Грехи империи (ЛП)

− Что такое?
− Пожилая женщина, которая умерла, не была Мамой Пало.
Влора открыла рот и закрыла.
− Ты... ты сукин сын. Проделки Ка-Поэль?
− Ну конечно. Женщину, которая взошла на виселицу, звали Черин-Тес. Она с самого начала была подставной фигурой и знала это. И не называй меня монстром за то, что я позволил ей умереть. Болезнь крови всё равно унесла бы её ещё до конца года. Она знала на что идёт.
− А Мама Пало?
− Пару месяцев Линдет будет в неведении, но всё равно поймёт свой промах.
− Мой промах, − поправила Влора.
− Ага.
Влора нахмурилась. Не хотелось, чтобы после её ухода из города поползли слухи, что она схалтурила. Это сильно повредит репутации «Штуцерников». Какая-то смутная мысль по-прежнему не давала покоя. Она билась на краю сознания, как мотылёк, застрявший между стёкол оконной рамы. Наконец Влоре удалось её схватить.
− Дайнизы, − сказала она. − Мелн-Дун. Люди-драконы. Есть ли между ними связь?
Впервые с тех пор, как тронулся кэб, лицо Таниэля стало каменным, он прищурился.
− Это совершенно другое, − тихо ответил он.
− Для тебя этот проблема?
− Дайнизы хитры. Они очень незаметно проникли в Гринфаэр. Мы наблюдали за ними, держась на расстоянии, но, если я правильно сложил кусочки головоломки, Мелн-Дун обвёл тебя вокруг пальца, заставив помочь в свержении Мамы Пало...
− Да, так и есть, − прорычала Влора.
− ...и Мелн-Дун имеет какие-то дела с дайнизами...
− В этом почти нет сомнений, − перебила Влора.
− ...тогда нам с Ка-Поэль скоро предстоит выступить против них.
Влора не завидовала дайнизам. которые попадут в эту чистку. Она знала, на что была способна Ка-Поэль в гневе, а если магия, замаскировавшая Таниэля, может служить каким-то показателем, то с тех пор она продвинулась ещё дальше.
− Что они здесь делают? − спросила она.
− Мы не знаем.
− Не знаешь или не скажешь?
− И то, и другое. У нас есть подозрения, но...
Влора хотела, чтобы он закончил фразу. Но он замолчал.
− Ты мне не доверяешь, − заключила она.
− Ты работаешь на Линдет.
− Ты только что выложил мне гораздо больше информации, чем шаткие подозрения насчёт дайнизских шпионов.
− По сравнению с нашими подозрениями всё это несущественно. Кроме того, ничего из того, что я рассказал. не поможет тебе сражаться с нами. Черношляпники не один год пытаются изловить Красную Руку. Для меня единственный способ выживать − сделать так, что ловить некого.
− Таниэль Красная Рука, а?
− Просто Красная Рука. Таниэль мёртв, помнишь?
Влора поймала себя на том, что встревожена: что за подозрения у Таниэля насчёт дайнизов, к которым он относится серьёзнее, чем к войне с Линдет?
− «Штуцерники» больше не работают на Линдет.
Таниэль вскинул брови.
− Вот как?
− Мы передали Маму Пало. Это была наша работа. Я отказалась от дальнейшего найма.
− Рад слышать, − искренне сказал Таниэль.
Выждав несколько секунд, Влора спросила:
− И что у тебя за подозрения?
Таниэль натянуто улыбнулся.
− Тебе хотелось бы получить работу?
Этот вопрос не должен был застичь Влору врасплох, однако произвёл именно такое впечатление. Пряча изумление и стараясь собраться с мыслями, она глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула. Она уже настроилась покинуть Фатрасту, может, навсегда, и была готова взойти на борт корабля ещё до конца недели.
− Что за работа?
− Ещё не знаю. Может, в ближайшие пару лет мне понадобится армия. Я могу подписать контракт с тобой и «Штуцерниками», и вы будете ждать на севере, когда в вас возникнет необходимость.
Это походило на работу мечты для наёмника. Сидишь ждёшь приказов, а тебе за это платят. Не нужно соблюдать видимость, содержать гарнизон и тому подобное. Её людям не понравится перспектива оставаться вдали от дома ещё два года, но придётся по душе идея совершать набеги на бордели и пабы северной Фатрасты за чужие краны.
− Мы собирались домой, − сказала Влора.
Она услышала в своём голосе нерешительность, и Таниэль за это уцепился.
− Я заплачу вам столько же, сколько платила Линдет.
 
− Откуда у тебя деньги?
− Помнишь, как мы решили поделить после войны наследство? Ты получаешь домашние капиталы, а я зарубежные?
− Да, − протянула Влора.
Она могла забрать всё, если бы захотела. Несмотря на размолвку во время войны, она всё равно была приёмной дочерью фельдмаршала Тамаса, а Таниэль официально считался мёртвым. По закону всё имущество Тамаса после его смерти переходило к ней.
− Ты когда-нибудь проверяла эти счета? − поинтересовался Таниэль.
− Нет, насколько я помню.
− Тамас был сказочно богат. Большую часть жизни он был любимцем короля и даже не покупал себе выпивку, если в этом не было необходимости. На зарубежные капиталы он мог купить султанат в Гурле.
− Жаль, что я этого не знала до того, как стала командиром наёмников, − пробормотала Влора.
Она мысленно прокрутила логистику и сосредоточилась на проблеме: как держать людей в форме в условиях своего рода постоянного отпуска и избежать вопросов Линдет. Пусть северная Фатраста кажется совершенно другой страной, она тоже подчиняется леди-канцлеру. Но одна мысль остановила её.
− Я не могу, − наконец сказала она.
У Таниэля хватило дерзости принять уязвлённый вид.
− Почему не можешь?
− Я не стану ввязываться в ещё одну революцию.
− Это не будет насильственный переворот.
− Ну и что. Революция − это революция, и это не в моих интересах. Я уже видела результаты благих намерений и не собираюсь впутывать в это себя и своих солдат.
Таниэль нахмурился и некоторое время задумчиво смотрел на свои руки в перчатках.
− Ты уверена?
− Уверена.
Они сидели молча, пристально глядя друг на друга. Что он скрывает? О чем он ей не говорит? Что он знает о дайнизах, пало и Линдет? Каковы его планы? Таниэль не был амбициозным человеком, и Влора никогда не видела, чтобы он всецело предавался какому-то делу, помимо защиты Адро. На что он пойдёт ради достижения своих целей? Что важнее: каковы цели Ка-Поэль и мотивы всего этого?
У неё на языке вертелись десятки вопросов, а в душе бурлило в десятки раз больше страхов. Таниэль же был непроницаем, но, поскольку Влора когда-то его близко знала, то хотя бы его намерения предвидеть могла. По-настоящему пугающей в их паре была Ка-Поэль − как из-за её силы, так и непредсказуемости.
Зачем они приехали сюда и сражаются за людей, неспособных победить в битве, которой не хотят? Влора предположила, что ответ содержится в самом вопросе: он и Ка-Поэль единственная надежда пало. Но нет ли чего-то ещё?
Она вдруг поняла, что они уже несколько минут стоят на месте. В горле пересохло, инстинкты твердили опасаться засады.
− Мне хотелось бы вернуться в форт.
Печально кивнув, Таниэль постучал в потолок кэба, и приказал:
− В форт Лоэла.
− Придётся немного подождать, сэр, − ответил кучер. − Дорога забита.
Влора высунула голову в окно, оглядывая дорогу и длинную вереницу кэбов, экипажей и фургонов. Возницы перекрикивались друг с другом, некоторые вставали на сидениях, высматривая причину затора. Между колёс шныряли беспризорники, пользуясь возможностью стащить что-нибудь из фургонов и нырнуть в ближайшие переулки.
− Что происходит? − спросила Влора.
− Не знаю, мэм, − ответил кучер.
Влора пожевала нижнюю губу, успокаивая себя тем, что это совпадение. Это не имеет никакого отношения к ней с Таниэлем. Это никакая не ловушка. Просто у неё нервы натянуты.
− Где мы?
− Западный край, мэм. Прямо над бухтой.
До форта Лоэла топать больше двух миль, да ещё на полуденной жаре.
− Посмотрю, что там происходит, − сказал Таниэль, выходя из кэба.
Влора вылезла за ним, заплатила кучеру и побежала догонять.
− Я возвращаюсь к своим людям, − заявила она. − Олему понадобится помощь, чтобы организовать обратное путешествие в Девятиземье. Пока не начнёшь командовать сам, даже представить не можешь логистику перемещения целой бригады.