Хороший брат (СИ)
Ну вот. Мало было мне Карасика, так теперь он меня Татусей называть будет. Свалился на мою голову. Жила себе спокойно, проблем не знала… Нет, надо было ему приехать и разрушить мою пирамиду спокойствия.
– Ярослав, - протянул руку моему другу.
– Петя, - добродушно сказал тот, перекинул семечки из одной руки в другую и ответил рукопожатием.
– Что надо? - недовольно спросила я у Яра и сложила руки на груди.
– Шоколада, - машинально ответил Яр и поинтересовался у меня: - Это кто?
Указал кивком на друга и уставился на меня в ожидании ответа. Идея пришла неожиданно. Больно стукнула в темечко, минуя мозг, сформировала короткую фразу и выплеснулась:
– Это мой жених.
Петя сначала замер, потом побледнел, после покраснел, и в итоге начал неистово кашлять и бить себя в грудь. Ярослав, склонив голову, беспристрастно следил за парнем, будто смотрел очень интересный сериал.
Я подошла к Туманову и со всей злости толкнула в плечо:
– Ничего не хочешь сделать? - наехала на него нервно.
– Какие будут предложения? - невинно спросил тот, и я снова толкнула его в плечо, мол, давай, действуй.
Ярослав, закатив глаза, подошел к Пете и со всей дури стукнул по спине. Петя хоть и был под два метра ростом, но наверняка весил не больше меня, и от удара едва не сложился пополам, вдохнул полной грудью и хрипло проговорил:
– Спасибо, дружище.
– Ты бы аккуратнее с ними, - указал подбородком на кучку семечек, выпавшую из рук друга и рассыпавшуюся по траве, - говорят, они вызывают зависимость.
– Реально? - Петя удивился так, будто только что узнал, что Деда Мороза за существует, а Туманов просто кивнул.
– А то. Свадьба, значит? - Ярослав вскинул брови и окинул меня оценивающим взглядом.
По телу от этого жадного взгляда побежали мурашки. Да какого черта! Снова реагирую на него, ведусь как дурочка на смазливую мордашку.
– Свадьба, да! - рявкнула я и решительно подошла к Петру, обняла его за пояс и притянула к себе.
Петя скосился на меня:
– Свадьба? - пискнул и странно вжал голову в плечи.
Увидев мои поджатые губы, нахмурился и спросил:
– Так, а с кем свадьба, я не понял, Наталь? - Нет союзников в моей войне, не на кого положиться, окружают одни жирафы, до которых очень долго доходит.
Я громко вздохнула и с укором посмотрела на Петю. Ну может быть все таки сообразишь?
– Что, Наташка, не получилось замуж по-быстрому сгонять? - не унимался Ярослав и начал ухохатываться с меня.
Засранец.
– Натусь, а это брат твой, да? - Петр виновато улыбнулся, а я недовольно кивнула.
– Сводный, - быстро поправил Ярослав.
Он в два шага подошел к нам, выцепил меня у Пети и, перекинув через плечо, понес в сторону дома.
– Приятно было познакомиться, Петрушка! Наташку я у тебя украду, если ты не против. Тем более, раз выяснилось, что по счастливой случайности ты не ее жених, - крикнул моему другу на ходу.
Петя с облегченной улыбкой на лице помахал мне, мол, «держись, подруга», и был таков. Предатель.
Яр занес меня в коридор, поставил и закрыл за нами дверь.
– Конспиратор из Питера, конечно, никакой, - сетовал так, будто это не мой план только что с треском провалился, а его.
Отряхнул футболку и уставился на меня. Тесный коридор, горячий летний воздух и запах моего несносного брата кружили голову. Господи, зачем он приехал? Мучить меня? Ну не могу я быть спокойной, когда он рядом.
Я скучала по нему. Мечтала вернуться в прошлое и все исправить, никогда не входить в ту комнату, не поддаваться наваждению. Никогда не влюбляться в него. Хочется покоя, мне снова нужна тишина и одиночество. Я бы уехала, да некуда.
– Сам ты Питер, - огрызнулась и направилась в кухню подальше от ржущего за спиной парня.
Надо чем-то занять руки, и я начала поочередно открывать шкафы ища непонятно что.
– Ну брось, Карасик, - Ярослав миролюбиво вскинул руки и пошел на меня. - Могла бы найти жениха получше.
Я развернулась и оперлась поясницей на кухонный шкаф:
– Уж не тебя ли? - гордо вскинула подбородок, хотя внутри все тряслось и вибрировало.
Ярослав медленно шел ко мне. Шаг, еще шаг. Если он сделает еще один, то подойдет вплотную. Серое вещество словно достало маленький молоточек и начало стучать изнутри «беги, беги» . Сердце же стучало так, что я будто прикованая к полу, с неприсущей страстной жадностью следила за каждым движением Яра. Глупые бабочки с готовностью распахнули крылья, чтобы взлететь в любой момент. Им невдомек, что через несколько дней их не станет. А я останусь и буду снова выворачиваться наизнанку и пытаться починить себя.
Сводный брат сделал последний шаг и зажал меня в углу. Внутренне я металась и разрывалась от противоречивых ощущений, но желания тела оказались сильнее, и именно они подтолкнули меня к Туманову.
– Меня, - хрипло ответил он и начал склонять голову.
Медленно, томно, дразняще, испытующе он приближал свое лицо к моему. Я же боялась отвести взгляд от его лица, от светлых волос, которые всегда были в хаотичном беспорядке, от зеленых глаз, в которых успела однажды утонуть. Задрав голову вверх и разомкнув губы, я дышала. Гоняла в легких горячий воздух, перемешанный с свежим, сводящим с ума запахом моего сводного брата.
В миг, когда губы Яра коснулись моих, что-то взорвалось. Снаружи, внутри. Что-то оглушило меня, выкинуло в иную реальность, в другой мир. Даже если бы оставались силы, даже если бы я преисполнилась желания, то не смогла бы сопротивляться этой близости.
Ярослав целовал уверенно, но бережно. Он осторожничал, боялся, что я оттолкну и больше не подпущу.
А мне хотелось ближе, глубже, сильнее. Вновь почувствовать себя живой, яркой вспышкой, рассекающей вечерний небосвод. Кометой, несущейся с сумасшедшей скоростью к горизонту и потерявшейся за ним.
Я отвечала. Ох, как отвечала…Собрала все желание, злость, нерастраченную за год нежность, аккумулировала в одном поцелуе и отдавала ему бездумно.
Ярослав запустил одну руку в мои волосы, обхватив затылок, вторую расположил на талии и прижал к себе. Больно, слишком сильно и чересчур крепко. Именно так, как нужно. Он менял ритм поцелуя и включил следующую скорость - стал целовать неистово, отчаянно, будто я туман, который рассеется с рассветом и никогда не вернется.
Я обняла его за плечи и одной рукой стянула светлые волосы в кулак, навела там еще больший беспорядок. От простого поцелуя мы стонали, как умирающие, будто танцевали над пропастью и смотрели на этот мир в последний раз. Мне не хватало кислорода и не хватало реальности.
Мне не хватало его.
Нужно было еще больше - весь он.
Я гладила и царапала его шею и нарисованный на ней огонь. Горела вместе с ним, и это делало меня живой, цельной. Во мне снова появились эти чувства, а это означает одно - мой сводный брат снова разрушал меня.
Ведь однажды, возможно даже завтра, он наиграется и уедет отсюда. Снова на год или навсегда. Я могу больше никогда не увидеть его, не почувствовать страстные касания языка, возбуждение, упирающееся мне в бедро и заставляющее сердце больно сжиматься в груди. Я могу никогда не коснуться сильных плеч и широкой, мощной спины. Снова забуду этот запах и забуду, как жить.
Нас не остановил бы даже атомный взрыв, но это сделала одна-единственная маленькая слеза, скатившаяся по моей щеке и потерявшаяся в наших губах.
Туманов отстранился, взглянул замутненным темным взглядом, полным искр желания, стер большим пальцем мокрую дорожку и обнял меня.
– Ох, Карасик…, - сказал хрипло и сжал еще крепче.
И меня прорвало. Я плакала и ничего не могла поделать с этим. Разорвала колючую проволоку, удерживающую чувства, и отпустила себя. Оплакивала отца, предательство Яра, его возвращение и заранее прощалась с ним.
Ярослав подхватил меня на руки и понес в мою комнату, положил на кровать и лег рядом. Снова притянул в теплые родные объятия и позволил расклеиться в его руках.