Типичная Практика (СИ)
— Благодарю, Мастер…
— Хон Юн.
— Благодарю, Мастер Хон Юн.
— Иди, встретимся после твоих занятий. Наберись сил.
Поклонившись, я направился из мастерской Мастеров Материи, сразу же возвращаясь к себе в башню, закидывая сумку в тумбу и усаживаясь на кровать, дабы на несколько часов погрузиться в медитацию, окутываясь техникой защиты.
Со следующего дня началось новое, для меня расписание. Пробуждение, завтрак, обязательные занятия по Боевой Практике, где каждый раз мне выставляли новых практиков Этапа Мозга в качестве спарринг партнёра, и каждый раз это заканчивалось его поражением. Разница между практиком Предела Жизни и даже пика Предела Тела слишком велика, настолько, что не важно, насколько сильным и был парень или девушка, которые вставали напротив меня, в своей группе и среди сверстников, неважно насколько быстры они были и как хорошо умели сражаться — я становился для них непреодолимое преградой. Однако, даже только-только ступивший на Предел Жизни практик уже настолько подавляющее превосходит меня нынешнего, на Этапе Органов, что не разницы, использую я симуляции или нет. И слава всему, что против меня не выставляли этих ребят — как с ними бороться, я не представляю. Затем занятия по Естествознанию, как я его называю. Просто сидеть и слушать то, что рассказывает учитель, было не сильно интересно. То есть, рассказывала она увлечённо, явно разбираясь в том, что в мире есть, какие твари, где и как отбирают, какие растения встречаются чаще всего и какие свойства они имеют, где, примерно, и какие аномалии нашего мира существуют, как природные, так и созданные когда-то, толи специально, толи случайно практиками. Однако, большую часть из этого описывали и книги в библиотеке, и тому, кто всю её прочитал, слушать тоже самое будет не особо интересно. Другое дело, когда учитель начинала рассказывать что-то, чего в библиотеке небыло — вот там я слушал и запоминаю каждое слово.
А дальше начиналось самое интересное… и, наверное, сложное.
Работа в мастерской Мастеров Материи, в лаборатории 71, было интересно. Давить материалы, смотреть на то, как они горят, растворяются, режутся, все это замерять, измерять и сравнивать… почувствовал себя ребёнком в крутой научной лаборатории, который учится познавать мир… ах да, технически, так все и было. В то же время Мастер Хон Юн устраивал мне целую лекцию о свойствах каждого материала, о том, какие они имеют характеристики, как они влияют на другие материалы, после чего на эти самые материалы мы и переходили, и я проводил эксперименты уже с ними под руководством мастера. Время шло очень быстро, и в тоже время растянуто — наиболее быстрые эксперименты проводились мной в симуляциях будущего, только основу которого я проводил в реальности. Вместо десятков экспериментов для выяснения всех деталей, я проводил один, и, если по началу это вызывало молчаливо недовольство мастера, то под конец второго мина она удивлённо смотрел на мои записи, где я, на основе одного эксперимента, делал выводы о возможностях материала в несколько других условиях. При меньших и более высоких температурах, при меньшем и большем давлении и так далее. И, судя по тому, что недовольство в его наблюдения больше не наблюдалось, выводы, на его взгляд, верные и достаточно точные. А вот вопроса о том, как я прихожу к таким выводам, он не задавал, молчаливо кивая на каждую следующую мою запись.
После двух мин в лаборатории, ещё почти четыре полных мина я проводил в отдельном классе. Там же проводились занятия у других моих… братьев и сестер по секте, которые были увлечены мастерством материи, или по другой какой-то причине учатся здесь. Все они были примерно моего возраста, хотя был один парень лет пятнадцати на вид, который учился с нами. Как оказалось, он только недавно решил увлечься этим направлением практики, потому и оказался среди… первогодок.
Здесь, в эдаком классе, нам начали преподавать базовые точные науки. И в первую очередь шла математика. И, как оказалось, хоть молодые практики отличаются от детей Земли в лучшую сторону в плане способностей к обучению, ушел этот класс не сказать, что далеко. Сложение и вычитание, умножение и деление все дети знают ещё с самого детства — некоторые физиологическим особенности местного населения сами заставляют людей научиться делать это в кратчайшие сроки. И сейчас дети тут занимались простыми уравнениями, выявлением неизвестного числа из известных, и тому подобным. Удивительно смотреть, как дети, на вид, по Земным меркам, лет девяти, решают уравнения, которые я в школе решал лет в тринадцать-четырнадцать.
Четыре мина мы занимались тем, что нам объясняли правила решения математических уравнений. И, надо сказать, никаких отличий от прошлого мира здесь не было вообще. Пусть цифры писались иначе, как и символы, но сама логика математических действий осталась точно такой же. Те же правила решения уравнений, их сокращения и так далее. Это было даже забавно с моей точки зрения, погрузиться в материал, который я изучал в школе много-много лет назад. Конечно, многое было позабыто — я этими знаниями в прошлой жизни, как-то, почти не пользовался, не пригодились они мне. Но, тем не менее, сейчас я чётко ощутил, какого это, не изучать что-то новое с нуля, а вспоминать давным-давно забытое старое. И естественно, я так же, как и в школе, и университете когда-то, использовал симуляции для «мгновенного» решения уравнений и задач. Только вот, в отличии от прошлой жизни, никто не докапывался до меня с требованием расписать все решение. Тут не было готовых ответов, интернета или калькуляторов (хотя видя, что те же мастера материи, зачастую, заменяют какие-то части своего тела на импланты, которые, пока, непонятно как работают, чисто технически или всё же благодаря использованию магии какой-то местной, я уже и в этом сомневаюсь), а потому учитель только зада мне несколько вопросов по поводу решения, да отстал, приняв, как данность мою способность решать все это в уме по щелчку пальцев.
Аналогичная ситуация была и с геометрией.
Логично, в общем-то, что предметы чередовались тут изо дня в день, и на следующем занятии мы проходили основы механики и инженерии, потом снова возвращались к математике и геометрии, а потом были основы физики и химии.
Я беру свои слова назад о том, что этот мир остаётся от Земли в плане научных познаний. Он не отстаёт и во многом опережает Землю. В той же биологии и генетике этот мир и вовсе вырвался вперёд так далеко, что и сказать, насколько Земная наука отстаёт от местной сложно. И это без компьютеров! Просто весь прогресс тут сосредоточен, в основном, именно в секте. Притом, как я узнал позже, во многих сектах есть свои преобладающие направления, порой, с наукой вообще не связанные! И в той же математике и нескольких других точных науках я не могу уверенно утверждать, что местные хоть сколько-то отстают от достижений Земли.
И каждый раз нам давали много специализированной литературы, больше похожей на какие-то учебники по профильный предметам. Конечно, давали нам задачу изучить главы из этих книг, а не всю книгу в целом за раз, но… мне это не мешало.
После занятий в мастерской Мастеров Материи, я отправлялся уже в мастерскую Мастеров Формаций. Как и было сказано в первый день моего у них обучения, мне нашли индивидуального учителя, что взялся за моё обучение формациям.
Последующее свободное время я проводил едва ли не в сплошным медитациях — практика, это основа этого места и её пропускать никак нельзя!
Глава 48
— Слушай, с тобой точно все хорошо? — спросил меня парень, спящий на соседней кровати, в очередной раз поднимая тему моего внешнего вида.
— Да, Су, со мной все хорошо, — закатив глаза, ответил я, вспоминая, что точно так же отвечал маме в детстве, ещё в прошлой жизни, когда вставал с утра пораньше и шёл на тренировку с тёмными кругами под глазами, образовавшимися от частой усталости и плохого сна.
Предвидение будущего, когда ты не умеешь контролировать свои способности в должной мере, иногда способны мешать. Сейчас от проблем далёкого прошлого не осталось и следа, лишь тусклые, из-за прошедшего времени, воспоминания. Но тогда я страдал жуткой бессонницей, выражающейся как в сложности заснуть, так и нормально спать в течении ночи. Тогда я почти постоянно видел сотни и сотни симуляций сна на несколько секунд вперёд постоянно. И, казалось бы, что такого? Но, проблема в том, что когда я находился на грани сна, то видение того неуловимого для человека момента, когда он засыпает, дыхание замедляется, как замедляется и биение сердца, вызывало во мне жуткое ощущение, которое я тогда не понимал. Только за секунды до того, как я умер от старости и сердце перестало справляться с нагрузкой, я увидел свое будущее и понял, что тогда, в детстве, я испытывал чувство, словно умираю. И мозг, где-то глубоко, тоже это понимал, а потому сразу пускал все возможные методы в ход, только чтобы разбудить меня и не дать уснуть. Прилив адреналина в кровь, резкое дергание конечностей, сужение или расширение кровеносных сосудов… в общем, просыпался я моментально и потом с большим трудом снова стремился заснуть. Это удавалось, но после пяти-шести неудачных попыток. Притом, началось это только после того, как продолжительность симуляции возросла до такой длины, чтобы мозг успел заметить это мгновение и среагировать. Долго я тогда я этим мучился. Так мало того, во сне, как оказалось, я продолжал видеть симуляции. Точнее, сотни и тысячи симуляций своего собственного сна. Это не вредила и не нагружало мозг, как и при бодрствовании, но мозг сам себя заводил в ловушку и, не имея возможности сознательно обработать видения симуляции, воспринимал это, как реальный сон. Как итог, в какой-то момент я просыпался, по сколько подсознательно считал, что уже проспал достаточно долго, но, по факту, прошло всего несколько часов сна и я вообще не выспался.