Грехи империи (ЛП)

У Мамы Пало много телохранителей.
− Хорошо. − Влора достала пистолет. − Дэвд, вышибай.
Дэвд отошёл назад и с разбегу врезался в заколоченное окно башни. Раздался громкий треск, и пороховой маг исчез в облаке пыли. Влора бросилась за ним и помогла встать на ноги, а Норрин, Олем и Буден побежали вниз по ступенькам с оружием наготове. Опять послышался треск − это они вышибли дверь внизу, − а затем крики на адроанском, палоанском и кезанском.
Влора спрыгнула с лестницы и заморгала, попав в ярко освещённое помещение. Стены здесь были из жёлтого известняка, как и весь дом, и украшены канделябрами и гобеленами. Свет давали хаотично развешанные газовые лампы. Влора резко остановилась, увидев перед собой дула трёх пистолетов и две шпаги.
Мужчин оказалось пятеро, а не трое, и она подозревала, что через несколько секунд их станет ещё больше.
Пятеро гвардейцев пало в светло-зелёной форме выглядели рассерженными и испуганными: лица красные, пальцы оттягивают спусковые крючки, которые не слушаются. Влора чувствовала, как Норрин удерживает порох в полках, не давая пистолетам выстрелить.
− Стойте! Не нужно кровопролития. − Влора обнажила шпагу. Бездна, она надеялась, что они понимают адроанский, потому что её палоанский ужасен. − Мы пришли за Мамой Пало. Никто не должен пострадать.
За спиной пятерых мужчин Влора заметила пожилую женщину, развалившуюся на диване в центре комнаты. Она держалась с королевским достоинством, высоко подняв подбородок. На ней была одежда из выцветшей оленьей кожи, какую носят в дебрях Тристанской низины, и никаких украшений. На вид ей было далеко за семьдесят, руки дрожали от ревматизма, и Влора ощутила внезапный укол вины.
Так вот кто причиняет столько проблем? Вот за кем она пришла? Может ли она отдать эту старуху черношляпникам и смотреть, как её повесят?
Старуха не казалась испуганной, она держалась с пренебрежением.
− Убейте их, − сказала она на палоанском.
Это Влора поняла.
− Тише, не надо шума! − прошипела она, уклонившись от выпада и вонзая кончик шпаги в горло гвардейца.
Телохранители Мамы Пало были хороши. Очень хороши. Влора поняла, что их учили сражаться, и тот факт, что они продержались против четырёх пороховых магов дольше полмгновения, сам по себе казался чудом. Но долго они не протянули, и вот уже пятеро мёртвых и умирающих пало лежат на полу − общими усилиями они смогли ранить только Будена, порезав ему руку.
− Дэвд, держи дверь, − сказала Влора, указывая на выход.
Из коридоров донёсся топот ног. Дэвд и Олем подоспели вовремя, чтобы навалиться на дверь, которую пытались открыть несколько человек.
− Буден, позаботься о своей ране. Норрин, бери старуху. Погодите, где...
Влора замолчала на полуслове, когда повернулась к дивану Мамы Пало.
Мама Пало стояла на коленях рядом с диваном и, подняв руки, что-то отчаянно говорила на палоанском. Мелн-Дун держал у её головы пистолет и отпустил спусковой крючок прежде, чем Влора приказала ему отойти.
Её инстинкты сработали быстрее языка: она потянулась чутьём мага и подавила взрыв, порох в полке успел зашипеть, но не загорелся. Влора тремя шагами пересекла комнату и, выхватив у Мелн-Дуна пистолет, швырнула его Норрин.
− Нет! Я ясно сказала, что мы берём её живой.
Она с удивлением увидела в глазах Мелн-Дуна настоящую ненависть. Он издевательски смотрел на старуху.
− Она заслуживает смерти.
− Возможно. Но её повесят − это будет правосудие государства, а не наше.
− И чем это будет лучше?
− Так должно быть, − бросила Влора. − Иначе мы все просто звери.
− Черношляпники будут её пытать. Это доброта.
Это утверждение застигло Влору врасплох. Она поняла, что Мелн-Дун скорее всего прав. Она только что спрашивала себя, может ли отдать старую женщину на виселицу, и моментально решила, что может. Она потеряла хороших людей из-за подручных Мамы Пало. Но передать старую женщину черношляпникам на пытки? 
− Я здесь не ради доброты. − Она стала между Мелн-Дуном и Мамой Пало и помогла ей подняться на ноги. − Вы говорите на адроанском? 
 
Влора повторила вопрос на кезанском. Мама Пало проигнорировала её.
− Она прекрасно говорит и на адроанском, и на кезанском, − бросил Мелн-Дун.
− Вы, − обратилась к нему Влора, указывая на другую сторону комнаты, − идите туда. А вы, Мама Пало, арестованы именем леди-канцлера за преступления против государства.
− Это преступление хотеть свободы? − спросила старуха на превосходном адроанском.
− В этой стране? Конечно.
Влора передала пленную Норрин и подошла к двери, которую удерживали Дэвд с Олемом. С другой стороны наносили размеренные удары, засов уже сломался. Древесина уступит в любой момент.
− Стоять! − крикнула Влора. − Мама Пало у нас. Если вы хотите. чтобы она дожила до рассвета, отпустите нас с миром!
Стук прекратился, но Мама Пало вдруг что-то прокричала на палоанском. В ответ раздались возгласы согласия и стук возобновился.
− Она приказала убить нас независимо от того, что случится с ней, − доложил Мелн-Дун.
− Норрин, заткни её!
− Наверное, − произнёс Олем, закряхтев, когда особенно сильный удар чуть не швырнул его на пол, − не надо было говорить, что мы отдадим её черношляпникам.
Дэвд цветисто выругался, когда от двери откололась щепка и вонзилась ему в плечо. Влора заняла его место.
− Мелн-Дун, как именно вы планировали выбираться отсюда?
− Я планировал убить Маму Пало и показать её голову гвардейцам. Захватить власть.
− А такое срабатывает? − спросил Дэвд.
− Очень варварски для коммерсанта, − заметил Олем.
− Власть − это то, что они понимают. − Голос Мелн-Дуна был холодным и злым, на мгновение он показался совершенно другим человеком.
Влору кольнуло сомнение, на ту ли лошадь она села, но она подавила его. Теперь уже слишком поздно.
− Полагаю, вы недооцениваете собственный народ. Вас бы просто отдали на очень медленную смерть.
− Дверь вот-вот падёт, − прошипел Олем.
− Прекрасно. Вот и обошлись без лишнего шума.
Влора закрыла глаза, сосредотачиваясь на порохе за дверью. Там как минимум семь человек, она нашла на них порох и мысленно воспламенила. С помощью магии отклонила взрывы, сдержала их и сосредоточила в небольших пространствах, чтобы уменьшить вероятность пожара.
Взрывы сотрясли потолок, на плечи посыпалась штукатурка. Удары в дверь прекратились, Олем быстро отскочил и распахнул её, держа пистолет наготове.
Людей в коридоре было гораздо больше семи. По крайней мере девятерых убило взрывом, ещё восемь бродили с разинутыми ртами и пальцами в ушах, пытаясь восстановить слух. Ближайший обнажил шпагу, но Олем пустил пулю ему в грудь. Влора убила второго, а Дэвд втиснулся между ними и уложил остальных из своего мушкетона.
В коридоре возникла кровавая неразбериха из покалеченных тел и плачущих и стонущих раненых. Влора заставила себя не обращать внимания на побоище.
− Быстро, − скомандовала она, уводя магов по коридору.
Она ощутила движущийся к ним порох и подожгла его, используя тот же приём, обращающий взрыв внутрь. Она чувствовала, как её энергия понемногу убывает с каждым усилием, магия маленькими скачками утекает из её резервов по мере использования.
Они расчистили ещё три коридора и спустились на первый этаж, где Мелн-Дун с отвращением осмотрел последнюю бойню.
− Кажется, вы сказали, что не будете убивать.
− Я сказала, что не хочу убивать, − возразила Влора. − Может, и не пришлось бы, если бы у вас была стратегия отхода получше.
Она выругалась, сердясь на Мелн-Дуна за его идиотский план и на себя за то, что с такой готовностью согласилась. Она так отчаянно хотела уберечь своих людей от битвы.
Трое человек со шпагами встретили их в главном зале, где Влора меньше недели назад была на торжестве. Она расправилась с ними сама: вдохнув пороха, чтобы освежить транс, вырезала их как можно быстрее и безболезненнее. Эти люди, в отличие от оставшихся наверху, были неуклюжи и чересчур усердны. Они не имели ни малейшего шанса.