В теле пацана 4 (СИ)
В любом случае, я жажду сделать из неё такую шикарную модель, чтобы все рты раскрыли и потекли. У Инессы все данные. Крупные ягодицы, тонкая талия и милое лицо.
Мысль пришла вдруг забавная. Почему советник так уверен, что Шатур заберёт его дочь в жёны? Или это ложь? Повод увезти свою дочку из Леванта? Судя по поведению, сейчас Белоис о её женитьбе даже не парится. Что ж, запарюсь я.
Часа полтора мы ехали до центральных улиц, не редко прозябая в пробках. Карет тьма, горожан толпы. Рассматриваю из окошек в обе стороны город. Здания всё мощнее и монументальнее. Архитектура прослеживается основательная, колонны белые, высокие лестницы, мрамор и пафос. Несколько театров проехали с толпами людей на вход уже утром! Площадь проскочили с открытой сценой и пёстрыми актёрами, у которой тоже зеваки плотной массой стоят и ещё подтягиваются.
Ах да, сегодня же выходной.
Надо отметить, что попав в центральный Градир, я будто несколько эпох перескочил, если сравнивать с Левантом и даже с Канопусом, который, казалось бы, не так далеко находится. Там средневековье, а здесь уже романтический период восемнадцатого века. И какие — то потуги капитализма и индустриализации.
Будто кто — то искусственно всё это внедряет да толкает. И не просто вводит, а вживляет хирургическим путём.
Интересно кто так старается? Ну, конечно же, наш попаданец Беринг Шатур. Ибо многое, что вижу через окна, кажется мне до боли и ужаса знакомым.
— Лучший ломбард города, сэр, — объявляет кучер, остановившись у невысокого здания, за которым открывается небольшой парк из мраморных статуй и облезлых невысокий деревьев.
Выхожу, подаю руку Инессе.
— Сэр, здесь стоять нельзя, — говорит «таксист». — Дальше по улице площадь, я буду ждать вас там.
Протягиваю ему монеты, попутно оценивая плотность движения на дороге.
— Прогуляемся пешком, — отвечаю. И карета трогается.
Мы же идём в ломбард. Вход свободный, но в холле уже крупный охранник со шпагой сидит, скучает. При виде нас ничего не говорит, лишь грозно смотрит, как мы поворачиваем к витринам и прилавку.
Внутри тепло, чувствуется, что отопление греет. Похоже, неподалёку котельная. Ого, даже это провернули! Мужичок светловолосый и лохматый за прилавком в серой рубахе с закатанными рукавами, встречает нас внимательным взглядом.
Столешница у него широкая, очки, наборы линз, плахи, перетянутые бархатом. Витрины заполнены изделиями драгоценными и статуэтками всякими. Есть даже необработанные породы с драгоценностями, красивые голубые и розовые кристаллы, от которых сразу глаз и не отлепить.
— Сэр, леди? — Обозначился вежливо мужчина. — Чем могу вам помочь?
— Хотим разменять на таланы, — отвечаю и достаю заранее приготовленный мешочек, где в основном трофейная ювелирка средней паршивости.
Мужчина смотрит скептически на то, как я высыпаю на столешницу пять предметов перед его носом.
— А бумаги на всё это имеются? — Это его первый же вопрос.
Ну зашибись.
— Какие бумаги? — Спрашиваю, растягивая искусственную улыбку.
— Дарственную, закладную, свидетельство о наследовании, — начинает перечислять.
Млять, как всё сложно. Вздыхаю тяжело, когда он заканчивает. Смотрим друг на друга.
— Мы не местные, прибыли погостить, нашу валюту не принимают, вам интересно приобрести это за полцены или я пошёл дальше? — Говорю уже недовольно.
У мужика глаза забегали, на ювелирку посмотрел. Взял одно кольцо, второе… кулон под лупой посмотрел, повертел браслетом небрежно.
— Тысяча двести таланов за всё, — бросил и посмотрел на меня вопросительно.
Сгребаю побрякушки обратно со словами:
— Пошли, дорогая, в том ломбарде нам предложили три тысячи.
— Хорошо, две с половиной, — прошипел мужчина.
— Три тысячи, — хмыкнул я, взглянув пристально.
— По рукам, — выдавил тот в ответ.
Провернули сделку, получили монеты. Барыга еле наскрёб из кассы нужную сумму, куда — то ещё отходил в закуток, щёлкнув пальцами охраннику, чтобы тот смотрел за нами в его отсутствие. Удивительно, что он не сильно — то и изучил мой товар, похоже, я конкретно продешевил.
Выходя из ломбарда, заметил, как оба с дикой жадностью глазеют на задницу Инессы в обтягивающих кожаных штанишках.
Так и подмывает посмаковать слово «моё!»
Выдохнув с облегчением, что вышла хоть какая — то сделка, с довольной барышней под руку двинулся искать самый модный женский магазин. Горожан по широкому тротуару прогуливается достаточно. К кому ни подходим с любезными улыбками, все внимательно слушают и подсказывают, где лучше шмотья прикупить. И все разное советуют.
С дуру по накатанной у полицейского в белой шинели спросил. И этот с чувством долга даже проводить нас пожелал. Оказывается, это у них в порядке вещей: бабашку через дорогу перевести, докопаться до прохожего в ночи, сделать замечание целующимся на людях и проводить до магазина.
В солидный трёхэтажный дом одежды привёл, где и ателье своё на пошив с мастерами, и одежды всякой, и нижнего белья целый отсек!! Окна в пол, помещения светлые и просторные.
Естественно я ринулся на третий этаж бельё смотреть и Инессу в краску вгонять. Судя по скудному количеству посетителей товары здесь не всем по карману. Нас сразу облепили продавец с продавщицей и охранник ещё позади встал на подстраховке.
Лифчиков, трусов и чулок рядами плотными всяких разных. От скромного плотного белья до эротичного. При том, что когда начал щупать, продавщица перехватила и сама стала рассказывать о товаре. Всё очень напоминает бельё с Земли. Очень.
Лейбу приметил, а точнее вышитый значок, на всех товарах он один.
— А кто производитель, не подскажите? — Спрашиваю и думаю. Вот только, млять, не говорите, что…
— Дом моды Беринга Шатура, — отвечает горделиво. — У нас с ними контракт, весь товар оригинальный, никаких подделок, как в том же Канопусе.
Ну да, там суккубки столько денег за почти то же самое не отваливали.
— А платья? — Интересуется Инесса, хлопая ресницами, как крыльями бабочки.
— Весь товар, что вы видите у нас, это линейки современной моды Беринга Шатура.
— Ооо, — раскрыла ротик моя спутница, ухватив тонюсенькие белые стринги, которые свесила на одном пальчике, как верёвочку.
Продавщица тут же выхватила зло и растянула улыбку, мол, простите.
— Я сама покажу, — прокомментировала любезно и дальше уже с нажимом. — Но должна предупредить, товар не из дешёвого. Это ж Беринг!
— Это ж Беринг! — Подхватываю с ухмылкой. — Как раз то, что нам надо…
Вывалил на прилавок продавщице пятьсот таланов местной валюты в залог. И только после этого женщина отвалила, потирая ладоши. И дала спокойно мне набрать разного белья в примерочную для Инессы, которая в процессе покраснела, как варёный рак. А под конец прошипела сварливо и угрожающе:
— Я это не надену.
— Ага, — прогнусавил я и повёл её в примерочную за руку, едва ли не силком.
В широкой и комфортной примерочной можно запросто заняться сексом хоть лёжа, но смущает шторка. И то, что это уголовно наказуемое деяние.
Чтобы не смущать я вышел, затаив дыхание. Инесса могла в любой момент взбрыкнуть, психануть и попроситься домой. Но она завозилась с одеждой. А вскоре раздалось:
— Крис, это очень развратно, я даже не знаю.
Заглянул, оценивая. Сжалась.
— А ну стань прямо, сказал, — фыркнул на неё, горя желанием увидеть на нежном белокожем теле чёрное бельишко.
Инесса неуверенно выпрямилась, демонстрируя бельё и поднимая мне градус ниже живота. При том, что это был вариант с самым большим количеством ткани. Высокая посадка трусиков до животика, лифчик с корсетом на маленькие сисечки.
— А ну повернись, — скомандовал пересохшими губами.
Послушно повернулась, демонстрируя шикарную попу и повернув в профиль пунцовое личико. Мать моя женщина, я чуть было не кончил в трусы от такого жаркого зрелища.
Ягодицы у Инессы крупные, удлинённые. С жирком, придающим нежности и в тоже время упругие, держат форму сочной молодухи. Бёдра крупнее обычных, оттого всё кажется вполне пропорциональным. Уф, на эти бы бёдра сейчас чулки, и на член точно бы забрало упало.