В теле пацана 4 (СИ)
И второй лезет в карету посмотреть, не оставил ли я чего. Минуту смотрит, а я стараюсь не выдавать беспокойство. Если кучер чужой вякнет что, придётся снова перепрятывать!
— А не отрава? — Спрашивает, поднимаясь.
— Докопаться не до чего, служивый? — Спрашиваю строго, не отрывая от него хмурого взгляда.
— Проезжайте, — тушуется козлина, уводя взгляд.
Проворачиваю приём со временем снова, чтобы вернуть всё в сумку. Для них минута возни, а для меня целое приключение! В карету сел взмыленный. Ольви на меня бросила неоднозначный взгляд. Явно заметила, что сердце у меня долбит, как у загнанного зайца.
С этого направления за третьей Ступенью пейзаж несколько поменялся. Очень много зелени и парков, особняков вообще крохи. Минут десять едем до дворца по широкой дороге ни одного человека свободно шастающего не увидел, зато всё в газонах зелёных, похоже, это трава северная Канада — грин какая — то, вечно зелёная. И каналами водными узкими всё изрезано, правильная геометрия прослеживается. Два мостика проехали через такие каналы и на площадь придворцовую вырулили.
Дворец огромный, будто здесь гиганты живут, даже колонны метров под десять, а крыльцо, хоть на трёх слонах в упряжке въезжай. Монументальный, белокаменный, впечатление, будто гранит побелили. По ступенчатой архитектуре напоминает пирамиду, и это радует, по отвесной стене лезть в случае чего не придётся. Поэтапное преодоление предстоит. Шатур, собака, на самом верху живёт, куда нас точно не позовут. Залы бальные на первых трёх — пяти этажах.
Этот Дворец смотрится значительно круче правительственного пятиконечного, где мы с Инессой лицом торговали по приглашению Мостина. Хотя они в одном районе находятся, тот с противоположной стороны, поближе к границе и жилой зоне. Этот же наоборот, в самом неприступном и безлюдном месте.
Оставив пока сумку со снаряжением, выскочил из кареты первым, подал руку девушкам галантно. Проследил, чтобы Белоис вылез и не споткнулся. Лакей дворцовый прибежал встречать. Повёл нас по каменным метровым мраморным плитам ко входу. Площадь, где встали, как два футбольных поля, карет уже понаехало штук сорок. За ними просматривается парк с низенькими деревьями, похоже, он окружает Дворец. На плане так и было.
На улице вечер. А внутри белым бело и светло, как днём. Минуем почти пустой холл с раздевалкой, где оставляем верхнюю одежду у лакеев. Двигаем дальше через арку, будто въезжаем на Красную площадь. Вот такое вот впечатление! Основному залу с колоннами узенькими по флангам конца и края нет. Широченный, как саркофаг Чернобыльской АЭС, украшенный всякими висюльками, и сверкающий разноцветными огоньками, будто празднуем новый год, утыканный цветами, которые прямо букетами на колоннах по спирали выложены, и выполняют определённые цветовые и художественные композиции. Я не знаю, сколько они выбрили садов, но здесь, наверное, цветочных магазинов штук двадцать. Всё, млять, в цветах. Соответственно и пахнет, как в саду.
— Крис, это что за сказка⁈ — Ахнула оторопевшая Инесса, минуя арку.
— Пыль в глаза, — брякаю себе под нос и уже по громче: — Сказка для сказочных принцесс!
— Весьма не дурно, — выразил своё мнение Белоис, прожевав слова.
Конечно же, девушки в восторге. Даже Ольви раскрыла свои глазища ошарашенно. И побоку на гостей, которые пестрят одеждами и украшениями не хуже. Зал не обеденный, столов и стульев нет. Большинство людей кучками у фуршетных столиков обосновалось. Хотя вон арки всюду в стенах, где ещё залы с диванами для отдыха и там уже сидят, смеются, попивают. Слуг в бежевых костюмах с подносами, как гостей. В общем, человек четыреста в зале, гам такой, что музыка от двух полноценных оркестров, разместившихся справа и слева по центру зала, еле превозмогает. Хотя пока только разогреваются скрипками. Трубачи и барабанщики отдыхают, гостей рассматривая.
Потолок высокий, арочный, вокруг по залу, начиная, где заканчиваются колонны, внутренними балконами опоясано всё в четыре этажа. Лестницы наверх тоже через арки просматриваются. Всё, как в плане. Я даже знаю, где туалеты, где у них музеи искусства и смотровые площадки. До седьмого этажа можно спокойно подняться и отсюда, лестницы с обеих сторон зала мраморные, широченные.
И это всё, одно, мать его крыло, а ещё четыре таких же. И, начиная с шестого этажа по принципу пирамиды уже меньшего размера комплекс с открытыми площадками по периметру. А на его крыше в свою очередь ещё комплекс стоит, как раз там и покои Шатура, его кабинет, спальни, лаборатории, мастерские, гостиные и всякие приёмные.
Но до этого ещё дойдём! А пока мы в общем зале, где стараюсь не глазеть, держать непринуждённое лицо, с видом, будто я и не такое видел. Аз есьмь принц! Инессе челюсть снизу подпираю, захлопываю с щелчком. Минуты две девушки отходят от впечатлений и перестраиваются. Белоис делает важный вид практически сразу, дочку под руку берёт. Главное, чтобы этот придурок не проговорился, что он её отец. Мы это обговаривали!
Идём двумя парами в одну шеренгу, прогуливаемся. Свободная центральная часть зала широкая настолько, что лица у фуршетных столиков тяжело рассмотреть. А уж тем более сходу узнать.
По полу мраморному цокают каблуками высокими мои курочки, куда идём, зачем, нихрена не понятно! Задницы торчат бразильские, внимание со всем сторон притягивают. Лиц — то не рассмотреть, а вот сканирующие лучи из зенок чётко прослеживаются.
До конца зала прошлись, дефилируя, минут пятнадцать потратили. Белоиса раза три осекал, скотина всё к столикам с выпивкой клонился. Хорошо, что официанты с подносами там же шастают, на центральную дорожку не высовываясь. Хотя советник какие только жесты им не делал и сигналы не давал.
К лестнице приблизились, где на первом же пролёте, откуда уже ступени в две стороны расходятся, картина на всю стену пять на десять метров навскидку с красочной баталией Драконов. Маслом на холсте, похоже. Но если присмотреться, нихрена Драконы друг с другом не дерутся. Там мужчина на Зевса — бога грома похожий молнией их долбит. Красного и Синего. А под ними ещё и трещина разверзлась, будто изо льда. А из глубины пропасти ещё и чёрное звёздное небо смотрит.
Вот те и фольклор с явными намёками на самом виду.
К крайней колонне с цветами отошли с центра. А то, как тупые белые вороны, не знающие, куда себя деть. Белоис, наконец, бросился к пирамиде с шампанским и закускам. Ещё и Инессу за собой потянул. Там и кучка господ совершенно незнакомых, но очень разговорчивых. Накинулись на деда знакомиться и расспрашивать. Пришлось тоже подтягиваться и кивать, как дураки.
Оказались с Энисуэллы, два графа со всем семейством. Детей только не взяли, мол, с двенадцати циклов отроду сюда только можно припереться. Ну а как? Целых пять девушек на выданье приволокли, одни пухлые, другие худые, ни одной красивой. Для моих подруг контраст. И то, что надо!
И всего один парнишка пухлый, светлый и кудрявый, который рядом с шикарными крошками взмок за мгновение ока и стал лихорадочно обтираться платком, спрятавшись за колонну.
Жёны графские болтают, без умолку. Смеются над собственными шутками, тыркают Инессу и Ольви, пытаясь расшевелить. Мои девочки стараются тактично улыбаться. Я прямо кожей чувствую, будто разряженный воздух перед ливнем, магичку всё это бесит. На меня страшные курочки посматривают, я специально чуть подальше встал. Белоис с графами общается живенько. Эти все трое хлещут из бокалов в обе руки и три горла, какие молодцы.
Смотрю на вновь прибывающих гостей. Походу, только мы, как важные персоны продефилировали по центру, ни на кого не обращая внимания. Люди вдоль фуршетных столиков и идут по одной стороне, здороваясь со всеми подряд. И дойдя до лестницы с картиной, уже по второму ряду возвращаются.
— Мы тоже, не зная порядков, ни с кем не здоровались, — брякнула проникновенно жена графа, ко мне подкатывая. — Сэр Кристиан, должна отметить, вы с леди Ольви здесь самая яркая пара.
Магичка, услышав такое, тактично промолчала. Я сдержанно поблагодарил.