Типичная Практика (СИ)
И вот он итог — я свободен проводить время как захочу, разве что раз в Кин меня попросили показываться остальным, чтобы показать, что со мной все в порядке.
И теперь я шёл по городским улицам, рассматривая дома и любуясь местной архитектурой. Она, конечно, так же была основательно, готовой к редким катастрофа, вроде прошедшей год назад грозы, но тем не менее, сильнее отличалась. И любоваться всем этим было чертовски интересно.
Так я гулял на протяжении нескольких мин, и следуя построение улиц относительно друг друга, где и как они соединяются, где и что находится и так далее, пока… не зашёл в место, где столпилась другая группа детей, немногим старше моего возраста, но внешне мы не сильно отличались из-за продолжаю щей все возраста ь скорости моего роста.
— Эй, ты кто⁉ — быстро подошёл ко мне один из этой ребятни.
Выглядел он, как и остальные, не сказать, чтобы прям плохо. Одежда у них была нормальная, пусть и изрядно поношенная, но сразу видно — городская, не то, что у меня, деревенская, сделанная нашим портным. В некоторых местах были видны следы грязи, у парочки из парней было видно отчетливые финалы и синяки — явно не так давно подрались. Между собой ли, или с кем-то другим, непонятно, и даже в разных варианта будущего мне этого никто так и не сказал.
Как раз заглянув в разные варианты будущего, я вздохнул, понимая, что во всех этих вариантах, так или иначе, всё идёт к драке. Где-то сразу, как в случаях, когда я спрашивал о синяках, где-то уже под самый конец симуляции, но найти способа избежать драки я не находил и через пару сотен симуляций.
— Фа Вей я, гулял здесь, город осматривал, на вас наткнулся. — Ещё раз вздохнув, я посмотрел на парня, ко мне подошедшего. — А тебя как звать?
— Я Лу Янхай, и ты видимо не знаешь, но тебе здесь быть нельзя! — сказал он и ухмыльнулся.
— Вот как… ну, просто дать мне уйти вы всё равно не дадите, выяснять причины мне совершенно не интересно, так что… давай уже.
— Чего тебе давать? — нахмурился пацан лет восьми-девяти.
— Ну, ты же ведь все равно хочешь напасть на меня, так чего тянуть — нападай, я всегда рад угостить другую сторону пиздюлинами. — Пожал я плечами, а после резко отвёл голову в сторону, чтобы камень, брошенный мне в спину одним из этой детворы, что подошёл недавно но не выдавал себя, вместо моего затылка, попал в лицо пацану, со мной говорившему.
— Аааа! Какого черта, Ханчу⁉ — зажимая рукой глаз, близ которого и угодил камень. — Побейте это деревенщину!
— Не, ну чего сразу деревенщину? — обиженно сказал я. — Обидно же.
Но больше мне никто не ответил и вся эта группа детей, эдак с дюжину человек, ломанулась на меня.
Вот поражаюсь, я — незнакомый тут человек, ребёнок, такой же, как и они, связей с ними никаких не имею, никому и ничего не должен, никак их не обидел, однако нет, они изначально, заметив меня, хотели со мной драки, хотели меня побить и… честно говоря, я понятия не имею, с какой целью? Никакой выгоды они не получат, с собой у меня разве что боккен, денег нет вообще, одежда, как бы там не было, деревенская. Самоутвердиться что ли хотят?
Впрочем, какая уж теперь разница? Раз напали, значит хотят пиздюлей. Значит я их им и дам.
Глава 15
Среди этих детей даже практиков ведь нет! Точнее, если даже и есть, то нет ни одного, продвинулся дальше первого этапа, поскольку их физическая сила вполне соответствует их возрасту и физиологии. Дерутся они, правда, должен признать, намного лучше, чем два дружка, что постоянно вызывают меня на спарринги, когда те дрались со мной в первый раз. Явно видно, что хоть их драться никто не учил, опыт и улица были им учителями. Но, как и в случае с двумя, теперь уже едва ли не лучшими друзьями, толку от этого было ноль.
Летящий ко мне кулак был встрече ударом уже моего кулака, от которого все пальцы и кости кисти были сломаны, а ребёнок тут же упал и заголосил во все горло в придачу с текущими слезами. Да — жестоко. Да — они дети. Но если уж они учатся у улицы, то пусть учатся на своих ошибках и боль — лучший учитель из известных мне.
Удар ногой был поймал ладонью, когда я даже не смотрел на ударившего с удивительно хорошей растяжкой, как для того, кто, скорее всего, никогда специально не тренировался свою гибкость. Поворот и удар основанием ладони в большеберцовую кость хоть и не ломает её полностью, иначе я скорее парню открытый перелом обеспечил бы и, скорее всего, скорую смерть от кровопотери, но кость отчётливо треснула и стоять на ноге он ещё долго не сможет.
Брошенный в меня, как и в прошлый раз, неким Ханчу камень я словил в ладонь и им же, удерживая его в руке, отбил удар палки, после чего развернулся и бросил камень обратно в Ханчу, попав тому точно в лоб. И с моей силой не удивительно, что кожу на лбу ему порвало сразу и оттуда брызнула кровь — пусть скажет спасибо, что я ему череп не пробил, а сильно ещё пожалел. Но сознание ребёнок потерял, от кровопотери скорее всего не помрёт, но вот шрам посреди лба у него теперь точно иметься будет.
Удар ещё одного прошёл чуть в сторону, а рука была перехвачена и парень был брошен мной через плечо, хорошо приложившись спиной о землю.
Вот в одной из симуляций меня снова ударили палкой. В другой симуляции я, не оглядываясь, ударил ногой между ног нападавшему, но вместо выведения противника из строя, все же удар между ног парню в любом возрасте будет ощущаться чертовски болезненно, но тут, реакция была в совсем не такой, какой я ожидал.
В реальности же, словив палку рукой, я потянул ту на себя, вырывая её из рук противника, заодно сдирая кожу с ладоней, наотмашь ударил той по лицу другого противника, попав ему прямо по оскаленным, как у дикого зверя, зубам, явно несколько из них ломая. Ничего — молочные выпадут, коренные вырастут ещё.
Развернувшись, я лёгким ударом кулака в живот выбил весь воздух из владельца палки, её же бросая и попадая одним из концов в нос другого нападавшего, свободной рукой хватая владельца палки за шею, поднимая за шею тело над землёй.
Учитывая, что большая часть из нападавших детей уже лежала на земле и у большинства из них что-то было да сломано, будь то нос, рука, кисть, нога, а кто-то и вовсе лежал без сознания, то сейчас, когда я поднял одного из этой компании на вытянутой руке над землёй, держа за горло, подойти ко мне остальные больше не осмеливались и откровенно боялись.
Проведя несколько симуляций, где поступал ну вот совсем не культурно по отношению к оппоненту, уже в реальности я посмотрел в лицо задыхающийся жертвы удушения.
— Нет, с парнями драться мне не привыкать, но впервые в жизни, — этой жизни, — я дрался ещё и с девчонками.
Бросив уже едва ли не задохнувшуюся девчонку на одно из лежачих тел, удар по голове которого лишил того сознания, я осмотрелся. Больше на меня никто не нападал. А я, за всё это время, даже удара ни разу не получил, не сбил дыхания, и одежда на мне осталась невредимой. Разве что предплечья теперь всё в крови было измазаны, пока эта девка пыталась из моей хватки освободиться и обильно оставляла на мне свою кровь, текущую из содранной кожи с ладоней.
Подойдя к одному из парней, заставляя всех остальных в страхе расступиться в стороны, я присел и стал вытирать кровь с руки о длинную одежду бессознательного парня. Кажется это тот, которому я несколько зубов сломал.
Ещё раз осмотре группу малолетних грабителей, я направился к стоящему в отдалении зачинщику этой драки, который ни одной оплеухи от меня не получил, вместо этого словив камень, Брошенный одним из его парней.
Впрочем, девчонка в таком возрасте и в такой же одежде, как у парней, от оных почти неотличима, так что, кто знает, может тут вообще половина, если не почти все члены группы — сплошь девки?
Подойдя к смотрящему на меня одним целым глазом зачинщику, я посмотрел на него вблизи.
— Ну, и на кой хер ты решил на меня напасть? Пиздюлей захотел? Так ты своего ещё и не получил, — сказал я, а после слегка замахнулся и дал парню, а это точно парень, я проверил в одном из вариантов будущего, вдарив ему между ног, хороший подзатыльник. Парень упал, как мешок картошки, что заставило всех остальных, кто ещё стоял и не пострадал от меня, сделать ещё шаг назад. — Придурки безмозглые.