Город- мечта (СИ)
— Пресня у нас… — медленно кивнул Иваныч. — Это всё, что ты хотел узнать?
— Мне надо с ним поговорить… — насупился Пустырник. — Пока не поговорю, мне с вами разговаривать не о чем…
— Ну что ж… Я дам вам поговорить. Даже наедине. Но потом я жду ответа на мой вопрос! — строго сказал Кукушкин.
После чего оглянулся на нас с Витей и махнул рукой, направляясь к выходу из-под навеса.
Мы, само собой, молча потянулись за ним. После полумрака навеса, солнечный свет показался ослепительно-ярким. Глазам потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть. И, видимо, не только мне одному.
Что Витя, что Кукушкин молчали. А я огляделся по сторонам, заставляя себя смотреть вдаль, несмотря на яркий свет.
Навес, где допрашивали Пустырника, стоял на вершине скалы. Здесь ещё не велось строительство, здесь не стояли капсулы… Вместо этого тут было большое открытое пространство, местами заваленное товарами: пластиковыми стульями, брёвнами, каменными блоками и шматами глины.
Стройка велась на каменном пальце вокруг Большого Алтаря, где планировали возвести форт с минимумом гражданских построек. Этакий отдельный замок с толстыми стенами, способными выдержать пушечный обстрел. Внутри должны были расположиться склады, амбары и казарма будущей городской гвардии. А ещё, вероятно, несколько укрытий для жителей.
Замок должен был стать последним рубежом защиты Алтарного. Хотя, если честно, сейчас он был бы единственным рубежом защиты… Как минимум, потому что других не было. Правда, его только начинали возводить. А всё остальное… Ну не считать же серьёзной защитой каменную стенку по периметру внутреннего города? И деревянные укрепления на подъёмах — это тоже ни о чём.
Под скалой раскинулось Алтарное во всей своей белой красе… Узкие улочки, белые плоские крыши, зелёные скосы навесов, три торговых площади — и поднимающийся дым от костров и жаровен.
Местами были видны линии первичных укреплений. Каждая группа или коалиция в городе старалась обнести свою территорию подобием стены. Как и группы во внешнем городе. Как и моя группа.
За городскими укреплениями открывался прекрасный вид. На окрестные степные просторы, по которым прокатывался ветер, пуская волны в сухой жёлтой траве. На востоке и на западе равнины переходили в холмы, поросшие кустарниками и небольшими рощами.
Но я вообще-то смотрел туда не для того, чтобы видами любоваться…
Всюду, куда ни кинь взгляд, были видны хищники. Большинство из них спали. Они вообще спали как коты, мне кажется — или даже больше. У меня не было времени внимательно понаблюдать за какой-то одной стаей. Но казалось, что некоторые из них дрыхнут уже целые сутки.
Там, где раньше ходили гигантские животные и мелькали стада рогатых зверей, похожих на антилоп-гну, теперь виднелись только трупы, хищники и падальщики. Страшная Пуща, видневшаяся вдалеке, и вовсе будто вымерла.
Город оказался крепко-накрепко в осаде. А все окрестности были разорены.
Крупная дичь, которая стала нам доступна после появления огнестрела, теперь откочевала на северо-восток. На те самые равнины, напоминавшие саванну, о которых рассказывал Хир-Си.
Но самое неприятное заключалось в том, что сейчас, когда хищники собрались выяснять отношения друг с другом, любой человек мог дойти до нашей реки, текущей с гор…
— Он нам нужен, — негромко сказал Кукушкин. — Он, его помощник… Они мне оба нужны.
— Что-то я чувствую себя брошенным… — заметил Витя. — Мы тебе, Иваныч, больше не нужны?
— Вы нужны и мне, и городу! — сжав губы, отрезал Иваныч. — Но мне, знаешь ли, и о себе нельзя забывать! И о мудаках в моей группе…
— Хочешь усилить свои позиции? Двумя новенькими? — догадался я.
— Ну а почему нет? Предать эти двое меня не смогут… Они будут полностью зависимы от меня, — Кукушкин пожал плечами. — Служить будут не за страх, а за положение. И за возможность спокойно жить. Убивать они умеют. А значит, и деликатные поручения могут выполнить. Ладно… Нужно привести этого Пресню. Вано, сходишь?
— Да не вопрос… Приведу, конечно! — согласился я.
— А ты, Вить, обеспечь Пустырнику охрану, — наморщив лоб, попросил Кукушкин. — Пока он не принял моё предложение, ни один умник к нему не должен приблизиться…
— Сейчас пришлю людей, — кивнул Витя.
— Вот и славно… А я тут посижу. Подожду и охрану, и Пресню… — кивнул мэр, а затем отошёл к ближайшей куче камней и присел на неё, уставившись вдаль.
Мы с Витей, не сговариваясь, начали спускаться со скалы. Навстречу нам шла группа носильщиков. Они тянули наверх очередную партию товаров, захваченных в лагере работорговцев.
— Ну и что об этом думаешь? — спросил Витя, когда мы удалились от чужих ушей на несколько десятков шагов.
— Ты о том, что Иваныч предложил Пустырнику? — уточнил я на всякий случай.
— Да, об этом… Еле сдержался, блин! Думал, если и ты возмутишься, я точно присоединюсь! — Витя зло, с шипением, втянул воздух сквозь сжатые губы. — Не ожидал я от Иваныча…
— Зря ты раньше времени напрягся! — успокоил я его. — Если бы Кукушкин не хотел, чтобы мы об этом знали — сделал бы так, что мы никогда и не узнали бы.
— А может, он просто играет в «открытость», чтобы мы всему верили? А сам при этом будет сколачивать свою силу? — нахмурившись, спросил Витя.
— Ну так он в любом случае начал бы сколачивать свою силу! — я пожал плечами. — Сейчас ли, потом ли… Без разницы. Он правитель города, и у него за спиной должна стоять сила. А его группа — это потенциальные предатели. Ну и пацифисты, типа Ольши.
— Эк ты вежливо слова «размазни и слюнтяи» подменил! — усмехнулся Витя.
— Нам самим надо быть частью силы, что стоит за спиной Кукушкина… — задумчиво продолжил я. — Да, он не будет складывать все яйца в одну корзину! И только нас двоих не станет оставлять в своём тылу. Будет создавать и другие группировки. Но на этом всё.
— Или мы ему пока нужны, а потом он от наших услуг откажется… — мрачно пнул камушек ногой Витя.
— Ну и получит внутреннее противостояние в городе! — закончил я мысль. — Сам-то как думаешь, пойдёт Иваныч на такое или нет?
— Как знать… — Витя покачал головой. — Сейчас, может, и не пойдёт. А что потом?
— Потом будет суп с котом! — ответил я. — Мы с тобой тоже не должны на месте сидеть. Должны расширять свои группы, создавать свои военные отряды. Вот и всё. Чем сильнее наши с тобой группы, чем больше сосредоточено в наших руках, тем больше гарантий, что Иванычу придётся с нами считаться. Ну, мне так кажется… А если ему придётся с нами считаться, то и трогать он нас зазря не будет.
— А альтернативы? — уточнил Витя.
— Альтернатива — распустить наши группы! — ответил я. — Или занять какую-то устойчивую нишу: землю пахать, рыбу ловить, одежду шить… Правда, в этом случае он может нас прессовать, постепенно отнимая шансы хоть как-то влиять на жизнь в Алтарном.
— Но если мы будем сильны, он тоже постарается это сделать! — засомневался Витя. — Но уже просто набрав сил побольше!..
— Знаешь, как я вижу будущее города? — неожиданно даже для себя спросил я.
— Ну-ка, удиви…
— Сейчас город превратится в анклав групп. Каждая группа будет как какой-нибудь клан! Будет иметь свои интересы, свои вооружённые силы, свои промышленные мощности, свою штаб-квартиру… — «удивил» я Витю. — Конкуренция между группами позволит Иванычу малой силой удерживать власть. Но любой феодализм — а такая структура и есть самый настоящий феодализм! — рано или поздно заканчивается. И тогда власть централизуется. А вот вопрос: как именно будет централизовать власть Кукушкин?
— А какие варианты? — заинтересовался Витя.
— Можно подавить другие центры силы. Можно договориться. А можно — совместить! Слабых задавить, с сильными образовать систему сдержек и противовесов. На этом же строится любое общество, даже на Земле. И, немного понаблюдав за Кукушкиным, я подозреваю, он выберет третий вариант. Будет поддерживать сильных против слабых, а ещё толкать их на то, чтобы согласились на объединение.