Грехи империи (ЛП)

Всё изменилось, когда резкая боль в запястье помешала отбить удар, и топор Кушеля впился в палец Стайка. С криком ужаса он выронил костяной нож, глядя, как тот по кровавой дуге летит в пыль.
Следующий удар поразил его безоружную левую руку. Стайк схватил топор за рукоять и провернул боз-нож так, чтобы тот прошёл под лезвием второго топора Кушеля, оставляя на его руке длинный багровый порез. Кушель попытался вернуть преимущество, вдавливая топор Стайку в грудь, но тот совершил одновременно два действия.
Во-первых, он врезал лбом по носу соперника. Во-вторых, повернул нож и дёрнул назад. Лезвие скользнуло вдоль полированной рукояти топора и с последним рывком отсекло Кушелю все пять пальцев.
Человек-дракон отшатнулся, потрясённый, но даже с повреждённой рукой ему удалось увернуться от следующего выпада Стайка. Теперь у каждого была только одна здоровая рука и одно оружие. Кушель прижал обрубки пальцев к боку, пытаясь остановить кровь. Он не издал ни единого слова или крика, что само по себе сильно нервировало. Он атаковал изо всех сил, обрушив топор на нож и пробивая защиту Стайка лезвием и рукоятью. Подбородок и грудь Стайка покрылись ссадинами и кровью.
Искалеченная рука Стайка была скользкой от крови, и каждый раз, когда он пытался взяться за топор Кушеля, тот выскальзывал, пока наконец не удалось зацепить его ножом и дёрнуть назад.
Кушель усвоил урок и на этот раз отпустил оружие, чтобы не потерять пальцы. Внезапно он пригнулся и пнул Стайка по колену. Тот закряхтел и, не удержавшись на ногах, упал в пыль, придавив собой руку с ножом. Кушель запрыгнул на него. Кровавые обрубки пальцев ткнулись прямо в лицо Стайка, кровь защипала глаза. Он вслепую пытался ухватиться за что-нибудь, пока не вцепился в край брони Кушеля, скользкой от крови.
Воспользовавшись этой хваткой, он перекатил Кушеля под себя, высвобождая руку, и, крепко прижав острие ножа к его броне, надавил изо всех сил, чтобы пробить прочную кожу.
Кушель издал сдавленный звук, когда Стайк вонзил нож ему в доспех по самую рукоять. И хотя человек-дракон продолжал бороться, его удары по животу и голове постепенно слабели. Стайк отпустил нож и, стиснув зубы, схватил соперника за голову и притянул к себе:
− Хватит. Сопротивляться.
Кушель сплюнул полный рот крови. Стайк вытер лицо и встал на одно колено, удерживая человека-дракона покалеченной рукой и отводя другую со сжатым кулаком.
− Стойте! − внезапно крикнула Флинт. − Он нужен нам живым!
Стайк опустил взгляд на нож, торчащий в кишках Кушеля, и на залитую кровью пыльную землю. При хорошем уходе Кушель мог прожить ещё день, может, два в страшных муках.
− Ты хорошо сражался, − произнёс Стайк. − однако воин не станет угрожать девочке.
Он со всей силы врезал кулаком по голове Кушеля, раскалывая череп как яичную скорлупу.
Стайк ещё несколько мгновений простоял на коленях в крови, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. С пальцев капали кровь и мозги, кровь заполнила глазницы черепа на уланском кольце. Десять лет прошло с тех пор, как он действительно боялся за свою жизнь во время сражения. Уже десять лет никто не мог сравниться с ним в силе. Внезапно он понял, что не слышит ни звука, и поднял голову. К нему были прикованы тысячи глаз. Солдаты толпились на плацу, наблюдали со стен и с крыши штабного здания. С уголка разинутого рта Олема свисала незажжённая сигарета, а леди Флинт оценивающе рассматривала Стайка, сжав губы в жёсткую линию.
Медленно, ощущая всю боль и муки, которые он игнорировал во время сражения, а также несколько дюжин порезов и синяков, полученных в этом бою, он поднялся на ноги. Подобрал один из костяных топоров и подошёл к Флинт, протягивая его:
− За ваших людей, погибших в сражении с дружком этого урода.
− Спасибо, − Флинт приняла топор, повертела, осматривая лезвие, и опустила. − Он был нашей зацепкой к дайнизам в Лэндфолле.
− Будут ещё.
− Кто вам сказал?
− Духи.
Похоже, Флинт не поняла, шутка это или нет. Стайк и сам не знал.
− Расскажите, − попросила Флинт, − что вы сделали с вторым стражем? С тем, которого не прикончил Два Выстрела?
 
− Я выбил ему зубы, − ответил Стайк, вспоминая горячее дыхание изменённого магией создания и крепкие мышцы, которые извивались, как змеи, в его хватке. − А потом сломал ему хребет.
Стайк поковылял к столовой. Нужно привести себя в порядок и найти Селину. Он надеялся, что она не видела произошедшего. Адреналин начал уходить, и Стайку стало дурно от его нехватки и непреодолимого зловония смерти. Однако сердце пело.
Он всё ещё Бешеный Бен Стайк, и с ним шутки плохи.
Он был уже на полпути к столовой, когда кто-то крикнул от ворот:
− Я ищу Бена Стайка! Где Бен Стайк?
− Бездна, ну что ещё?
Стайк, медленно развернулся и чуть не споткнулся при виде мальчишки в кузнечном фартуке с вышивкой в углу: «Великолепные клинки Флеса и Флес».
− Это вы Бен Стайк? − спросил паренёк.
− А кто спрашивает?
Мальчик облизнул губы, лицо его побелело:
− Шакал сказал, что я найду вас здесь. Это Старик Флес, сэр. Черношляпники, они...
Стайк уже пробежал мимо мальчишки, не обращая внимания на сильную боль во всем теле, не дожидаясь, пока тот закончит фразу.
− Олем, − крикнул он через плечо. − Приглядите за Селиной!
  
Глава 32
 
 
Влора толкнула ногой труп человека-дракона и перевела взгляд на спину Стайка, выбегавшего из главных ворот форта Лоэла с удивительным для калеки проворством.
− Куда это он, бездна его забери?
− Мне его вернуть? − спросил Олем.
− Да. Нет. Дерьмо, − терзалась в нерешительности Влора.
Ей нужна информация о дайнизах, а труп под ногами её не даст. После того, что Стайк сотворил с легендарным воином, она не собиралась посылать за ним своих солдат. Влора давно усвоила, что некоторым людям не стоит мешать, если они спешат.
− Просто отправь кого-нибудь следом. И уберите отсюда эту падаль.
− Так точно. − Олем повернулся к глазеющим солдатам. − Расходимся! Смотреть больше не на что, ребята. Вы трое, займитесь трупом. Броню и оружие отнести леди Флинт, а тело положить в лёд.
Влора оторвала взгляд от человека-дракона и подняла бровь.
− Как знать, труп может пригодиться, − пожал плечами Олем.
Влора нервно расхаживала по опустевшему плацу, с которого оттирали кровь. Что-то зацепило её в рассказе Стайка, но она не могла понять, что именно. Возможно напоминание о том, как сильно Таниэль повлиял не только на её мир, но и на другие страны. Или же дело не в рассказе, а в битве с человеком-драконом. Стайк не пороховой маг, его не усиливает магия. Обычные люди не обладают подобной мощью. Не могут голыми руками проломить череп или сломать позвоночник стражу. Внезапно она испугалась Стайка так, как не боялась никого уже много лет.
Или же ей не понравилось напоминание, что в мире ещё существуют чудовища, которых даже она не в состоянии постичь?
Как только с плаца вытерли кровь, возле главных ворот поднялся шум. Влора перестала расхаживать и, нахмурившись, развернулась. В открытых воротах появилась группа черношляпников: два всадника с бронзовыми розами на шее и ещё шестёрка пеших с железными. Вдруг их стало больше: с улицы к ним присоединились другие. Теперь там уже толпились десять, двадцать, а затем тридцать черношляпников.
Сердце Влоры заколотилось. Она проверила пистолет и шпагу.
− Кто-нибудь, приведите Олема, − приказала она, направляясь к воротам.
Её солдаты непреклонно застыли перед самыми воротами, а черношляпники нервно переминались, уставившись на штуцерников словно стая диких собак, ждущих сигнала. Караульные стояли с каменными лицами, а упрямый плосколицый сержант без уха, которое отстрелили в бою, спорил с бронзовой розой.
− Приказ леди Флинт, − настаивал сержант Джейменис. − Никого не пускать в форт Лоэла без предварительной договорённости. Ждите, что скажет леди Флинт, и тогда...