В теле пацана 4 (СИ)
В глазищах голубых чёртики забегали! За трусы хватает сзади, собирая их к центу! Что⁈ Вздёргивает за ткань, оголяет мои булки, превращая трусы в стринги насколько это возможно.
— А ну повернись! — Командует. — Взгляну теперь я.
Пребывая в лёгком шоке, оборачиваюсь.
— Выше всяких похвал, ты лучший, — брякает моими же словами с нотками сарказма.
Оборачиваюсь назад, вылавливая хищный взгляд. Мдя, член у меня уже колом. А она из себя дурочку строит.
— Третий акт хочу, — требую уже нагло.
Секунду смотрит, ноздри раздула. А затем отлепляет верхнюю часть корсета, которая, похоже, на липучках, судя по звуку. С таким цинизмом это делает, что страшно. И в первый миг кажется, что с сиськами он сейчас отлетит.
А вот и она, молочно — белая грудь! Плотная, не сильно выдающаяся вперёд, но разросшаяся в диаметре размера до третьего! Под плоским узеньким животиком смотрятся шикарно! Сосочки крохотные бледно — бордового цвета на меня смотрят. Как и сама Ольви вопросительно!
— В третьем акте балерун ведёт, — говорит деловито и с ухмылкой. — Давай, веди в танце, сэр Кристофер.
Руку подаёт сама. Заключаю в свою лапищу загребущую элегантно. А у самого мысли противоречивые. Бросить её на кровать и начать уже взрослые игры? Или продолжить эти? Что у неё в башке, не знаю. А если она посчитает, что только секса и хочу?
В какую — то подростковую ловушку себя загнал. Была бы она простой девушкой, я бы и не парился. Но это же Ольви! У которой, похоже, крышу немного снесло от моего вискаря!!
Прижимаю её к себе. А она резко отталкивается и ловкими движениями нижнюю часть корсета, что прикрывает теперь только животик, отстёгивает! Вместе с ним слетает и юбка, которая из диска превращается в ленту. Но это уже не важно, Ольви остаётся лишь трусиках. И фигурка у неё отпад!!
— Вау!! — Не смог удержаться.
А эта сучка, выловив восхищение, с игривым видом поднимает руки над собой и начинает кружиться на цыпочках, переставляя свои балетки.
Уверен, может и быстрее, с выбросом ноги, как они умеют, но я ещё не заслужил удар по яйцам. Надеюсь.
Ягодицы в тонусе упруго подрагивают, грудь плотная на худеньком теле лишь слегка колышется, будто из силикона. В прошлой жизни на такую на порносайте я бы обдрочился и сдох от обезвоживания!
Так, хочешь танцев? Будут тебе танцы. И не простые, а грязные!
Являю магнитофон!
Ольви замирает, завидев нечто необычное.
— Ой, что за вещица, сэр нарушитель, я сгораю от любопытства, — комментирует полуголая зайка. — Так, а где ваша чудодейственная выпивка?
С этими словами она шурует на кухню уверенным балетным шагом на цыпочках!
Знает ведь, что вслед смотрю.
Дождавшись возращения девицы с голыми сисями, с бутылкой в одной руке и тарелкой закусок в другой, включаю классическую музыку, поставив магнитофон на табуретку в сторонке.
Ольви в неописуемом восторге, откладывает всё, судя по всему, уже отхлебнув, и начинает вытанцовывать под ритм, включая в балетные элементы и что — то своё, более развратное. Попочкой вертит, смотрит зазывающе.
Наивности ей придаёт приподнятая верхняя губа, обнажающая зубки, а в сочетании со стрелочками на глазах смесь ядрёная. Устоять нереально, немыслимо…
Сближаюсь и обнимаю за талию. Ольви легко подаётся и закидывает лапки мне на плечи.
— Что это за шарманка? Даже в Градире таких компактных нет, — спрашивает. — Покажешь, как действует? Мне интересно её устройство.
— Конечно, всё покажу, — шепчу, прижимая её к себе, ибо не в силах уже держаться.
До трясучки желанное, горячее тело охотно прислоняется к моему. Я слышу, как из её губ вырывается ах…
Тянусь к заветным губам своими, затаив дыхание. Ольви вдруг рвётся в ответ, и с неистовой жаждой начинает меня целовать.
Неумело и неуклюже, периодически облизывая… неконтролируемо, и яростно, мыча и рыча, словно зверь. Да она, как неопытная школьница целуется! Но это так особенно приятно, когда тебя жаждут целовать в порыве прорывающейся страсти. Аж на цыпочках тянется.
Хватаю под голую попу, ооох. Сколько же грезил сделать это с Ольви! Как приятно ощущать это тугое выдающееся мяско! Сжимаю булочки. Мычит! Просовываю свой язык и начинаю уже я целовать отнюдь, не как школьник. С ума можно сойти, как у крошки сладенький ротик.
Поцелуи наши вдвойне слаще, потому что я жмякаю её шикарные ягодички.
Всё, кончились танцы. Ольви запрыгивает на меня с ногами, заводясь ещё сильнее. Снова неуклюжие и неумелые поцелуи. Понимая, что не смогу ласкать её так, как хочется в таком положении, я усаживаюсь на диван вместе с ней.
Крошка лицом ко мне, её мордашка чуть повыше. Смотрит загадочно, изучает моё лицо… Теперь мои ноги между её расставленными, коленками Ольви опирается на диван и больше не обременяет меня ни весом, ни тем, что мои руки должны её держать. Мне нужны мои свободные руки, которые снова хватают её за задницу. Ольви выгибается, приподнимая корпус и расслабляя булочки мне под ладошки. Сжимать расслабленные мышечные ягодички отдельный кайф, я улетаю на седьмое небо от ощущений.
А Ольви улетает в экстаз от того, что губами касаюсь её соска. Очень неожиданный для меня эффект, когда от одного только робкого первого поцелуя в сосочек магичка начинает выть в голос и сжимать свои ноги, стремясь их свести. Жилы у киски напрягаются, попка сжимается. Ооох, да я сам сейчас кончу в трусы!
Такой формы тугие сиси на худеньком теле выглядят невероятно порнографически. Их настолько много вблизи, что хочется насладиться ими сполна. Обнимаю за прогнутую спинку, периодически трогая упругое «мяско» желёз. Невероятно плотная грудь — это нечто для меня необычное. Нет, не мышцы там. Просто всё очень тугое и одновременно нежное.
Как хищный зверь, почуявший кровь, приступаю к основательным ласкам её сисечек, задействовав все накопленные годами приёмчики язычком и зубами. От моих манипуляций Ольви начинает стонать на весь дом, как будто я её уже трахаю!! Особенно от лёгких покусываний кричит, как будто кончает. А может и кончает.
Лезу под горячие трусики, касаясь пальцами нежной свежевыбритой киски. Меж половых губ проскальзываю, где уже долбаное море влаги. Но тут Ольви приподнимается, опомнившись, и убирает мою руку с силой, не дав войти во влагалище пальцами!
— Туда нельзя! Нет! — Раздаётся прерывистое. — Чёрная прима неприкосновенна, сэр Кри… стофер…
Хрен с тобой. Снова налегаю на грудь, ласками расслабляю магичку. Ольви копошится в моих волосах на затылке, стонет. И почему — то даже не тянется к члену, чтобы его высвободить. Прислоняю ладошку поверх уже мокрой ткани на письку и начинаю тереть. Натянутые жилки от киски, нежная кожа в зоне бикини и булочки дальше, всё это хочется трогать бесконечно и жадно…
Не получив возражений увеличиваю амплитуду. И, погружаясь глубоко меж ягодиц, захожу уже на горячую дырочку попки. Чувствуется отдельная сжатая твердь, которую я периодически массирую. Когда трогаю её магичка стонет несколько по — другому, вылавливаю отдельные нотки. Но не могу понять, протест это или мольба пойти дальше.
Всё это время хреначит ещё и музыка, которая лишь добавляет нам драйва.
Поэтому я снова засовываю пальчик под ткань в районе киски, одновременно с этим покусываю сосочек, дабы отвлечь. Обмакиваю его в смазке и веду дальше под тоненькой ниточкой к попке. Только дотрагиваюсь до заветного голенького сжатого туго колечка, девушка снова приподнимает таз, говоря всем телом, что против!
Ей ничего не мешает сказать, ротик не занят. Но она так подвывает, словно не может уже перестроиться на фразы, ибо сознание витает где — то высоко. Лишь на уровне рефлексов! Поэтому я снова покусываю стоящий колом второй сосочек, дав ему заранее отдохнуть.
Ольви вскрикивает от очередной волны экстаза, а я ввожу в её анус средний пальчик под шумок. Но лишь на фалангу входит мой «любопытный пакостник и гадёныш». Стенки плотно обволакивают его, впуская нехотя. Похоже, девушка не совсем понимает, что происходит, ибо снова садится, расслабляясь после очередного всплеска.