолл, вы узнаете этот револьвер?
— Да, сэр.
— А когда вы впервые увидели его?
Невин, казалось, задумался, вспоминая точную дату, хотя запомнил ее несколькими неделями ранее.
— Ну, мне кажется, это было во вторник после убийства мистера Фортье.
— Расскажите присяжным, как это было.
— Да, сэр. Я находился в «Фокси», где, как обычно, посреди недели все было тихо. Потом зашли два парня, сели за столик в углу и заказали выпить. К ним подсели две наши девушки, и они заказали выпить еще. А потом еще. Затем они повздорили с парнями, игравшими в бильярд, вроде из-за одной из девушек. И с ходу завязалась большая драка — по залу полетели стулья, бутылки, бильярдные кии. Девчонки закричали. Мы попытались утихомирить парней. Я видел, как один сунул руку в карман, готовясь вытащить револьвер — вот этот самый, — но не успел, потому что получил удар кием по голове. Ему разбили голову. Я забрал револьвер, пока он кого-нибудь не убил, и вскоре мы взяли ситуацию под контроль. Первых двоих я вытолкал из клуба, усадил в их машину и велел им больше никогда здесь не появляться. Они были сильно пьяны. А у хозяина револьвера все лицо залила кровь. Я никогда их не видел ни раньше, ни с тех пор.
— И вы сохранили револьвер?
— Да, сэр. Принес домой, почистил. Это очень хорошая вещь, и я ждал, когда владелец вернется в клуб и попросит ее вернуть. Как уже говорил, больше я его не видел.
— Вы можете описать его для присяжных?
Невин пожал плечами. При описании вымышленного персонажа можно говорить что угодно.
— Да, сэр. Примерно моего роста и телосложения, лет тридцати, темные волосы.
— Он сел за руль?
— Нет, сэр. Это была его машина, но ему здорово досталось, и за руль сел его друг.
— А что за машина?
— «Форд-Ферлейн», светло-коричневый.
Пэт Грэбел сидел, повесив голову, не в силах поверить, что его железобетонные доказательства на глазах рассыпались в прах. Алиби не подвергалось сомнению. Бриджит и напарники по покеру со своей задачей справились отлично. А теперь и считавшаяся неоспоримой улика истолкована так, что больше не может считаться доказательством вины.
Обычно прокуроры не имеют возможности подвергнуть перекрестному допросу подсудимых, которые являются известными преступниками и работают на известных гангстеров. Их преступления и послужной список следует держать подальше от присяжных. Однако Невин Нолл только начинал карьеру в преступном мире и еще не был осужден за что-то серьезное или уголовное. Он не сомневался, что сумеет дать Грэбелу достойный отпор при перекрестном допросе.
— Мистер Нолл, а кто является вашим работодателем? — спросил Грэбел.
— Я работаю в ресторане «Фокси» в Билокси.
— А кому принадлежит «Фокси»?
— Мистеру Лэнсу Малко.
— Вы сказали, что возглавляете службу безопасности.
— Это так.
— И в чем состоят ваши обязанности?
— Я отвечаю за безопасность.
— Понятно. А зачем ресторану служба безопасности?
— А зачем она любому бизнесу?
— Вопросы здесь задаю я, мистер Нолл.
— Да, сэр. Спрашивайте.
— Какие проблемы с безопасностью возникают в ресторане «Фокси» в Билокси?
— Ну, я только что описал драку. Время от времени у нас возникают драки, которые надо разнимать, выпроваживать дебоширов.
 
— Вы сказали, что двое мужчин были пьяны, верно?
— Верно.
— Значит, в «Фокси» подают алкоголь?
— Это вопрос?
— Полагаю, что да.
Нолл расхохотался и посмотрел на присяжных, многие из которых были готовы к нему присоединиться.
— Мистер Грэбел, вы спрашиваете меня, продаем ли мы алкогольные напитки в «Фокси»? Потому что если да, то ответ — да.
— А это незаконно, верно?
Нолл улыбнулся и поднял обе руки.
— Поговорите об этом с моим боссом, ладно? Я не владею этим заведением и не продаю напитки. Вы привлекли меня к суду за убийство, неужели этого мало?
Несколько мужчин-присяжных громко расхохотались, и Нолл снова хмыкнул. По залу мгновенно прокатилась волна веселья, вызывая смех у десятков зрителей.
Несчастный молодой Пэт Грэбел стоял на трибуне, в одночасье превратившись в посмешище: крутой прокурор, чье дело развалилось на глазах.
Через два часа присяжные вернулись в зал суда. Большинство этот процесс, похоже, позабавил. Суд превратился в пародию. Все двенадцать присяжных сочли Невина Нолла невиновным, и на своем первом судебном процессе ему удалось уйти от наказания.
  
Глава 12
 
Кит был аутфилдером на правом дальнем поле, он лениво наблюдал за мерцающими в полумраке светлячками, одновременно следя за происходящим вдалеке. На каждой базе уже находился игрок, у питчера ничего не получалось, и всем было наплевать. Игра ничего не значила. Это был не имевший никакого значения турнир, в котором предполагалось участие команд со всего Побережья, но большинство из них отказались. Победителю все равно ничего не светило. Сезон Американского легиона бейсбола завершился, и ребята устали от игр. Родители, похоже, тоже устали, потому что на трибунах было пусто, и лишь несколько скучающих подружек сплетничали, не обращая на игру никакого внимания.
Со стоянки прозвучал гудок, и Кит приветственно взмахнул рукой. За рулем новенького «Понтиака-Гран-при» 1963 года, кабриолета ярко-красного цвета — возможно, самой крутой тачки во всем Билокси на тот момент, — сидел Хью Малко, получивший автомобиль в подарок от отца на свое шестнадцатилетие. Ребята, которые ездили — если, конечно, повезет и разрешат родители — на старых семейных седанах, никогда не видели более чудесного подарка. Конечно, они завидовали, но и были в восторге от возможности прокатиться по улицам города с таким шиком. Хью, похоже, решил выработать весь гарантийный ресурс пробега в двенадцать тысяч миль за первые два месяца. Деньги на бензин у него имелись всегда. Отец платил ему за работу и не скупился, выдавая на карманные расходы.
Свободного времени у Хью было предостаточно. Он отказался от бейсбола и других командных видов спорта и ради удовольствия три дня в неделю посещал тренировки в спортзале Бастера. Он боксировал на турнирах по всему штату и проиграл столько же боев, сколько и выиграл, но ему нравились острые ощущения на ринге. Он гордился тем, что выходит на ринг, а его друзья — нет. Они его поддерживали, но самим надеть перчатки им было слабо.
К правой линии поля высоко летел отбитый мяч, и Кит, спокойно его приняв, широкими шагами доставил до базы, чем завершил игру. Десять минут спустя он уже находился на заднем сиденье «Понтиака» — они ехали к пристани. Хью старался не разгоняться после того, как за неделю до этого получил второй штраф за превышение скорости. На переднем сиденье устроился Дэнни Смит, отвечавший за холодильник для пива. Рядом с Китом сзади расположился Джоуи Грейсик, еще один парень из Пойнт-Кадет, вместе с которым Хью и Кит пошли в первый класс. Отец Джоуи был моряком, который зарабатывал на жизнь рыбной ловлей. У него имелось несколько катеров, в том числе двадцатипятифутовый, «Каролина Скиф», который ребята одолжили для прогулки на Шип-Айленд. Родители дали согласие на их ночевку там в палатках.