Дракон очарованный. Подвид женатый (СИ)

Улька помягче меня, попроще. Но и она за выбранного папой жениха не пойдет.
В общем, впереди ожидались веселые дни.
  
Глава 33
 
Был я рад, когда гребень вытачивал,
Был я рад, когда ложку долбил
И когда по котлу поколачивал,
А потом свою Кэтти любил.
И, бывало, под стук молоточка
Целый день я свищу и пою.
А едва только спустится ночка,
Обнимаю подругу мою.
Роберт Бернс
– Женщины, – недовольно фыркнул Ричард, когда я вечером рассказала ему о своих мыслях насчет будущего. – Вот попробуй вас пойми. Все всегда вам не так. Если твои сестры такие же придирчивые, как ты, то мне заранее жаль их мужей. Доведут они их, и очень быстро.
– А ты спроси, нужны ли им мужья, которых им выберут, – огрызнулась я недовольно.
– Ваш отец лучше знает местное общество, – решительно отрезал Ричард. – И уж он-то точно понимает, какой мужчина подойдет той или иной его дочери. А заодно и знает, кто каким имуществом обладает.
– Скажи лучше: знает, как подороже продать своих детей, – проворчала я. – Уверена, он и Володьке жену будет выбирать с теми же намерениями. И пофиг на те чувства в паре. Главное – связи и будущее наследство для детей.
Володька, наш брат, точно не собирался в ближайшее время жениться. Ему, тридцатитрехлетнему инженеру, было не до семьи и детей. В отличие от той же Ульки, трудившейся до последнего журналистом-корреспондентом в крупной газете, Володька был увлечен всякими железками еще и с детства. И любил их, а вовсе не женщин. И его трудоголизм постоянно раздражал родителей.
– Прикажет отец – все дети парами обзаведутся, – хмыкнул Ричард. – Здесь вам не немагический мир, где вы могли делать все, что хотите. Здесь строгое подчинение старшим.
– Хочешь сказать, их троих магически заставят? – прищурилась я.
Неожиданный поворот. И не совсем приятный. Вот уж не знала, что в этом мире подобное практикуется.
– Зачем магически? – пожал плечами Ричард. – Просто прикажут.
И та же Райка сразу же побежит под венец? Ну-ну. Наивный.
Но спорить я не стала – уже убедилась, что взгляд у Ричарда зашоренный 6. Кастовое патриархальное общество, что ж поделать. Ну ничего, потом будет сюрприз для всех окружающих, в том числе и для нашего с сестрами и Вовкой любимого папочки.
Пока же я только ухмыльнулась, но тему замяла. И мы с Ричардом переместились в горизонтальную плоскость. Моя беременность никак не вредила постельным играм. Так что мы снова развлекались, пока не уснули в одной постели.
Первый скандал разразился через три дня, на балу, устроенном в честь возвращения моей родни. И я, честно говоря, была удивлена, что это не случилось раньше. Слишком уж решительно настроенными выглядели мои сестры. Да и Вовка смотрел исподлобья, заранее мысленно посылая на три буквы всех невест, которых ему предложат.
Но вот же, терпели. Пока.
Собирались на бал мы всем женским коллективом. Почти всем. Молодежь в одной комнате, отделенные перегородками, почтенные матери семейств – в другой. Мы, пять девушек, включая беременную меня, пока что не ставшую матерью семейства, гоняли по комнате служанок, болтали, шутили. В общем, привыкали друг к другу.
– Говорят, герцогиня Арантайская обзавелась кавалером, – с легкой завистью в голосе произнесла Дарна.
Ей давно хотелось самой заполучить достойного кавалера, похвастаться им перед придворными. Ну а потом сделать его мужем, конечно же. И ни она, ни Сирин не понимали наших с Райкой феминистических взглядов на местных мужиков.
– И кто это? – хмыкнула я. – Ей же императоров подавай, не меньше.
– Так преподаватель твой, – сообщила мне охотно Дарна. – Он начал чаще появляться при дворе. И уж так за ней ухаживает, так ухаживает. И цветы дарит, и конфеты, и стихи ей пишет. Все местные дамы завидуют
– Макс? – изумилась я. – Он все вроде как молоденьких любит, чтобы только-только совершеннолетие справили?
 
– Ну вот, – завистливо вздохнула Дарна. – Любит, не любит, а ухаживает за той, кого зовут старой девой. Везучая она, конечно. Такая партия выгодная. Красавец он, конечно.
– Может, он просто хочет закрепиться при дворе? – предположила практичная Райка. Она пока что не смирилась с новым местом жительства, но уже пыталась тут обжиться. – И пытается найти ту, что сможет ему в этом помочь?
– Так здесь полно тех, кто моложе герцогини, и кого можно выбрать в жены, – просветила я ее. – Не надо идти на подобные жертвы. И дома в столице у них есть, и деньги, и связи. И возраст для Макса самый подходящий. Нет, я не удивлюсь, если она ему действительно понравилась. Местных предрассудков насчет возраста у него нет, она – дама элегантная, за собой ухаживает. Но… Блин, странная пара получится!
Вот так, моя кости окружающим, мы и собрались на бал. Я не думала, что буду танцевать. Не с моим положением. Может, один танец и осилю, с Ричардом. Что вряд ли. Но готовилась к появлению в свет, как и остальные. И одевалась, и красилась, и цепляла на себя украшения.
  
Глава 34
 
Мне сладких обманов романа не надо,
Прочь вымысел! Тщетно души не волнуй!
О, дайте мне луч упоенного взгляда
И первый стыдливый любви поцелуй!
Поэт, воспевающий рощу и поле!
Спеши, – вдохновенье свое уврачуй!
Стихи твои хлынут потоком на воле,
Лишь вкусишь ты первый любви поцелуй!
Джордж Байрон
И сначала на балу все было чудно, без проблем для нас и окружающих. Мы с Ричардом все же станцевали свой танец, спокойный, не особо зажигательный, и как обычные аристократы отошли к одной из мраморных колонн у окна. Встали там, стали рассматривать народ в зале.
Гораздо позже я узнала, что отец воспользовался своим положением в местном обществе, надавил на моего свекра, и тот пригласил на бал лучших женихов столицы, самых богатых и именитых.
Мол, все для незамужних дочерей полубога. Пусть смотрят, выбирают.
Но то было позже. Пока что я просто стояла у колонны и удивлялась количеству народа, наполнявшему зал. Слуги постарались на славу, украсили вручную и с помощью магии просторное помещение. Ленты, цветы, шары – было все, но понемногу. И у меня почему-то имелось четкое сравнение с сельской дискотекой. Так же «дорого-богато», ярко и местами безвкусно.
Но свои сравнения я оставила при себе. Вместо этого принялась крутить головой направо и налево, отслеживая родню.
Сестры Ричарда активно строили глазки каким-то молодым драконам, что-то увлеченно им рассказывавшим.
Улька хохотала над какой-то колкостью со стороны статного красавца, явно положившего на нее взгляд.
Одна Райка стояла, надувшись, как мышь на крупу. На лбу было крупными буквами написано: «Убью любого, кто подойдет». Идиотов не находилось. И Райка продолжала стоять в одиночестве. Затем к ней все же кое-кто подошел. Наш батюшка собственной персоной. Не устроило его, что кровиночка ни с кем не общается, игнорит всех кавалеров.
Уж не знаю, о чем именно они разговаривали. Но явно нервничали. Оба. Жаль, слышно не было. Думаю, ни один, ни другая в выражениях не стеснялись. А то, что шептали ругательства, так от тона голоса ругань руганью быть не перестанет.
В конечном итоге отец не выдержал, взмахнул рукой.
И Райка исчезла. Буквально растворилась в воздухе.
А вот тут я уже нахмурилась.
– Прадед, – позвала я негромко, – Райка – моя сестра. А я беременная, мне нервничать нельзя. Да и магия у меня нестабильная.
Тяжелый вздох, слышный только мне и офигевшему от моей наглости Ричарду, дал понять, что Нарус за своими чадами все же наблюдает.