Демон по соседству (СИ)
— Так вот как это выглядит со стороны, — вырвался у меня восторженный возглас.
— Простите, комиссар, ученые… Они не исправимы, — тяжело вздохнул Анкретт, а я кинула на него обиженный взгляд.
— Ничего страшного, главное, чтобы он вас на образцы не разобрал, — пошутил демон, вызвав у меня желание сделать выражение лица высшей заинтересованности, от которого Вардан в ужасе отшатнулся. — Так, шутки шутками, но я попрошу вас пару дней не покидать особняк. Для вашей же безопасности. Мне нужно понять, почему именно вас выбрали
целью. И вас ли… Есть вероятность, что все же основной фигурой является ваш брат, а вы
— объект с помощью которого хотят на него повлиять. Нужно время, чтобы разобраться.
— Благодарю вас, арх Ариус.
— Пока не за что.
— А что на счет гибели следователя Хедегора?
— Если речь идет о заговоре и выяснится, что он — предатель, то все зависит от архонта. Захочет показательного расследования с оглашением результатов, то будет погибшим при покушении, если решит скрыть инцидент от общественности, то спишем на несчастный случай. А вот если обвинить его будет не в чем, кроме нападения на вас, то откупитесь штрафом о превышении возможных действий при самообороне, — я хотела возмутиться, но комиссар махнул рукой. — Либо убийство по неосторожности, а это срок.
— Нет, спасибо. Еще я не сидел за то, что сделал все возможное, чтобы выжить, — вырвалось у меня. Арх тяжело вздохнул, Эжен прижал ладонь к лбу, а Хоч хрюкнул, подавившись смехом.
— Очень рад, что здравомыслие вам не отказывает. Думаю, завтра к вечеру будут некоторые результаты, — комиссар встал. — До свидания.
— Держите нас в курсе, пожалуйста, — попросил его Вардан и мы распрощались со начальником следственного комитета.
— А ты уверен в этих двоих, Вардан? — спросил Эжен, стоило нам остаться вчетвером.
— До сегодняшнего дня я и в вас был уверен, — ответил демон, и мне на секунду стало стыдно. — Ладно. Давайте отдыхать. Хоч, Брандо покажет тебе твою комнату. Придется пока тебе побыть моим гостем.
— Как скажете, арх, — кивнул артефактор. — Моя экономка только порадуется внеплановым выходным.
Глава 32. Твоя? Моя! Тссс…
Эспен Эйвори Стаут (Блейк)
Я зашла в свою комнату и сняла артефакт с мороком, скинула куртку. Пальцы нервно вцепились в пуговицы на рубашке, но на третьей я сбилась. Она никак не хотела вылезать из петли. Неужели это все происходит со мной? Я уже несколько лет работаю под мороком и все было хорошо, думала заработаю на собственную лабораторию, изобрету что-то такое, что Эспена Блейка будут уважать даже если окажется Эйвори Стаут. Потом, когда-нибудь, все же маги живут дольше, встречу кого-то похожего на Эжена, симпатичного, понимающего и поддерживающего, выйду замуж, буду заниматься любимым делом. Но нет же. В моей жизни появился арх и все пошло кувырком. Злые слезы покатились по щекам, и за всхлипами я не услышала, как дверь открылась.
— Эспен? — я посмотрела на вошедшего демона и отвернулась. — Прости, Эйвори, не хотел тебя потревожить.
— Все в порядке, — вот же дура, сырость развела.
— Я хотел тебя попросить… Оставайся пока в образе Эспена, — Анкретт подошел ближе и через мгновенье я ощутила его ладони на своих плечах.
— Хорошо, я уже поняла, что он вам больше нравится, — вот что я несу, а?
— Глупенькая, — меня мягко развернули. — Мне нравится его талант, хотя. Это же твой талант. И во всем остальном мне нравишься ты, а не твой выдуманный кузен, — он меня глупой назвал?
Но не успела я возмутиться, как его губы накрыли мои, и я оказалась прижатой к мужской груди. Впрочем, меня это уже не волновало, мне вообще стало не до чего. Казалось, что центром вселенной стал наш поцелуй, такой жадный, одновременно и нежный, и страстный, неистерпимо сладкий.
— Вардан, — прошептала я, оторвавшись на секунду, чтобы отдышаться.
— Повтори, мне нравится, как ты произносишь мое имя, — одной ладонью он зарылся в мои волосы, удерживая, не давая отпрянуть от него, а вот вторая медленно сползала вниз по спине. Тут его взгляд упал на мою наполовину расстегнутую рубашку и стал хищным, я в ужасе прикусила губу. Все же такая близость с мужчиной для меня в новинку. — Милая, ты даже не представляешь, что я хочу с тобой сделать, — мурлыкнул он и снова прижал меня к себе, потянув за волосы и заставляя откинуть голову.
Я ощутила его горячее дыхание на коже, а спустя секунду демон проложил дорожку поцелуев по моей шее, устремляясь в низ, к ничем не прикрытой ложбинке. Это уже слишком.
— А ничего, что я обманывала тебя все это время? — ехидно поинтересовалась я, хотя колени тряслись от страха, а может и не от страха вовсе.
— И ты будешь за это наказана, — выдал Анкрет, на мгновенье впился в мои губы жестким поцелуем и ушел, хлопнув дверью.
— Шерп! И что это было? — произнесла я вслух, дотрагиваясь до пострадавшей припухшей части лица.
арх Вардан Анкретт
Странно, но совесть меня мучила за последние слова сказанные Эйспен. Эйвори. Тьма, как теперь в этом разобраться? Хотя после разговора с Дамьеном и комиссаром мне стало легче. Много прояснилось, осталось понять, как высоко на обеих территориях забрались предатели и какие их истинные цели. Точно уж не доконать меня и мои заводы, слишком мелко.
И кому я могу верить? Если даже Эсп с Эженом скрыли от меня то, что казалось бы скрыть не возможно… С другой стороны то, что Эйвори пряталась под мороком не имеет отношения к покушениям и заговору. Она работает на заводе несколько лет, а обратил на него внимание я только в этом году, да и сделка до последнего хранилась в тайне. Эжен вообще лицо подневольное, Габриэль мог послать вместо него кого угодно. Значит, нужно искать среди тех, кто знал о покупке завода и о назначении Оронена на пост посла.
А пока лучше зайти к Эйвори и попросить ее не снимать морок, чтобы не возникло лишних вопросов у следствия.
Стук она не услышала, а может слишком тихо ответила, и я вошел. Тьма! Она плакала! Ненавижу женские слезы, просто потому что они вызывают во мне чувство беспомощности. Плачущая женщина как тьма изначальная, одно неловкое движение и от тебя не останется мокрого места.
Я позвал ее, она обернулась, а на меня напал ступор. Разве можно плакать и при этом быть такой красивой? Такой сильной и хрупкой одновременно? Такой невинной, такой желанной. Немыслимая волна нежности захватила меня с головой, и я мог думать только об одном, о ее сладких губах. И как она могла подумать, что мне нравится Эспен, а не она? Никогда себя не ловил на подобных чувствах к лицам своего пола. И как не вовремя она напомнила про обман. Ничего, я придумаю, как ее наказать. Мою девочку. Мою? Мою! Абсолютно точно.
Глава 33. Друзья познаются в беде
арх Вардан Анкретт
Стоило мне выйти от Эйвори, я наткнулся на Эжена. Тьма, даже от нашего маленького сумасшествия с девушкой не успел отойти, тело ныло и просило вернуться.
— Вардан, нам нужно поговорить, — и вот почему мне кажется, что поговорить нужно не нам, а ему?
— Хорошо, пойдем в кабинет, — может, расскажет, какого Шерпа он предложил моей Эйв замужество?
Мы молча вошли в кабинет, я достал бутылку кальвадоса и разлил янтарную жидкость по пузатым бокалам. Пригубил. И в ожидании уставился на собеседника.
— Я знаю, что должен был рассказать тебе правду про Эйвори. Но ее секрет не мешал ни путешествию, ни расследованию, да и права выдавать чужую тайну, не относящуюся к делу, у меня нет. Я надеюсь, что ты принял мою дружбу, и хочу попросить тебя, как друга. Не увольняй ее. Сделай то, что не делал никто до тебя. Возьми ее артефактором, как Эйвори Стаут, а не Эспен Блейк. Я понимаю, что подобное может ударить по репутации, но она того стоит, — он замолчал, а мне вдруг стало смешно.
Если бы я узнал, что она женщина, когда покупал завод, то, скорее всего, уволил бы не задумываясь, еще бы и отца оповестил. И правильно сделал Стайлс, что утаил этот нюанс, сказал приглядеться к парню. К парню! Смех раздирал меня, но я боялся хохотом оскорбить стража после такой пламенной речи. Сейчас я знаю, на что способна Эйвори Стаут. Вот только на заводе она работать не будет. Куплю нам особняк в Эстари и построю ей лабораторию, а если она согласиться жить на две страны, то в Вейере, в родовом гнезде переделаю под ее нужды западное крыло. Родня взбеситься, да и ладно. Думаю Оронен примет мой выбор. Ведь это он предлагал ей поставить памятник за то, что не повисла у меня на шее.