Лиса в аптечной лавке (СИ)

Боль прошла, сменившись странной легкостью. Исчезла тяжесть в голове, которую я до сих пор толком не осознавала, но она пригибала меня к земле все это время.
– Убрал аневризму с артерии на затылке. Аневризма – это патологическое расширение истонченной стенки….
– Я знаю, что это такое, – перебила я.
На его лице промелькнуло изумление, сменившись отстраненной маской.
– И рубец вокруг нее и на лобной доле. Вы обращались к целителю, после того как убежали из мое… нашего имения?
– Нет.
– Нет или не помните? Кратковременная потеря памяти нормальна для травмы головы. – Голос его тоже стал профессионально-спокойным, таким тоном собирают анамнез.
– Не помню, – поспешно поправилась я.
Потеря памяти не кратковременная, но я все еще не была уверена, что стоит об этом говорить. С одной стороны, самый удобный момент для признания. Не в том, кто я, конечно, а в том, что прошлое для Алисии перестало существовать. С другой – учитывая предыдущий, гм, разговор, не сочтет ли он, что я пытаюсь увильнуть от признания, отговорившись беспамятством? Или, того лучше, что травма необратимо отразилась на моем разуме, чего только стоит «вы меня убили!».
– Раньше вы ударялись головой? Затылком? До позавчерашнего вечера?
– Не помню.
Ксандер кивнул – резко, точно клюнул.
– И что произошло непосредственно перед тем обмороком, тоже не помните?
– К чему все эти вопросы?
Он отвел взгляд, голос зазвучал безэмоционально, словно у лектора:
– Аневризма бывает врожденной, но ваша выглядела следствием травмы, учитывая рубцовые изменения ткани мозга вокруг нее. Еще я видел трещину в затылочной кости, но не могу сказать, свежий ли это перелом, сращенный магией, или давний: плоские кости черепа не образуют костной мозоли. Повреждения лобной доли могли образоваться в результате контрудара либо другой травмы – опять же, я не могу определить их давность. Поэтому я спросил, обращались ли вы к целителю вчера или сегодня и ударялись ли головой раньше.
Глава 16
Я не ответила. Успокаивать совесть этого типа, придумывая сказочку, как в детстве свалилась с качелей, я не собиралась, но и правда вызовет много вопросов. Такие травмы за полдня сами не заживают. Мне-то было очевидно, когда образовалась и аневризма, и рубец – та же непонятная сила, что перетянула меня сюда, заменив Алисию, залечила травму, которая ее убила. Не до конца; наверное, потому что и магия не всесильна.
Интересно, Алисия исчезла навсегда или очнулась в моем теле?
Додумать эту мысль я не успела. Перед Ксандером появилось разноцветное облачко, из которого сформировалось нечто вроде объемного изображения головы по плечи. Мужской головы, насколько я могла судить, видя лишь седой… нет, белокурый затылок.
– Приветствую, – сказал мужчина. – Ксандер, ты знаешь, что кумушки уже все языки стесали, обсуждая вас с женой?
Я ожидала, что муж что-то ответит, но он промолчал. Впрочем, и человек продолжал, будто и не ждал ответа:
– Особенно после того, как с дома Монро исчезла защита. Понимаю, что с такой прелестной женой не до визитов…
Кажется, я зарычала, но Ксандер удостоил меня лишь короткого взгляда, а говоривший словно и вовсе не услышал:
– …но не стоит совсем уж забывать о приличиях. Я заеду к вам через час. В особняк Монро, я имею в виду, вы же там скрываетесь от света.
Муж отчетливо скрипнул зубами, но снова не возразил. Или этот человек не из тех, с кем спорят, или это не человек вовсе, а его проекция вроде видеосообщения в мессенджере, только волшебная.
– На правах старого друга, так что никаких церемоний. До встречи.
Ксандер проглотил едва не прорвавшееся ругательство, перевел взгляд на меня.
– Вы ведь не знакомы с наследным принцем Калленом?
Я покачала головой. Выходит, и догадка моя была правильной – этому человеку не отказывают. Даже если он называет себя старым другом.
– Значит, познакомитесь в другой раз. Сейчас я отправлю ему извинения, сказав, что не дома.
– Во что вам это выльется? – поинтересовалась я.
 
Принцам не отказывают, даже если они называют себя друзьями. Не то чтобы меня сильно волновало благополучие Ксандера, но, как ни крути, его проблемы неминуемо отразятся на мне, ведь в глазах всех я его законная жена. Да и не стоит, собираясь начать свое дело, заранее настраивать против себя власти.
– Это мои проблемы. В любом случае мы не сможем встретить его как положено.
На миг я ощутила укол вины. Я уже здорово подставила мужа. Не то чтобы он совсем не заслужил, но усугублять ситуацию не стоит.
– Как следует встречать принца? И почему вы уверены, что мы этого не сможем?
– Потому что у нас всего час, – сказал он так, будто это все объясняло. Но я продолжала смотреть на него с вопросом, и муж добавил: – Кухарка не успеет. Я послал за ней, когда обнаружил, что в доме нет прислуги, и велел предварительно купить все, что нужно.
– Час – это прорва времени, если заняться делом. Что требуется от приема? Десяток разносолов?
Я начала мысленно перебирать продукты, соображая, что из них можно соорудить быстро и вкусно. Знать бы заранее, купила бы что-нибудь попафосней. Только что? Икра здесь деликатесом не считалась, судя по цене…
Бульон с гренками? Мясной свариться не успеет, а овощной – вполне, если заняться им прямо сейчас. Куриная грудка в сливках с домашней пастой? Сладкие блинчики с ягодным соусом: сегодня на рынке я купила туесок 7 малины. Что ж, придется пустить его в дело, вместо того чтобы слопать в одиночестве, довольно урча.
Или слишком простой стол?
Ксандер едва заметно поморщился, точно услышал заведомую глупость, и мне тут же расхотелось ему помогать. Тоже сделаю вид, будто у меня лапки, новобрачной это простительно. Пусть отказывает, а потом выкручивается, как знает.
– Нет, не десяток. Каллен… его высочество едет без предупреждения, значит, это не официальный визит.
Нет, нельзя мне так поступать. Подставляя мужа, я подставлю и себя. И если я намерена зарабатывать, причем на лекарствах или зельях, как их тут называют, я должна показать себя хорошей и чистоплотной хозяйкой, поддерживая свою репутацию. Это мужчинам прощается безалаберность в быту, женщине – никогда, каких бы карьерных высот она ни достигла.
– Будь это кто другой, отделались бы короткой беседой. Но…
– Но это принц, и, с одной стороны, ему нужно оказать почести. Но одновременно делая вид, будто к нему относятся как к равному? Судя по тому, как он к вам обращался.
Ксандер кивнул:
– Да, мы с ним друг другу многим обязаны. Поэтому я уверен, что его высочество примет мои извинения.
Перед его лицом начало собираться перламутровое облачко.
– Не надо! – воскликнула я.
Облачко растаяло, муж раздраженно посмотрел на меня.
– Алисия, вы и без того натворили дел.
– Именно поэтому, – не стала сдаваться я. – Незачем усугублять ситуацию.
Ксандер явно заколебался, и я добавила:
– В конце концов, это и в моих интересах.
– Что вы предлагаете?
– Скажите, насколько пышным должен быть стол?
– Вполне достаточно чая и десертов. Одного мокрого и одного сухого. Мокрый, – добавил муж, глянув на меня так, словно он напоминал, что дважды два четыре, – едят ложками, сухой – руками.
– Я правильно понимаю, что никто не ожидает, будто моя… наша кухарка переплюнет дворцовых поваров?
– Правильно. Обычно я нетребователен к еде, и все это знают.
– Хорошо. Последнее: вы поможете мне? Второй парой рук и, возможно, магией?
Он ответил не сразу:
– Алисия, вы уверены? Я слышал, что кулинарии в вашем приюте учили из рук вон плохо.
– Я знаю, что делаю. Пожалуйста, поверьте мне.
– Хорошо, – сказал он наконец. – Распоряжайтесь.
Я вытащила из гардероба два фартука, бросив один мужу. И едва не рассмеялась, увидев выражение его лица.