Маркграф из Преисподней. Том 2 (СИ)

Через несколько минут Литовский деликатно похлопал меня по плечу:
— Прошу прощения, Ваше Сиятельство. Вон он, — механик указал на группу мужиков, собравшихся вокруг клеток с собаками. — В синем комбинезоне.
Когда мы протиснулись туда, Егор Литовский что-то бурно обсуждал с коротышкой, одетым в шёлковый костюм, странно смотревшийся в этом пропахшем псиной и человеческим потом амбаре. Он взглянул на меня, на Марго, Ирину, а затем, наконец, увидел брата.
— Ты что тут делаешь⁈ — поразился он.
— Он с нами, — сказал я.
— А вы кто?
— Давайте выйдем на несколько минут и поговорим.
Коротышка в костюме мигом испарился.
— У меня сейчас будет бой, — покачал головой Егор Литовский.
— У всех вас сейчас будут крупные неприятности. И все эти люди узнают, что они у них из-за вас.
Механик побледнел от злости, когда до него дошло, что я имею в виду. Но он умел держать себя в руках.
— Ладно, пошли! — он постучал по клетке с псом. — Текки, сиди смирно. Борь, пригляди за ним, — добавил он, обратившись к стоявшему рядом мужику.
— Ты куда⁈ — удивился тот.
— Я ненадолго.
— Сейчас будет бой!
— Знаю! — рассердился Литовский. — Скоро вернусь!
Он зашагал к выходу. Едва мы оказались на улице, механик остановился.
— Так что вам от меня опять надо⁈ Неужели вы припёрлись из-за собачьих боёв? — Егор Литовский не скрывал раздражения. Он метнул на брата злобный взгляд. — Зачем ты их сюда притащил? Ты меня подставил! Думаешь, меня сюда ещё хоть раз пустят⁈
— Что вы знаете о чертежах, найденных Зинбергом в Антарктике? — напрямую спросил я, прерывая поток ругательств, которые посыпались из уст Литовского в адрес брата.
— Какого ещё Зин… Кого, вы сказали⁈ — механик нахмурился, пытаясь припомнить только что услышанную фамилию.
— Я тебе рассказывал, — проговорил Геннадий Литовский. — Тот профессор, с которым я плавал в экспедицию.
— Пошёл ты со своими экспедициями!
— Егор Михайлович, мы можем поговорить в другом месте, — нарочито спокойно произнёс я.
— Не надо, — мигом успокоился механик. — Я поставил на три следующих боя, так что мне отсюда уезжать никак нельзя.
Судя по всему, осознав, что мы не собираемся прикрывать здешние подпольные развлечения, он сразу успокоился и теперь просто хотел как можно скорее от нас избавиться.
— Тогда ответьте на наши вопросы.
— А я что, блин, делаю⁈ — удивился Литовский.
— В основном материтесь, — сказала Марго.
— Повежливей, дружок, — мрачно промолвила Ирина, сверля его взглядом. — Не зарывайся.
— Ладно, — механик поднял руки, словно сдаваясь. — Давайте, спрашивайте. Опять что-нибудь про Жмыхина?
— Нет, про Зинберга.
— Это тот профессор, который нашёл в снегу какие-то бумажки?
— Да. Что вы об этом знаете?
— То, что мне об этом рассказал Егорка, что же ещё?
— А конкретнее?
— Да спросите его самого! Вот же он стоит.
— Мы хотим услышать это от вас, — медленно проговорил я.
Егор Литовский, видимо, решил, что проще ответить, потому что, обречённо вздохнув, сказал:
— Этот ваш Зинберг выкопал в Арктике…
— В Антарктике, — поправил его брат.
— Да пофигу! Хорошо, в Антарктике он нашёл какие-то бумажки и привёз их сюда. Просил брата никому о них не говорить. А он вот мне проболтался, и теперь я из-за этого имею, судя по всему, весь этот геморрой! Так?
— В принципе, да, — согласился я.
Литовский подбоченился, выставив вперёд живот.
— Так что вам от меня надо-то⁈
— С кем вы говорили об этих документах?
— Ни с кем я о них не говорил. Кому это вообще интересно? — механик ткнул пальцем в стену амбара. — Вон там собрались мои друзья и приятели. Как вы думаете, сколько из них хотят узнать, что делал этот ваш Зинберг в снегу?
— Вы уверены, что ни с кем не говорили об этом? — не сдавался я, хотя уже понимал, что Литовский прав и, скорее всего, забыл о рассказе брата уже через пару минут после того, как его услышал.
— Я уверен, — ответил механик. — Могу поклясться, если вас это убедит.
— Не надо. Мы вам верим.
— Неужели? Аллилуйя! Значит, я теперь могу пойти обратно?
 
— Да, идите.
Егор Литовский демонстративно фыркнул и направился к двери амбара. Но на полпути обернулся и взглянул на брата:
— Думаю, нам будет, что обсудить дома! — произнёс он с угрозой, после чего исчез в амбаре.
— Ну что, вы удовлетворены беседой? — спросила меня Марго.
— Вполне. Думаю, здесь ни утечки, ни наводки не было.
— Я думаю, нашего парня надо искать в более близком окружении Зинберга. Правда, мы уже всех проверили по сто раз. Но, видимо, надо проверить в сто первый.
— Что ж, займись, — кивнул я.
Мы вышли за ворота, оставив их открытыми. Охранник, видимо, решил отсидеться где-то, пока мы не уедем.
В этот момент появился коротышка в костюме в сопровождении двух качков с бейсбольными битами.
— Прошу прощения! — елейным голосом проговорил он. — Мне показалось, что у вас были какие-то дела в моём клубе.
— Если бы ты так быстро не слинял, едва мы появились, возможно, мы бы их и обсудили, — ответил я.
— Давайте пройдём в мой кабинет и… — начал было коротышка, многозначительно взглянув на качков, но я не дал ему договорить.
— Видишь этих собачек? — указал я на трупы.
Коротышка перевёл взгляд и, похоже, только теперь заметил мёртвых псов. Лицо у него судорожно дёрнулось.
— Хочешь присоединиться к ним? Вместе со своими шавками, — я поочерёдно указал вспыхнувшим пальцем на заметно потерявших боевой пыл качков. — Тебе что, не сообщили об это маленьком инциденте?
— Нет, — коротышка помотал головой, неотрывно следя за моим горящим пальцем. — Прошу прощения, я не знал, что нас посетило… такое высокое лицо!
— Ещё хочешь что-то обсудить?
— Нет! Ничего! Извините за беспокойство. Но если у вас какая-то претензия к клубу, мы могли бы её решить.
— К твоему заведению претензий нет.
Коротышка вздохнул с явным облегчением.
— Рад слышать. Не смею задерживать, — он попятился, а качки вообще попытались укрыться за его спиной, хотя это было невозможно в принципе.
Через полминуты все трое убрались в здание клуба. Марго бросила взгляд на трупы собак у ворот.
— Мне эти псы сниться будут! — проговорила она, прежде чем сесть в машину.
— Милые животные, чего ты⁈ — усмехнулась Ирина.
— Отвезём вас домой, — сказал я Литовскому.
— Спасибо. Брату ничего не будет?
— Нет, я думаю, он ни при чём.
— Я про эти собачьи бои.
— Мне на них наплевать.
— И вы не станете сообщать, куда следует?
— Это не входит в мои обязанности.
— Спасибо. Я пытаюсь отвадить его, но… — Литовский обречённо махнул рукой.
Машины отъехали от ворот, развернулись и покатили в сторону шоссе. Литовский смотрел в окно, иногда качая головой в такт своим думам. Марго давала по телефону инструкции своим сотрудникам.
— Как насчёт заехать куда-нибудь перекусить? — предложил я, когда она закончила. — Заодно обсудим то, что имеем, и план дальнейших действий.
— Как скажете, господин маркграф.
Я назвал шофёру один неплохой ресторан, где подавали отличный фаст-фуд (долго ждать, пока принесут еду, было неохота), и он кивнул.
— Понял, Ваше Сиятельство. Минут через пятнадцать-двадцать будем на месте.
Всю дорогу я обдумывал дело, иногда отвлекаясь на мысли о предстоящей дуэли Николая и Кречетова. Если всё пойдёт, как надо, я избавлюсь разом и от одного, и от другого. Почти идеальный расклад.
 Глава 46 
Я положил в рот поджаренную сосиску, глотнул морса и с удовольствием откинулся на спинку плетёного стула. Обвёл взглядом посетителей небольшого ресторана и остановился на сидевшей напротив Марго. Девушка уплетала салат и одновременно набирала левой рукой смс.
— Мы знаем почти всё, кроме двух ключевых моментов, — сказала она, заметив мой взгляд и решив, что это приглашение обсудить текущие дела.