Парни из Билокси

Теперь он был фрилансером и время от времени подрабатывал, взрывая здания для получения мошенниками страховки. Годами его бомбы никого не убивали, и он испытывал истинное удовлетворение от выполнения полученных заказов.
Над левым карманом его коричневой рубашки было вышито «ЛАЙЛ», и Лайлом он останется, пока не закончит работу. Сведения о его настоящей личности находились в бумажнике, надежно спрятанном под кроватью в номере мотеля вместе с наличными и двумя пистолетами.
В пять минут первого в пятницу 20 августа 1976 года Лайл сидел в кабине своего пикапа, темно-синего «Доджа» 1973 года выпуска. Он был припаркован на узкой улочке рядом со зданием суда, откуда было легко унести ноги. Он выбрал августовскую пятницу, потому что в это время юридическая активность в округе замирала. Здание суда было практически пустым. Адвокаты, судьи и служащие, не ушедшие в отпуск, уходили на продолжительный обед, за которым следовали долгие выходные. Во второй половине дня многие сюда уже не вернутся.
Лайл не хотел дополнительных потерь и ненужных жертв. Следовало также позаботиться и об отсутствии свидетелей, которые позже могли бы рассказать, что видели на втором этаже прямо перед взрывом курьера Объединенной службы доставки посылок. Расс, настоящий курьер, появлявшийся здесь с корреспонденцией по вторникам и четвергам, был хорошо известен сотрудникам суда. Необычная доставка в пятницу могла привлечь ненужное внимание.
Он достал из кузова три коричневые картонные коробки. Две были пустыми и не имели никаких наклеек или маркировки. Третья же была размером десять на четырнадцать дюймов и шесть дюймов в высоту. [19] Она весила пять фунтов [20] и содержала упаковку семтекса — пластичной военной взрывчатки. На этикетке значилось: «Достопочтенному Джесси Руди, окружному прокурору, комната 214, здание суда округа Гаррисон, Билокси, штат Миссисипи». В графе «Отправитель» значилась «Апеллейт рипортер, инк.» с адресом в Уилмингтоне, Делавэр. Это была реально существующая компания, десятилетиями издававшая книги по юриспруденции. Тремя неделями ранее мистер Руди получил похожую посылку, которую доставил Расс. Внутри были две толстые книги в кожаных переплетах и письмо от компании с предложением бесплатной подписки на шесть месяцев.
За два дня до этого, 18 августа, Лайл проник в здание суда, взломал замок офиса окружного прокурора и убедился, что первые две книги благополучно получены. Они стояли на полке с десятками других фолиантов, большинство которых, казалось, никогда не были прочитаны. Он также сверился с календарем на столе секретаря и увидел, что у мистера Руди назначена встреча на половину первого 20 августа. Скорее всего, секретарь уйдет на обед, как и помощница прокурора Иган Клемент. Сам же Джесси Руди окажется на месте в ожидании назначенной встречи.
Обхватив обеими руками три коробки и стараясь скрыть за ними лицо, Лайл поспешил вверх по лестнице на второй этаж, никого при этом не встретив. Возле двери зала суда он прошел между двумя адвокатами, которые вроде бы о чем-то тихо спорили. Он поспешил дальше и возле офиса окружного прокурора оставил в коридоре две пустые коробки и постучал в дверь.
— Войдите, — послышался мужской голос.
Лайл вошел с улыбкой:
— Посылка для мистера Джесси Руди.
Он положил коробку на стол.
— Значит, для меня, — сказал окружной прокурор, отрываясь от документа, который читал. — От кого?
— Понятия не имею, сэр, — ответил Лайл, отступая к двери. Он больше не беспокоился о том, что его смогут опознать. Мистера Руди, который мог бы на него указать, скоро не станет.
— Спасибо, — поблагодарил Джесси.
— Нет проблем, сэр. Хорошего дня.
Лайл быстро вышел из офиса. Он забрал две пустые коробки, использовал верхнюю, чтобы снова скрыть лицо, и спокойно зашагал по коридору. Оба адвоката исчезли. В поле зрения никого не было, но тут наверху лестницы неожиданно появилась Иган Клемент с бумажным пакетом из магазина и бутылкой газировки в руках. Проходя мимо, она бросила на него взгляд. Лайл подумал: «Вот черт!» Ему пришлось быстро принимать решение. Через каких-то несколько секунд Иган окажется в офисе и станет еще одним пострадавшим.
 
Бросив коробки, Лайл достал из кармана дистанционный взрыватель. Присев рядом с перилами, чтобы укрыться, он нажал кнопку раньше, чем собирался, по крайней мере, на полминуты.
Дополнительные острые ощущения он испытывал, когда находился в непосредственной близости от места взрыва бомб. Тогда он мог чувствовать, слышать, а иногда даже видеть пламя, в то же время оставаясь достаточно далеко, чтобы не попасть под осколки или обломки. Теперь же он оказался слишком близко и заплатит за это.
Взрыв потряс современное здание, которое, казалось, буквально подпрыгнуло на бетонном фундаменте. Грохот был таким оглушительным, что у секретарей суда, находившихся в кабинетах на первом этаже, лопнули барабанные перепонки. Из окон обоих этажей вылетели все стекла. Людей сбило с ног. От взрыва закачались стены, с которых слетали портреты, фотографии в рамках, доски объявлений и огнетушители. В главном зале суда светильники сорвались с потолка и обрушились на пустовавшие скамьи зрителей.
Судья Олифант в этот момент сидел в одиночестве за столом в своем кабинете и ел бутерброд. Высокий стакан с холодным чаем наклонился и опрокинулся, залив разложенные бумаги. Судья бросился в зал суда, наступая на осколки разбитого стекла, рывком распахнул двери, и его накрыла волна дыма и пыли. Сквозь нее он увидел, как кто-то полз по коридору. Сделав глубокий вдох, он задержал дыхание и стал пробираться к стонавшему человеку. Это оказалась Иган Клемент, с головы которой капала кровь. Судья Олифант затащил ее в зал суда и закрыл двери.
Лайла сбило с ног, и он скатился по ступенькам на площадку между первым и вторым этажами. От удара по голове он на мгновение потерял сознание. Придя в себя, он попытался собраться с силами и уйти оттуда, но не смог — правая нога пульсировала от невыносимой боли. Что-то там сломалось. Вокруг слышались полные ужаса крики, и он увидел, как люди бегут к двустворчатым входным дверям. Все здание было заполнено пылью и дымом.
Детонатор. У Лайла на секунду прояснилось сознание, и он подумал о детонаторе. Если его с ним поймают, то шансов выкрутиться не будет никаких. Опираясь на перила лестницы, он с трудом спустился по ступенькам и добрался до вестибюля, где подполз к входной двери. Кто-то помог ему выбраться наружу. Лайл услышал чей-то голос:
— Это сложный перелом, приятель. Я вижу кость.
Кость или нет, но оставаться здесь было нельзя.
— Можете меня забрать отсюда? — спросил он, но никто на его просьбу не откликнулся — все спешили поскорее унести ноги.
Десятки потрясенных людей выбирались из здания суда и собирались на лужайке возле него. Оказавшись в безопасности, они оборачивались, желая посмотреть, что происходит. У многих на голове и плечах лежал слой пыли. Люди указывали на окна второго этажа — в окнах кабинета окружного прокурора клубился дым.
Звук взрыва разнесся по всему центру Билокси, и к зданию суда заспешили прохожие. Затем завыли сирены, и вой машин — сначала полицейских, потом пожарных и «Скорой помощи» — привлек еще больше зевак. Несколько полицейских примчались бегом и, тяжело дыша, оцепили входные двери, пока пожарные лихорадочно распутывали шланги. Толпа росла, и любопытным было приказано отступить.
Услышав грохот и заметив бегущих людей, Гейдж Петтигрю поспешил посмотреть, что происходит. К тому времени, когда он прибыл, уже все знали, что взорвали офис Джесси Руди. Нет, сообщений о пострадавших не поступало. Гейдж попытался подойти поближе и поговорить с полицейским, но его не пропустили и попросили отойти. Он побежал в адвокатское бюро, желая позвонить Агнес домой, когда через заднюю дверь вошел Кит и спросил, что происходит. Он вернулся со слушаний в Паскагуле. Его первой реакцией было броситься к зданию суда и узнать, что с отцом, но Гейдж предупредил, что к зданию его не пропустят.