В теле пацана 4 (СИ)
Ибо все барьеры сломлены. Она проиграла.
Отпустил, нано — броня уже перетекла с колен. Ноги можно свести, но она не шевелится. Просто сопит, уткнувшись носом в мех.
Чуть отдышался. Поднял её на ноги. Послушно встаёт, вся зарёванная, на меня смотрит дико. Верчу так — сяк, слушается.
Завернул голую задницу в накидку, взвалил на плечо безвольное тело и телепортировался в холл особняка. Поднялся по лестнице мимо оторопевшей служанки и в комнату её двинулся. Бросила на кровать. Спокойно развязал, разорвав скотч, снял кляп.
«Кошечка» с ужасом и обидой смотрит, вся в слезах и соплях, периодически всхлипы мощные бьют её непроизвольно. Покорно укладывается на бок, сжимаясь. Укрываю одеялом. Отступаю.
— Прости, Нелли, но ты не оставила мне выбора, — говорю уже в дверях. — Если решила быть свободной, твоё право. Но девственницей от меня не уйдёшь. Больше не держу. Решишь валить, коня лучшего дам, монет сколько увезёшь. А что касается обещанной армии от твоего папаши. Мы будем биться яростно против нечисти с вами или без вас. Даже если все сдохнем. Доброй ночи.
Закрыл дверь, прекращая слушать тихие всхлипы и ощущать ненависть на своей коже.
Такое гадкое и давящее чувство с Нелли испытываю уже второй раз. Первый, когда насильно укол делал, стремясь обратить в живую. И оба раза больно, млять. Да так, что и к столу возвращаться не хочется. И от себя самого противно.
Не убил, не покалечил. Только душу гордой «кошечке» изломал.
Утро следующего дня. Никогда не думал, что будет так страшно начинать новый день.
Да, всё из — за Нелли. Потому что всю ночь мне снилось, как обижаю её, а она потом одиноко плачет. Беззащитная, никому не нужная, поруганная. Отчаявшаяся.
Только сейчас спохватываюсь, нужно было приставить к её комнате «кошака». Да толку, окна из комнаты смотрят на Стеклянное море и обрыв.
«Кошечка» в комнате, узнаю от служанки. Опасаюсь сам туда лезть, тревожить не хочу. Стыдно. Я не я. Что на меня нашло? Не знаю… Злость, провокация. Мы расставили все точки, и она подтолкнула меня сама.
Мои нелепые отговорки и оправдания. Себя не обманешь.
Следующие тяжёлые два дня Нелли отказывается от еды. И просит выйти из её комнаты даже Вебисиду. Все всё понимают, но молчат. Делают вид, что «кошечка» просто приболела.
Два дня долбаного траура. И моей давящей вины.
Отвлекает лишь Ольви, пытливый ум которой всё не унимается. Генератор ей покоя не даёт, блокнот завела, (сам ей дал, а то больно смотреть на плотные рулоны свитков), что — то измеряет, всё записывает с умным видом. Похоже, она одна не в курсе, что я — грёбаный насильник.
На третий день является Гунуа у ворот! Вот так сюрприз!! Постовые оповещают своевременно, встречаю его прямо во дворе. Вид у деда в серебристой мантии, как у обосравшейся собаки. Он готов сейчас выслушать весь мой мат — перемат. Но я спокойно приветствую его.
Он здоровается в ответ и официозно заявляет:
— Лорд Кристиан, я прибыл сообщить, что не единым решением двух из трёх судей и по согласованию главы Магистрата лорда Сиригра все обвинения сняты, преследование отменено.
Двух из трёх? Папаша Кейти в ярости? Бальзам на душу.
Маг также сообщил, что короля нет во Дворце уже две недели, и неизвестно, когда вернётся. Отец с Джуной резвится на берегу озера в своей летней резиденции. Ну да, у монарха отпуск в преддверье войны. Рулят идиоты из военного совета. Поэтому на поклон ни к кому идти не надо. Только лишь встречать армии и контролировать их размещение в Леванте и окраинах.
К Узимиру я отправил непризнанного принца Синдо с новостью об успешном оприходовании его дочери. А дальше пусть сами решают.
Сцена деда с внучкой меня поразила. Не успел я чай предложить старику, она вышла из подъезда ему навстречу и встала сбоку от меня. Глядя на мага, я понял, что верховный неслыханно рад, его чёрные глаза заблестели сразу.
— Ты здесь, я и не мыслил, — прошептал дед негромко.
— Предатель, как у тебя только язык повернулся давать показания, — выдала магично разгневанно.
Утёс — место семейных разборок.
— Ольви всё нормально, всё обошлось, — встреваю я.
— Не нормально, Крис, — хмыкнула. — По его вине и моих родителей не стало. Что ж ты дед так и не осмелился мне сказать, что палец о палец не ударил, когда судил их Магистрат.
— Ты многого не знаешь, — попробовал оправдаться Гунуа.
— Я знаю больше, чем ты думаешь. Видеть тебя не хочу!! — Взвизгнула и умотала прочь.
У старика по щекам слёзы. И только теперь я понимаю, что не из — за меня они перестали общаться. Ольви что — то узнала.
— У меня был выбор, мой сын или внучка, — признался уже мне Гунуа, развернулся и пошёл за ворота.
Похоже, во второй раз у него та же дилемма стряслась. Фейрат или Кристиан.
Нашёл Ольви в своей комнате хныкающей. Промолчала, не став выгонять, когда подошёл. Обнял её, по синим волосикам погладил. Быстро успокоилась и перестроилась.
— Пора браться за дело, — заявила решительно.
— Согласен.
Собрались в столовке после ужина. Все свободные от караула «кошаки», Ешшунора и Вебисида. Развернули карту на большом столе. Я изложил суть проблемы, может, кто из своих подскажет.
План собрать все Камни многим показался забавным. Но я удержался от хвастовства, что имею уже четыре штуки.
— Узимир «Коготь Дракона» не отдаст, — заявляет Рокон, имея в виду зелёный Камушек.
— Главное знать, где его хранят, дальше сам разберусь, — отвечаю.
— На алтаре трёх Великих лиственников, — говорит Вебисида. — Насколько помню там часовые очень бдительные. Если тебя увидят, союзу не бывать.
— Не увидят, — отвечаю уверенно.
— Рискуешь же ты Крис, если и вправду собрался, — корят десятники.
Отмахиваюсь и дальше излагаю:
— Камень «Язык Дракона» у сектантов Зелёной Тирсы. Ольви, слышала о них?
О розовом Камне мне поведал Газим.
— Да, — ответила сходу и указала на карте примерное место из дислокации. — Когда была в академии, имела с ними дело. Они вербовали адептов. Одна моя подруга поддалась и потеряла себя. Могу сказать, что у меня с ними личные счёты. Их алтари в пещерах на заброшенных приисках.
— Переместиться сможем поближе? — Интересуюсь.
— Вполне, — отвечает уверенно. — Отсюда ближе, чем с Градира. Серое озеро, слышал о таком?
Киваю.
— В Кусубате была? — Спрашиваю магичку, переходя к следующему вопросу.
Отрицательно мотает головой.
— Придётся на лошадях, — заключаю.
— При удачном раскладе, в зелёный сезон можно за двадцать дней доскакать до Стана Ханы, — говорит Вебисида. — Там и «Кровь Дракона». И наш Деодор.
— Решим, не переживай, — отвечаю ей и обвожу область на карте, помечая, что там красный Камень.
— Ещё два, — говорит озадаченно Ольви и прикусывает губу. Но, похоже, «кошаки» не совсем поняли намёка. — «Дыхание Дракона» и «Жизнь Дракона» утеряны. Я ничего о них не нашла.
Чешем затылки. Позвал фелисов подсказать именно об этих Камнях, а от них толку никакого.
В столовке переполох. На входе Нелли появилась! А у меня в груди холодеет.
Завёрнутая в халат с видом болезненным, будто у неё температура. Сердце кровью обливается. Но «кошечка» без церемоний идёт к столу. «Кошаки» расступаются, чуть ли не шарахаясь. А она подходит ко мне в упор.
— Ты позволишь? — Спрашивает покорно, будто ничего не произошло.
Позволить что⁈ Еле догадался отодвинуться от стола! Нелли на коленки ко мне уселась!! Сердце моё бешено бьётся, приобнял её с неловкостью, затаив дыхание. А она головой ушастой к плечу прильнула!!
Все присутствующие не дышат. Одна только Ольви горло продирает, мол, завязывайте с лобызаниями.
— Какие предположения? — Спрашивает магичка приподнято. — Исходя из постулата артефакторики, должно быть равномерное распределение…
— Я знаю, где «Дыхание Дракона», — раздаётся от Нелли нежным голоском! — В Фелисии, в одной из гробниц древности. Я много читала об этом. Есть лишь одно место по всем признакам подходящее. Это гробница Лабиринта Сируса.