Город- мечта (СИ)

— Да ты хоть в ручье помойся! — Кукушкин снова принюхался и махнул рукой. — Чего так долго-то? И как успехи?
— Ну… Победить мы, конечно, победили… — не став скромничать, признался я. — Забрали двенадцать револьверов, три ружья и ещё кучу боезапаса. А вот остальное… С этим как раз и связан ответ на твой вопрос, почему так долго…
— Вано… — Кукушкин насмешливо посмотрел на меня. — Когда ты уходил, то умел отвечать кратко и по существу! А сейчас мнёшься, как кисейная барышня. Ну-ка, давай рассказывай! Что там у тебя случилось?
— Сначала попали в засаду, потеряв шесть человек… — разом посмурнев, поделился своими проблемами я. — Потом потеряли ещё двоих наших и восемь рабов. Ну и напоследок десять рабов слегли, заразившись какой-то дрянью!.. Вытащить удалось только двоих…
— Приемлемо, — кивнул Кукушкин. — И неприемлемо.
— А что приемлемо? — подняв бровь, уточнил я.
— Потери у вас приемлемые! — пояснил мэр. — Могло быть и хуже. А вот задержались вы неприемлемо долго! Если бы точность требушетов не снижалась от каждого выстрела, мы бы уже всех здесь победили.
— Если бы! — согласился я.
«Приемлемо» — вот так оценил ситуацию наш мэр. И ни капли сожаления в голосе. Погибли люди — и погибли. А все мои терзания и переживания — это пустое. Это неприемлемо, наверно.
— Что? — не понял Кукушкин.
— Я говорю «если бы»! — повторил я. — Вы же не победили.
— Ну да… — мэр усмехнулся. — Не победили. Но ты в будущем всё-таки ориентируйся на сроки… На неделю у нас еды было достаточно. А вот на две… Хорошо, удалось ещё мяса добыть… Но я тебе сразу говорю: стрелять местную живность из арбалетов — это чистый мазохизм. А большая часть нормального оружия у вас была.
— Понял. Постараюсь, но обещать не могу. Тут никогда не угадаешь! Видишь, и воевать по-серьёзному пришлось, и большая часть отряда выбита была. Так что приходилось на месте сидеть, пока раненые не придут в себя… — развёл руками я.
— Ты, Вано, тогда сроки точнее рассчитывай! Чтобы не вернуться к шапочному разбору! — пожурил меня Кукушкин, явно позабыв, что сроки я изначально указывал больше.
— А что с требушетами? — перескочил я на другую тему. — Что за история?
— Да они, тудыть их растудыть, разбалтываются на раз!.. — Кукушкин махнул рукой и поморщился. — Первые три дня мы садили без роздыха, а камни летели куда угодно, только не в частокол. Всё бы ничего, но эти говнюки там, у себя, закопались под землю… Узенькая траншея с перемычкой на половине глубины! Большие камни пробили бы перемычку, но не достают. Ложатся поверх траншеи! А маленькие камни не пробивают…
Мэр, забывшись, от досады хмуро сплюнул на землю. А потом тут же вытер следы этого безобразия ногой в аккуратном, но пыльном ботинке. Ибо не положено уважаемым людям на землю плевать. Даже не на родную, а вполне себе инопланетную.
— Затем додумались заняться ремонтом требушетов, чтобы они точнее били… — продолжил он. — Теперь в первый день после ремонта — ещё ничего, а потом — снова в ремонт. В результате два-три работают, а остальные — на техобслуживании…
— И долго ещё мы рассчитываем тут сидеть? Еды-то, как я понял, почти не осталось… — напомнил я.
— Вот ты едой и займёшься, вместе со своей группой! — тут же выбрал исполнителя задачи Кукушкин.
А пока я переваривал новость, что отдыха не будет, мэр мрачно ткнул пальцем в раскинувшийся внизу лагерь:
На эту толпу нужно около тонны мяса в день! Триста граммов на рыло, не меньше! Кореньев тут каких-то народ ещё насобирал… А вот мяса не хватает!
— Когда приступать? — со вздохом поинтересовался я.
— Да хоть сейчас! — рубанул рукой воздух Кукушкин. — Ты же понимаешь, вопросы с питанием ещё вчера надо было решать! А вообще… Ладно, сегодня приходи в себя, а завтра — на охоту.
Он как-то нехорошо усмехнулся. Правда, не стал комментировать свою усмешку, а я решил не уточнять. Но по-прежнему хотел выжать из мэра всю возможную информацию:
— Так сколько нам тут торчать-то?
— Ну смотри. Через пару дней, как ребята обещают, мы сможем обвалить больше половины частокола… — начал загибать пальцы мэр. — Потом штурм… Вот сколько у тебя люди приходили в себя после засады?
 
— Дня два… — вспомнил я. — Но мы раненых на себе тащили.
— А мы не сможем… — Кукушкин сокрушённо покачал головой. — Так что, считай, ещё два дня. Итого, пять. И до Намжалдоржо нам идти дня четыре… И ещё дня три до Алтарного… Ну и там наверняка пара дней пройдёт, прежде чем народ на промысел выйдет… Что в результате получается?
— Четырнадцать дней! — быстро прикинул я, мысленно похвалив свой математический ум.
— Ну вот… И на всякий случай накинь ещё три дня! Вот на такой срок и надо заготовить мяса… — Кукушкин сел и устало откинулся на второй камень, служивший ему спинкой «стула». — Семнадцать тонн мяса, верно?
— Верно, — согласился я. — Семнадцать тонн.
Договорившись обо всём с мэром, вернулся к группе. Витя уже забрал своих бойцов. Так что остались бывшие рабы, наши ребята и неприкаянные Кэт со Славкой. Они-то на меня и насели — по поводу того, куда им, таким красивым, идти.
Пришлось вести всю эту компанию к своей группе. Впрочем, и Кэт, и Славка успели познакомиться и задружиться с частью моих людей. В общем, оставалась сущая мелочь — официально их к нам пригласить.
Кострома встретила нас… Приемлемо! Наверно, как-то так. То есть, улыбнулась, обняла меня, Дуная и Пилигрима — и тут же смылась по каким-то важным делам. А вид у неё при этом был усталый и озабоченный.
Что, в принципе, логично… Пока лидер группы где-то ищет приключения на пятую точку, ей приходится отдуваться за меня. И за себя. И за Дуная. И за Пилигрима. А за Сочинца не приходится. Потому что он вообще хитрец… Остался в Алтарном. Чтобы присматривать за большинством наших девушек, которых не взяли в поход.
Короче, Костроме приходилось нелегко. Быть и. о. Вано Великого и Ужасного — всё-таки та ещё задачка… Особенно, в военном походе. Особенно, под руководством Громоподобного Кукушкина. Пора было перенимать у Костромы дела, пока валькирия вконец не сдулась.
Но для начала я нашёл Елену, нашего врача. Она, как и Кострома, явно была занята. Однако я прикинул и решил, что это меня сейчас мало волнует. Во всяком случае, куда меньше, чем перспектива загнуться от каких-нибудь вредных бактерий.
— Привет! Есть разговор! — сходу взял я быка за рога, а Лену за плечо.
— Вано, вот… Честно, не до тебя! — раздражённо призналась она, выворачиваясь из-под моей ладони. — Надо составить список на закупку медикаментов!
— А помощника себе взять не хочешь? — удивился я. — Почему всё сама делаешь?
— Тебе легко говорить! — возмутилась девушка.
— Нет, не легко! — не согласился я.
Когда подчинённые начинают зарываться, святая обязанность начальника — поставить их на место. Или нет? Я же начальником-то никогда не был… Вот, только сейчас осваиваю это тонкое искусство воспитания взрослых людей. И должен сказать… Да ну нафиг! С детьми, как я слышал, немного проще!..
— Лена, не только тебе тяжело! Мне тоже приходится искать помощников! — начал объяснять ей я. — И почему-то толковых людей на все задачи не хватает.
— Но мне-то нужны помощники со знанием медицины! — ещё больше возмутилась Лена.
— И мне! — кивнул я. — А ещё со знанием строительства, физики, химии и многого другого… Понимаешь?
Лена сердито засопела, глядя на меня исподлобья.
— Послушай, я тоже устаю, как ишак!.. — показал я на своё заросшее бородой и запачканное пылью лицо. — Но давай честно! Ты у нас единственный человек, кого можно считать врачом! И вряд ли мы найдём тебе такого же хорошего помощника! Из-за автоматических диагностов, во времена нашего отлёта с Земли людей-медиков оставалось очень мало.
— А я тебе сейчас зачем? — Лена, кажется, сдалась, но взгляд был по-прежнему уставший.
— Вот смотри…. Мы в походе освободили рабов. Часть из них заболели и умерли. Понимаешь, к чему я веду? — я посмотрел на девушку, а та закатила глаза и мотнула головой: