Тридевятое квест: Молодильное яблоко (СИ)
Костя взял в лабораторию с собой тосты с индейкой и кофе. Он решил перекусить пока будет настраивать свой аппарат для сыворотки. Нужно задать параметры на компьютере, подготовить центрифугу и так далее.
Был ли виноват завтрак или слишком насыщенные последние дни в его нежданной и необычно накинувшейся на него лени и сонливости он не знал?.. А может, и то, и другое… а еще вдруг нахлынувшее спокойствие после того, как он сразу получил яблоко. Может все-таки взять нормальный выходной⁈ Подумаешь, еще один-два дня клиенты подождут! Они и так «горячие» и «готовые»! Вот, это будут торги! Не поскупятся зато на стартовой цене… И притом, разве он не должен успокоить мать и Василису? Наверняка, они переживают… беспокоятся… И Варвара… разве он не должен был ей позвонить или написать?
Вдруг к нему в лабораторию кто-то постучался⁉ Кто знает, что он здесь?
— Костя⁈ Костя!!! Ты слышишь, нам нужно с тобой поговорить! — послышался голос Людмилы с той стороны двери.
— Я же сказал, что я сам напишу или позвоню, когда решу с тобой поговорить! — он не спешил открывать дверь. И вообще зачем она пришла⁈
— Ну, пожалуйста! Дай мне все объяснить! — выклянчивала девушка. — Мне бы не хотелось, чтобы ты злился!
— Я и так злюсь… — прошептал мужчина, так что она его не слышала, тяжело вздыхая. — Мне еще видеть тебя не хватало, когда я только настраивался на работу с сывороткой, — бурчал он.
Людмила все не уходила, и продолжала стучать в дверь, и просила с ней поговорить. Тогда Костя подумал: «Что ж, раз ты здесь, и сама пришла… Не будем откладывать этот разговор в долгий ящик». Зато, может, когда один тяжелый разговор будет закончен, это освободит его подсознание, и ему легче станет работать над сывороткой.
Он открыл дверь, но вышел сам, и сразу закрыл дверь в лабораторию за собой. Нечего ей видеть. Он ей не доверял, а учитывая последние события — так подавно.
— Хорошо, пойдем поговорим, — пробурчал он, проходя мимо нее. Мужчина не стремился даже на нее смотреть. — В кабинете.
Когда они вошли в кабинет, Костя вальяжно развалился на кресле, дожидаясь пока девушка усядется.
— Я думаю, ты как-то узнал, что… — замялась она, краснея, и начала теребить свою одежду в руках.
— Да, узнал… — голос казался отстраненным и глухим. — И мне интересно узнать «почему»? Хотя нет… не интересно… Наверное, больше хочу знать как давно?
— Не так давно… — начала Людмила, все также краснея. — Буквально пару недель. Но, я с ним не спала!
— Да, неужели? — приподнял он бровь. — А такое ощущение будто пару месяцев…
— Клянусь! — она подняла на него свои большие голубые глаза. — Сначала мы просто стали часто общаться и оставаться наедине. Ну, флиртовали. Выпили. Поцеловались. Потом пытались отрицать и противиться нашим чувствам… Но, химия, между нами, только росла. И мы не могли отрицать уже то, что чувствуем к друг другу. И мы решили, что скажем тебе… все… Ни я. Ни Замир не хотели, чтобы ты чувствовал себя преданным. Поэтому мы отложили секс пока мы не признаемся тебе. И мы с тобой разойдемся…
— Как благородно! — съязвил он с холодностью в голосе. — Не знал, что влюбляться и уходить от своего парня к его лучшему другу не считается предательством, даже без физической измены.
— Костя, мы правду старались сопротивляться! — Людмила сменила робкий тон на дерзкий. — Также как и старались сказать! Но, то время было неподходящее! То дела! То, Замир все просил откладывать… — потом ее голос стал спокойным и даже равнодушным. — Давай наконец признаем, что мы не любим друг друга? Ведь, это же правда! Зачем мучить друг друга! Я люблю Замира, а он меня! А ты снова станешь свободным, и можешь найти себе другую девушку, которая тоже сможет тебя полюбить…
— Как все легко для тебя… — фыркнул он раздраженно. — Всегда все просчитываешь, все у тебя выглядит легко и просто. И все всегда должно быть, по-твоему.
— Ну, что ты еще хочешь⁈ — теперь Людмила, казалось, стала раздражаться. — Ты же меня не любишь! Внимания мне не уделяешь! Всегда запираешься в своем кабинете как отшельник. Признайся, что у нас с тобой даже нет общих интересов!
— Да, я не люблю тебя, — мужчина холодно посмотрел на нее. — В этом ты права. Как и насчет того, что у нас с тобой нет общих интересов! Но, не будь лицемерна! Я пытался тебе угодить и проводить время как тебе нравится. Все твои фэшн-шоу, спа, караоке, суши-бары, клубы и вся остальная чепуха, которой интересуются женщины малого ума и большого достатка, — на этих словах девушка возмущенно ахнула. — А ты же никогда не старалась не проявить большее усердие и уважение к моим интересам постоянно поливая своей желчью и критикуя: «как это все скучно, занудно и устарело»!
— Я пришла не ссориться! А объясниться! — пробурчала она обиженно, и вздернула подбородок. — А ты меня оскорбляешь! Мой ум… и… и… Ты жестокий и злой! Поэтому тебя никто не любит и все тебя бросают!
— Как по-детски? — зло усмехнулся он. — Теперь я снова оскорбляю твой ум или внутреннего ребенка?
— Чего ты хочешь⁈ — не выдержала Людмила. — Я знаю, что ты просто так никого не прощаешь и не отпускаешь!
— Хочу, чтобы ты извинилась! — бросил Костя, оставаясь в своей холодной маске, но глаза будто загорались ядовито зеленым.
— Ну, извини! — казалось, что девушка тоже взвинчена и на нервах.
— И это твое извинение⁈ — его бровь изогнулась, а глаза уже горели неоновой зеленью. — Постарайся получше!
— Я что должна на коленях просить прощение? — прошипела она зло.
— Раз ты сама это сказала, — вытянув одну руку в пригласительном жесте он. — Пожалуйста… можешь просить прощение на коленях. И так уж и быть, я прощу тебя.
— Ты издеваешься⁈ — вскочила со стула в бешенстве Людмила. — Ты еще хочешь меня унизить! Не зря тебя даже такая премудрая Василиса бросила! И хотела сбежать! Ты просто чудовище и монстр… — девушка покачнулась, ее глаза расширились от ужаса смотря на него, и она схватилась за свое горло.
Костя сидел, вытянув руку, и его глаза ярко горели ядовитой зеленью, а вокруг него сгущалась тьма, заполняя весь кабинет темнотой:
— Не смей упоминать ее имени! Ты ничего не знаешь ни о ней! Ни обо мне! И ты ничего не знаешь, что между нами было и произошло! Еще раз так упомянешь ее, и я тебя придушу.
Он воздел руку вверх, и Людмила взлетала в воздух, будто поднятая невидимой рукой или силой, она болтала ногами, и ее лицо синело, от губ отхлынула кровь, и она держала что-то невидимое двумя руками, пытаясь разжать. Костя увидел на ней странное платье, такое носили дамы в конце девятнадцатого века, с оборками, длинное, белое, подпоясанное под грудью. Это было странно… «Она не носит такие платья… Она не носит такие вещи…», — подумал он. Эта мысль отвлекала его, и мужчина потерял фокус как раз тогда, когда у девушки уже стали закатываться глаза. И после потери фокуса, Людмила резко упала на пол.
В это же время кто-то стал звонить в дверь! Костя вскочил и подбежал к распластавшейся девушке на полу. Она не вставала и находилась без сознания. Мужчина проверил дыхание и пульс, она дышала. В дверь также продолжали настойчиво звонить! «Что на меня нашло?..», — Костя тряхнул головой, сбивая какое-то непривычное наваждение. Давно он так не впадал в ярость!
А в дверь все звонили. Он чертыхнулся, и вышел из кабинета. «Кто еще приперся сегодня?», — подумал он раздраженно и пошел открывать эту чертову дверь.
Глава 34. Ссора с другом
На пороге стоял Замир! И как у него хватило наглости⁈ Он же сказал, что сам напишет или позвонит, чтобы встретиться и переговорить. Замир кивнул головой в знак приветствия и без приглашения вошел в дом. Костя мысленно закатил глаза, но пропустил гостя.
— Знаю, что ты меня не вызывал и не приглашал, — бросил на ходу Замир. — Но Людмила все порывалась прийти к тебе и все рассказать… Я боялся…
— Чего боялся? — холодно спросил Костя.
— Что ты сорвешь злость на ней… — Замир смущенно опустил глаза. — Я бы хотел сначала сам с тобой переговорить…