Академия Стихий. Пари на любовь

– Это не вам решать, – произнесла, подняв на дядю глаза.
– Тут ты права, – младший лорд хмыкнул. – Но это пока.
Как только дядя ушёл, я тут же поспешила открыть балкон, чтобы впустить в комнату тёплый воздух. Внутри у меня всё сжалось от холода, даже зуб на зуб не попадал. Да, дядя любит пускать в ход свои приёмчики. Особенно сильно магия проявляется, когда он злится, а я и ответить-то ничего не могу: магическая защита ветра против холода практически бессильна. Эх, жаль, что в моих жилах не течёт огонь – подпалила бы дяде сюртук, да и Марку тоже, чтобы не повадно было смеяться и угрожать.
Стоя на балкончике и греясь в лучах ещё по-летнему тёплого солнца, в голову приходили тревожные мысли. Отказав Райанам, на меня могут свалиться проблемы куда хуже, чем дядин гнев, к нему-то я привыкла.
Вообще, дом Райанов не очень влиятелен, зато довольно богат благодаря стратегически удачному расположению их земель: по территории всего Западного Междуречья пролегают торговые тракты, а в Дадфолде находится самая большая ярмарка всего Ардэна. Не удивительно, что они нажили себе богатства за счёт налогов и сборов с купцов, простых торговцев и ремесленников.
Но я ведь с самого начала знала, на что иду. Так что в Академии придётся поднапрячься и на распределении выбить себе место получше.
– Миледи, – в дверь шмыгнула горничная. – Чемоданы почти собраны. Прикажете положить ещё что-то?
– Нет, – пройдя обратно в комнату, ответила я. – Остальное соберу сама. Спасибо за помощь, Джесси, можешь идти.
Лицо горничной тут же просияло, и довольная тем, что её отпустили, девушка скрылась за дубовой дверью.
Личные вещи я положила в удобный рюкзачок. Бумага и остальные писчие предметы уместились туда же. Два комплекта студенческой формы аккуратно положила в чемодан, который стоял у меня в шкафу. Управилась я, наверно, всего за пару часов, не больше. Последнее, что было необходимо сделать – это навестить дедушку. Надеюсь, он не занят и примет меня. Поэтому выйдя из комнаты, направилась на третий этаж. Там, в самом конце коридора, располагался его кабинет. Мне всегда было тоскливо здесь: висевшие портреты многочисленных родственников, которые будто глядели на тебя, навевали беспокойство и уныние. Особенно больно было смотреть на портрет отца. На нём он был таким молодым, примерно моего возраста, красивым, статным, в военной форме, что слезы наворачивались. Портрета матери нигде не было, потому что в семью её не приняли, так как она была дочерью простого помещика. В моём медальоне хранилась её миниатюра – единственное, что осталось.
Дойдя до кабинета, приложила ухо, чтобы удостовериться, что дедушка один. Не услышав разговоров, тихонько постучала.
– Проходи, – глухо донеслось с противоположной стороны.
Дверь скрипнула, и я вошла в просторное тёплое помещение. Солнечные лучи приятно окутывали кабинет мягким светом, а ветер через открытое окно приносил с собой запах свежескошенной травы. Дедушка сидел спиной ко мне в уютном, обитом бархатом кресле и напевал себе под нос одну известную песенку.
– Доброго дня, – я неспешно подошла к рабочему столу.
– До-оброго, – протянул он и улыбнулся, как всегда, мягко и добродушно. – Уже собралась?
– Да. Сегодня вечером отбываю.
– Хорошо, – старший лорд повернул ко мне голову.
Дедушка выглядел младше своего возраста: он не был обрюзгшим, седина коснулась только части его волос, подтянутый и с отменным, как мне всегда казалось, здоровьем.
– Я буду скучать, – улыбнувшись, я припала к его щеке.
– Я тоже, Эва. Но ничего, год пройдёт быстро и глазом моргнуть не успеешь. Решила какую специализацию выберешь?
– Быть может пойду на заклинателя, – я шмыгнула носом и, отойдя к окну, прошептала: – Как думаешь, я правильно поступила?
– Что отказалась от замужества? – он сразу же догадался о чём говорю.
– Дядя был ярости.
– Брось, – дедушка встал и, подойдя ко мне, приобнял за плечи. – Положение нашей семьи еще не такое безнадежное, как он полагает. Ведь деньги не главное в этой жизни.
 
– Но…
– Всё хорошо. Райаны не те люди, которым можно доверять. Так что я даже рад, что ты отказала Маркусу.
После его слов на душе стало чуть спокойнее. Учёба поможет забыть все те неприятности, что произошли со мной в ближайшую неделю. И я очень надеялась на то, что после моего отказа ни Маркус, ни его отец больше никогда не переступят порог нашего дома.
Остальная часть дня прошла относительно спокойно. С дядей я больше не виделась, но очень чётко ощущала его холодное присутствие, будто он всё время стоял за моей спиной. Довольно неприятное чувство. Мне хотелось, чтобы портал поскорее сработал и перенёс меня в Академию Столетия. Третий курс для меня был последним, а на следующий год каждый студент обязан был пройти практику. С Алией – моей подругой, мы очень хотели попасть в столицу. Она хотела стать заклинательницей, а я… а я ещё толком не выбрала, по какой специализации мне пойти. Артефактор из меня как из мопса балерина, к боевым магам даже носа не суну. Можно было, конечно, заняться рунической письменностью, но заклинателем все-таки было бы вернее.
Магический портал переноса представлял собой площадку, выложенную мрамором. Слева и справа высились статуи грифонов – мифического зверя, который был родовым символом дома Кроу.
Я стояла на мраморной лестнице, ожидая открытия портала. Сколько бы раз я не переходила через него, всегда ощущала беспокойство, даже руки немного подрагивали, а время тянулось нестерпимо долго. Только когда на колокольне прозвучало шесть ударов, воздух вокруг меня сгустился как плотный туман, пошёл рябью и заискрившись, сформировалось овальное окно перехода. Дело оставалось за малым – шагнуть и вот ты уже на территории южного континента в Д’Орле, где и располагалась моя альма-матер.
– Ну что, готова? – ко мне подошёл дедушка. Держа в руках мой рюкзачок, он всматривался в белёсую пелену перехода так пристально, будто впереди меня подстерегала какая-то опасность.
Я кивнула.
– Вот и замечательно, – он улыбнулся и поцеловал меня в щеку на прощание. Какой же он всё-таки у меня хороший, не то что дядя. Вспомнив о неприятном утреннем разговоре, я обернулась. В окне второго этажа маячила его фигура. По коже холодок пробежал, как только наши взгляды пересеклись. Хорошо, что в ближайшее время я его не увижу. Даже на праздник Араны не хотелось приезжать. Можно было надеяться на то, что зимой он будет в столице и не обрадует нас своим присутствием.
– Пожелай мне удачи, – прошептала я, посмотрев на дедушку. – Чувствую, последний год в Академии будет трудным.
– Всё получится! Главное – не вешать нос!
– Это точно, – и в последний раз обняв дедушку, я поднялась на площадку и шагнула в портал.
Белёсая пелена тут же загорелась, а по коже пробежали мурашки. Секунды не прошло, как я очутилась на точно такой же площадке, но только вокруг меня находились величественные стены Академии Столетия.
– Эв-ва!
Я не успела ступить на мягкую зелёную траву академического сада, как ко мне подбежала Алия. Миниатюрная, с густыми вьющимися волосами, она была похожа на лису. Ушей с кисточками только не хватало.
Оставив чемоданны около портала на мягкой зелёной лужайке, я спустилась с лесенки и побежала навстречу подруге.
– Привет! – я обняла девушку. – Как прошло лето?
– Ой, – Алия недовольно скривила губы. – И не спрашивай.
– Неужели хуже, чем у меня? – я тоже нахмурилась, вспомнив, что мне чуть ли не целыми днями на протяжении месяца довелось лицезреть надутое от самомнения лицо Марка.
– Маменька назначила мне смотрины. Ох-х, и что было-то. Скажи, почему? Почему всем матерям так и хочется выдать дочерей замуж? Неужели они не могут придумать себе иного занятия?
– Не обольщайся, – я пожала плечами, – не только матерям…
– М-м-м, хорошо, что отец сказал своё твёрдое нет. Только после окончания Столетия, – девушка тут же повеселела. – Так что у меня есть ещё год! А у тебя как дела?