Облака пустоши (СИ)

— Да, Ивенкар в течение нескольких веков побледнел, утратил краски и стал безжизненным камнем, — сказал Ахимас.
— Именно! На нашей сфере уже идут такие же процессы. Вероятно, они начались после пиджетейской катастрофы, в которой погибли почти все Теллуры. Возможно, это началось еще раньше. В те времена, когда людей смешанных частиц стало больше, чем носителей чистых. Неизвестно сколько пройдет времени, прежде чем и наша сфера погибнет. Процессы эти только набирают обороты. Их я бы сравнила с тем же самым опустошением. Опустошение сферы. Или же как у народа унку. Они побледнели и утратили все свои способности после того, как мы сломали их мегалит вечносферы.
Из аквариума послышалось шипение и хруст. Ахимас посмотрел сквозь стекло и обомлел. То, что еще недавно было лягушкой, теперь стало маленьким, бесформенным, прозрачным слизняком, ползшим по стенке аквариума. Из спины слизняка как рудимент, торчали лягушачьи лапки, вот-вот также готовые расплыться. Склизкую субстанцию облепили и с хрустом поедали черные жуки.
— Выходит, что и животные обладают интуилами? — спросил Ахимас.
— Да обладают, — сказала Анна. — Но у них нет такого же разнообразия частиц. Функции животных четко определенны и слабо варьируются. Возможно, к лучшему, — добавила девушка грустно и задумчиво.
Тут Ахимас услышал, что дверь открылась. В лабораторию вошел Дорий.
— Операции дан ход! — поспешил сообщить военный. — Совсем скоро заказчик станет нам известен. Хотя мне и так понятно, что это кто-то из рун и затеяно все ради этих оболочек!
Дорий направился к столу.
— Минуточку! — остановила его Анна. — Сперва одень халат и перчатки!
— Ох! — тяжело выдохнул Дорий и снял последний костюм с крючка.
Он небрежно накинул его поверх мундира, не став застегивать, и подошел ближе.
Анна, вероятно, уже рассказала вам про то, что качественные интуилы получаются только из достойных людей?
— Из тех, кто с чистыми частицами, — поправила Дория, Анна.
— Да. Так вот, все это грозящее дизраспадом оружие с завода должно было отправиться солдатам армии Тео Колабра Инициалис, а также моим военным. Словом, людям с чистыми частицами, что наместник Истериан постановил забрать на войну. Каков подлец! Не находите?
— Пока все в духе Рунаборга, — сказал Ахимас. — Они избавляются от талантливых людей, как только могут.
— И узнав это, я подумал, что у Истериана проблемы с головой. Какой смысл, фактически лишать себя армии? Неужели он хотел, чтобы солдаты распались прямо во время боевых действий? Но теперь то я знаю, что это все ради оболочек было. Однако я так до конца и не понял, насчет черного дыма и двойника Бененгрея. Расскажите подробнее.
— Я и сам мало понимаю, — сказал Ахимас. — На моих глазах, во время магического ритуала в интуилы разложенные в палате вселился черный дым. Они стали менять форму и превратились в тех странных граждан, что мы называем реплиморфироваными. Затем один из реплиморфированных принял облик Бененгрея. Интуилы под управлением черного дыма, похоже, способны принимать любые формы, превращаясь в том числе и монстров. Вероятно, дым — это какие-то демоны. А что вы Анна про это знаете? — обратился к ученой Ахимас.
— В общем, все то же самое, — сказала девушка. — С тем лишь уточнением, что этих демонов называют Дэ. И им очень удобно сливаться с фабричным дымом.
— Дэ? — переспросил Ахимас, — Я вроде бы слышал это название когда-то. Кажется, моя мать Фелиция рассказывала мне легенду про них.
— Да это легенда о сотворении бытия. Бог тьмы Хорг создал червей. Они должны были пожрать космических рыб, но океан Олла отринула их. Тогда черви, подхваченные ветром беспространства стали…
— …черным дымом, — докончил Ахимас. — Я вспомнил эту легенду. Бездарный Хорг пытался подражать создателю Кьялу, но результатом его потуг стали лишь эти демоны.
— Именно, — согласилась Анна. — И, похоже то, что Рунаборг называет реплиморфированием, процессом изменения частиц человека, на самом деле простое убийство! Они убивают людей, а дымные демоны вселяются в интуилы, получая желанное тело, и принимают облик убитых.
 
— Поэтому и выглядят, и ведут себя реплиморфированные так странно. Демонам чужды людские чувства и эмоции.
— Но сколько же их! — поразился Дорий. — Реплиморфированых придворных в одном лишь императорском дворце пару сотен! А сколько десятков тысяч в Грегорбонне? Министры, аристократы. Джон Граег тоже реплиморфированный!
— Боюсь, вы сильно занижаете количество, Дорий. Вы же слышали про города «духовности» на территории Рунаборга?
— Попробуй про них не услышь. Туда чуть ли не каждый день отправляют людей с особенно сильными талантами.
— Рунаборг позиционирует эти города, как места, где люди с чистыми частицами смогут стать духовными. Но вы и сами понимаете, что это чушь и частицы невозможно изменить. Мне кажется, что документы с завода им нужны именно для того, чтобы производить в этих городах вещество с дизраспадом и там же применять, получая качественные интуилы. Удобно неправда ли?
— Страшно удобно… — прошептал Эйрингросс с ужасом. — Но как демоны Дэ могут так точно повторять облик убитых?
— Смотри Дорий! — сказала Анна и подошла к столу с совсем растекшимся интуилом. Руками в перчатках, девушка взяла за субстанцию, бывшую конечностью, и потянула. Она начала растягиваться как тесто. — Оболочка гибкая и может принимать любые формы и свойства. Она может повторять мельчайшие изгибы.
— Я вспомнил, — сказал Ахимас, — Бирон рассказывал, что после инспекции завода с него взяли свежую ундосокпию для газеты. Возможно, по ней демон и смог принять его облик!
— Это более чем вероятно, — сказала Анна, — ведь в ундоскопии содержится не только образ гражданина, но и особенности его частиц и поля.
— Да, но вы уверены, что у демонов вообще есть частицы? — спросил Ахимас. — Ведь если бы частицы у них были, то облик и свойства интуила были четко определенны раз и навсегда.
— Я не знаю. Возможно, тут и в самом деле секрет в наполнении. Об этом нигде не написано, — сказал Анна нервно. — Про этих Дэ вообще мало информации.
— Вам стоило бы изучить реплиморфированого демона, чтобы наверняка узнать, что у него вместо частиц, — посоветовал Ахимас. — Пару лет назад я с несколькими членами ордена Оллания, схватил реплиморфированого, связали и оставили в подвале, направив на него специальный прибор, излучающий сильную энергию вечносферы. Но когда мы вернулись, пересадыша уже не было. Только лужа слизи на полу и окне. Мы тогда так и не смогли определиться, растаял он, или же как-то сбежал. Но теперь то ясно, что он сменил форму тела и выполз сквозь окошко.
— Возможно, я озадачусь вопросом поимки репливорфированого, — сказал Дорий. — Но это должен быть кто-то не из знати, чтобы не хватились.
— А я совершенно не понимаю, как Рунаборг с демонами сотрудничает! — сказала Анна. — И особенно меня пугают масштабы этого сотрудничества! Ведь реплиморфирование проводится по всему Валлервену! Я бы сказала, что этому нужно дать огласку, если бы не здравый смысл. Он подсказывает мне, что никто не поверит правде.
— Вы правы, — согласился Ахимас и посмотрел в аквариум. Жаба полностью растеклась, и жуки тонули в ее слизи и сами также начали распадаться.
— Я несогласен, сестра, — возразил Дорий. — Это невероятное лицемерие! Церковь новой веры заодно с демонами! Информацию нужно предать огласке, но анонимно. Кто-то поверит, а кто-то нет. Но котел народной ненависти закипит! Вы забыли, что смерть Леопольда должна была вызвать бунты? Так вот, теперь правда о реплиморфированых вызовет их! Ведь когда-то их появление уже спровоцировало волнения на севере, приведшие к отделению Черного Доминиона! Кстати, о них… Сестра, можешь дать мне письмо?
Анна сняла с рук перчатки и кинула на зеркальную поверхность стола. Перчатки плюхнулись с характерным резиновым хлопком.
— Оно у меня в кабинете.
Все сняли защитную одежду и, повесив ее на крючки, покинули лабораторию.