В теле пацана 4 (СИ)
Собственно, как и другая сейчас. Ольви взвыла и стала выгибаться. Ноги выпрямила в коленях, делая почти поперечный шпагат. Намёк я понял, под резинку шорт и трусиков полез, высвободив одну руку. По нежной слюнявой кожице меж скользких губ провожу. Дёрнулась, похоже, клиторок задел. Попробовал потрепать его, не даётся, сразу напрягается. Дальше пальцы веду.
И средний палец проскальзывает в плотное, набухшее влагалище! Новая волна стона! Ольви сама начинает работать тазом, не выказывая никаких возражений. Млять, я начинаю трахать её пальцем. А эта сучка елозит на мне! Но долго так не могу, член уже дымится. Вынимаю палец, да у меня вся рука мокрая!! Перехватываю сзади под попу с писей второй рукой. Ножки сжимает с ахом. Поднимаюсь вместе с ней. Да она в принципе, как пушинка.
На кровать кладу спиной. Взгляд у Ольви затуманен. И я сдираю шорты вместе с трусами, как остервенелый зверь. А следом она сама задирает кофту, но застревает на половине действа. Пока возится, снова снимаю трусы. Залезаю на неё. А Ольви жмётся!
Да что, млять, происходит⁈
— Мы не должны, — выдаёт, задыхаясь от возбуждения. Вот зараза!
— Хорошо, я не буду вставлять член, — шиплю на неё и укладываюсь сбоку, не став пролезать между ног.
Ольви снова лезет целоваться, но я мягко кладу её обратно на спину. Легко поддаётся, не видя подвоха, ибо я немного в стороне.
Пробую отвести её ногу сам.
— Так? — Спрашивает девушка и заводит её себе за шею!!
— Ничего себе ты гибкая, — ахаю, подтрунивая.
И она заправляет вторую, складываясь чуть ли не в три раза!! Все дырочки напоказ. Писька блестящая с набухшими губами, попка бордовой гармошкой с точечкой розовой плоти. Всё становится таким уязвимым! Тут ещё и грудь слегка придавленная к центру добавляет мысленной стимуляции. И взгляд её вдруг такой доверчивый!
Перпендикулярно укладываюсь, затаив дыхание. Ибо боюсь, что она расправится обратно. Вперёд подаюсь, головой к груди. Плевать на сперму, мне нужны её соски. И я начинаю из посасывать. Одновременно с этим ближайшая к её распахнутой донельзя промежности рука ложится на внутреннюю сторону растянутого бедра у писечки, которую я веду дальше к горячим дырочкам. Палец входит во влагалище, как к себе домой. Ольви воет, задыхается от стонов и ещё умудряется меня целовать в шею.
Вскоре я уже входу средним и безымянным пальцем в лоно, усиливая натяжение. И чувствую, что там уже внутри хлюпает! Вот я тебя и раскусил, малышка!
Два пальца вовнутрь, большой — снаружи, скользит меж половых губ по клитору. Увеличиваю скорость, и настойчивость, пальцы загибаю внутри, давя на стенку в сторону лобка и вызывая нужный эффект.
Магичка начинает истошно кричать с глазищами навыкате, будто рожает. Нет, не от боли. А он новых ощущений, от мощнейшего экстаза. Из киски начинает брызгать и течь ручьём! Хреначу рукой со смачным хлюпаньем, заставляя её писать короткими очередями вновь и вновь.
Жидкость льется на животик, ляжки и грудь. Я вовремя успеваю отстраниться, заодно любуюсь ошарашенным лицом в неконтролируемой феерии блаженства.
— Что… что ты со мной… — слышу через стоны и захлёбывания.
Сквирт, крошка, просто сквирт. Струйный оргазм, которому ты подвержена, как оказалось.
Молчу, злорадствую и работаю рукой ещё. Ольви кричит, будто её режут. Даю немного отдохнуть, вынимая руку из раскрывшейся раскрасневшейся полости. Не могу удержаться, и пока она пробует отдышаться, вставляю средний палец ей в попку уже поглубже.
— Мммм, — стонет с хрипотцой, сжав губки. И нет у неё сил даже дёрнуться.
Глажу большим пальцем той же руки ещё и воспалённую киску. Девушка содрогается от моих манипуляций. Сжимает анус, внутренние стенки передают её импульсы. И теперь от меня ничего не скроешь.
Средний палец остаётся в попе, теперь в писю ввожу безымянный с указательным. Для усиления эффекта вторую ладошку опускаю на лобочек, куда я буду давить.
— Пожалуйста, Кристофер, — раздаётся от неё жалобное. И я не совсем понимаю, мольба это остановиться или просьба продолжить?
Но это уже не важно. Начинаю работать руками с новой силой, цинично и легко вводя крошку в состояние гипер — экстаза, превращая её в дикое, тупое животное, которое не понимает, что с ним вообще происходит. И почему так брызжет.
Это моё наказание, за то, что она не дала мне в себя вставить. За то, что даже не соизволила прикоснуться к моему члену!! За пять — семь минут под композицию Петра Чайковского «Щелкунчик. Вальс Цветов» я выжимаю из неё всё. Пока она уже не хрипит сипло и из письки бегут последние капельки.
Вынимаю из неё все пальцы одновременно. Из попки особенно туго, но и из высохшего влагалища не легче.
Высвободившись из моих мучительных объятий, с хмурым видом Ольви расправляет, похоже, затёкшие ноги и, задёргивая на себя край одеяла, поворачивается от меня на бок и закрывает мокрые от слёз глаза. Сжимается, всхлипывает и продолжает тихо постанывать.
Злость моя быстро сходит на нет. А мысли о том, чтобы разрядиться после накопленного потенциала и вовсе улетучивается.
Да, я в неё так и не вставил свой агрегат. Но в таком состоянии трахать её будет чистейшим надругательством и насилием. А ещё предательством.
Поэтому укладываюсь рядом и обнимаю её, затаив дыхание. Потому что не знаю, как она отреагирует теперь.
Ольви дёргается, но затем жмётся ко мне ближе! Ладошку мою берёт с плеча и подгребает к своей груди, как самую любимую мягкую игрушку. Вторую руку протискиваю со стороны шеи и обхватываю её и с другой стороны. Крошка сжимает и её.
Очередной мощный всхлип и длинный выдох. Всё, отмучалась, моя хорошая.
Так и засыпаем, поперёк кровати под классическую музыку…
Проснулся в кровати Ольви уже под нормальным одеялом в нормальном положении, смутно помня, как мы всё же перебрались ночью, как люди на подушки и продолжили спать в обнимку голенькие. Я ещё переместил в постель магнитофон и вырубил, наконец, надоевшую шарманку.
Лишь в первое мгновение волнение подступило, что девушки рядом нет. Но по шуму и запаху с кухни, понял, что Ольви готовит завтрак. Поднялся, отыскав трусы, кофту и штаны, которые были аккуратно сложены на подлокотнике дивана. Быстро оделся, сумку проверил, которая так и лежит нетронутая. Внутри меня всё сжалось на миг. Тупой идиот, а если бы она из любопытства посмотрела, что там⁈
— Ольви⁉ — Крикнул с внезапным чувством тревоги.
— Проснулся? — Раздался вполне обыденный ответ под шум воды и шкворчание на сковородке.
Выхожу поскорее. А она в коротком домашнем светлом платьишке боком стоит, на столешнице еду варганит. Тапочки с небольшим каблуком, попка торчком, талия подчёркнуто тончайшая, ох, а бёдра какие женственные на фоне талии такой…
— Кристофер? — Обернулась с вопросительным видом, как ни в чём не бывало.
Взгляд, конечно, не как обычно, когда всё задолбало. Он несколько озабоченный что ли.
— Присаживайся, — говорит, снова к завтраку внимание обращая. — Уже почти всё готово, мне скоро на смену. Уверена, и у тебя много дел.
Выпроваживает.
Не могу удержаться и подхожу к ней сзади. Ольви замирает, как дичь перед хищником, от которого не убежать. Обнимаю за талию, прижимая к себе. Ладошкой за животик плоский. Мммм, господи боже, умопомрачительно. Запах вдыхаю свежей травки от волос, похоже, утром она уже сходила в душ, вот же чистюля.
В моих объятиях, чуть шатнувшись, девушка вздыхает тяжело. Мамочки, как приятно обнимать её тело через шёлковую тончайшую ткань. Поднимаю руки выше, обхватывая грудь в мягком лифе и легко прощупывая соски.
— Кристофер, — раздаётся вроде спокойное, но угрожающее. При этом Ольви в своей прежней манере не сопротивляется. — То, что было вчера, должно остаться в прошлом. Мы оба много выпили. Крис…
Моё имя превращается в придыхание, когда я начинаю крутить её сосочки.
— Я прошу тебя, — стонет Ольви, чуть подавая назад зад, дабы хоть как — то оттолкнуть. Следом с большим трудом она накрывает мои ладони своими и пробует убрать.