Ферма. Бхаг До (СИ)

Блеснула сталь под надсадный клич. Топот слился с грохотом. Я рановато записал стрелков в грамотеи — позиций они не сменили, на потери не обратили внимания. Хорошо, можно приостановить рывок и отдать еще два патрона.
Прицел. Выстрел. Безвольная голова, ткнувшаяся в лужу красного.
Последний из прикрытия внезапно осознал — настала жопа. И ломанулся, придурок, вперед — сквозь обломки кирпича, на волю вольную. Ощутимо подрался, завизжав, и вскинул винтовку в неуместной стендовой позиции.
Умер глупо, что сказать.
Щелкнули два арбалета, следом запустили визгливое эхо шмалабои. Победоносно рвавшие дистанцию культисты посыпались, закатились в ложбинки, уходя с линии прицела. Почти жаль.
Я аккуратно спрыгнул на небольшую тропку в бетонном лабиринте. Время порадовать нож. Ну или что придется, по случаю.
Два рывка, три поворота. Схема проста. Восходник почуял движение, начал распрямляться, выводя сабельку на удар. Тычковый сбил его на щебень, мгновенно окрасившийся красным.
— Смена! — рявкнул я.
Глухо звякнуло и над остатками стены воспарило сломанное вражеское тело. Замес вернул щит на исходную и вновь прыгнул. Теперь можно чутка сместиться назад — оценить расстановку сил. В сумраке развалин трижды мелькнула Крыса, взвился и затух визг. Фрау не разглядел, но заметил Тощего незамысловато разрубавшего врага… Не то, все не то.
А вот и тепленькое — парочка бегущих в тылы неучтенных утырков — глаза на выкате, рты перекошены. Прям, образцовая паника. Первый из них так и не понял почему ему стало трудно бежать — засучил ногами, теряя ливер, и завалился набок в лихорадочной дрожи. Понимаю, трудно углядеть за поворотом лезвие. Резко сместившись, я заслал охочий до горячего нож во второго беглеца. Судьба злодейка выбрала целью левое полужопие, бывает.
Догнал, прибил подранка кулаком в грязь и прислушался.
— Смена!
— Так сдохли вражины, чего еще? — раздался непонимающий голос Шеста.
— Придурок! — запыхавшийся голос Замеса, точно он чего-то тащил. — Вот жиртрест…
— Не понял?! — возмутился тощий.
— Да не ты! — отмел подозрения умник. — Труп привалился… Чисто, командир!
Итого, на 15 секунде я получил внятный ответ. А куда мы, собственно, катимся? И до коли херня? Два извечных вопроса, на которые хочется ответить, но не смогу без нанесения тяжких.
— Фрау, Крыса?! — окликнул я, решив отложить разборки. Принцип переклички на зачистке объекта я, конечно, не объяснял, но могли бы и проявиться.
— Фрау слегла зацепило плечо. Бинтую, — глухо крикнула Крыса, судя по звуку, откуда-то из подвала, дислоцированного в тылу вражеского наступления. Сейчас не понял…
— А че вы там делаете? — выказал солидарность Шест, выступая в поле моего обозрения. Видок живописный — экипировка размалевана, щит только для сцен ужасов. В остальном целехонек, и мне в радость.
Следом подошел Замес — залитый юшкой по брови и нехорошо отплевывавшийся. Через пару минут прибыла женская часть отряда — Фрау виновато сопела, Крыса довольно скалилась.
— Ты кого наеб… вздумала? — тихо спросил я у мелкой. Она вздрогнула и отступила. — Бочину покажи.
— Да там гвоздь…
— Охренеть, — вздохнул Замес. — Командир, отсюда вижу, рана поверхностная и плевая.
— Фрау? — я перевел тяжелый взгляд на кулинара. — Ее прикрывала?
— Она двоих забрала, — торопливо вмешалась девушка. — Она молодец!
Слова закончились. Ну чего, сам виноват — скормил аэро неподготовленному организму. Я прищурился и Крыса, почуяв обозримое будущее, замотала головой.
— Учения усилю вдвое, — хрипло выдохнул я. — Быстро на сбор всего ценного. Ободрать сучат в ноль.
— Трусы не трону, — вскинулся Шест и торопливо заковылял, сдернутый Замесом.
Вдох, выдох. И хорошо бы чего-нибудь из медитативной херни. Мечты и чаяния, вновь. Чуть проморгавшись, я склонился над подранком и засадил с левой во вражеский профиль. Мужичок дернулся, резко принимая кособоко-сидячее положение. Готов к диалогу, если верить сдавленному стону.
— Говорить будешь? — я присел напротив.
Восходник судорожно закивал, часто сглатывая и ерзая. Рану притирал что ли?
 
— А зачем? — спросил я удивленно. Реальность для культиста слегка поплыла. А то и не слегка. Добавляя милых ноток, аккуратно похлопал мужичка по макушке лезвием. А он в ответ зажмурился и обоссался.
— Жить хочу, да, да, — сумел выдавить он.
— Справедливое желание. Вы тут зачем?
— Так распоряжение поступило. От Луча Федота, — заторопился культист. — Значится, выдвинуться малыми группами к известным объектам навозников. Провести разведку, при возможности — боем… А за строительный мы давненько бодаемся. А тут вы… И вообще…
Он булькнул вскрытым горлом, распрямился пружиной и откинулся. Сбоку подступила Крыса, готовая поживиться. Кивнув, я поспешил к позициям стрелков — добыча сама себя не соберет.
Минут за десять обошел все четыре точки, скомпоновав четыре рюкзака, разгрузки, две кустарных «горки» и четыре винтовки из конструктива Токарева. Вроде, самозарядные СВТ, но модель не признал. Зато патронов насыпало — считай, начало положено.
Вернувшись, застал команду у телеги. Бивуак свернут, груз упакован, костер затушен, а в животах урчит. Вывод очевиден — нас ждет обед 2.0, но сперва потратим с полчаса на короткий марш-бросок и поиски новой безопасной точки. Хотя безопасность фикция, понимаю. Но больно уж жрать хочется.
  
Глава 4
 
Легкие язычки пламени играли красновато-желтыми оттенками — облизывали камни по абрису кострища и подвешенный закопченный котелок. Булькала закипавшая вода, мешая престарелые чаинки и наполняя воздух белесой взвесью с байховым ароматом. Струйка дыма стелилась по обломкам верхних перекрытий и терялась в тени развалин.
Почти ностальгический расклад — легкое потрескивание дров, шепот зоны, серые клочки небес и команда на законном привале.
— Бл…! — Крыса выполнила последнее профилактическое отжимание и скособочилась, седлая обломок близ огня. — Да как не ела…
Молодой, растущий организм с определенными потребностями. Я покосился и вернулся к чистке оружия. Долго задерживаться на обеденной паузе не станем, но время несомненно потратим с пользой.
Обед сметали, урча и жадно стуча ложками. Извечный голод, что сушит плоть, обострялся стоило накинуть активности. А мы накинули. Хотя как потратили, так и обрели. И пока Фрау, деловито шаманила над чаем, часть бойцов в лице Шеста и Замеса перебирала трофеи. Крыса качала мышцу и нетерпеливо поглядывала, готовая занырнуть в добычу. Но приказ, есть приказ, а я не спешил с индульгенцией. Перемотала рану и ладно, пусть мнет землю, пока не придет к правильным выводам, в чем пока сомневаюсь.
Шест принюхался к парящему котелку и довольно потер руки, трамбуя хабар в телегу:
— Хорошее начало. Еще пару таких отрядов и выйдем в серьезный плюс.
Я промолчал. Идея, в принципе, здравая, будь у нас полная информация о фермерских объектах, на которые положил глаз Восход. Зайти резко-дерзко в правильный момент и снять навар. А навар, судя по первой ласточке, может порадовать. Перебрав вражеские рюкзаки и отделив зерна от плевел, бойцы справедливо подметили — отряды культистов неплохо снабдили для прощупывания аграрных точек интереса. Расходники, припасы и био — чтобы серые дни играли изумрудом жизни в нелегком деле прославления солнышка.
Отметать возможность поживиться за счет восхода не стану. По осколку пошла движуха и при должном старании мы с высокой степенью вероятности пересечемся с любителями ярких фиктивных лучей. А там сыграем, как водится, в игру, где полезные вещи меняют хозяев.
— Готово, — провозгласила Фрау, снимая закопченный котелок.
Хлебнем горячего перед выходом. Что может быть лучше — чай не первой свежести из мятых кружек в боевом круге соратников подле затухавшего костра. Вокруг остатки стен очередной развалины, паутина ломанных перекрытий верхним эшелоном и серые тропки асфальтовых дорожек, уводящих в неизвестность. Почти философия, сука.