Дракон очарованный. Подвид женатый (СИ)
Дверь открыл высокий седой дворецкий, прямо как в старых земных фильмах. Поклонился нам, впустил нас в дом.
В холле уже стояли родители.
– Давайте пройдем в гостиную, – сразу заявил папа, видимо, не желая проявлять хоть какие-то чувства при слугах.
Ладно, прошли.
Первые пять минут мы обнимались, в основном с мамой. Потом расселись в креслах. Общались мы в гостиной на первом этаже. На второй вела крутая лестница. И я по ней при всем своем желании в нынешнем состоянии просто не поднялась бы. Ну и чтобы не мучить беременную меня, мы все остались внизу, в гостиной, расположенной неподалеку от входа в дом.
Обстановка в доме была «бахатой». Что-то такое я помнила по земным фильмам, когда режиссер показывал жизнь криминального авторитета. Золото, драгметаллы, мебель из редких пород дерева. В общем, каждый, кто зайдет, должен разахаться и обязательно упасть в обморок.
Но Райка роскошь не любила. А мы с Улькой последнее время жили как раз в той самой роскоши. А потому никто из нас троих ахать и падать в обморок не собирался.
– Девочки, я надеюсь, вы понимаете, зачем мы вас позвали, – начал свою речь отец. Мы молчали. Понимать-то понимали, но надо ж было и папину версию выслушать. – Володя последнее время ведет себя не совсем адекватно. И я это признаю. Но чтобы взять в жены простушку из деревни… Это даже для него чересчур!
«Из села», – так и хотелось сказать мне. Но я благоразумно промолчала. Вряд ли папе сейчас были интересны тонкости в различии значений двух слов.
– И что ты хочешь от нас? – спросила чуть иронично Райка. Она все еще не простила папе его самоуправство и свое внезапное перемещение порталом. – Он уже взрослый мальчик, пап.
– Вам нужно с ним поговорить! – категорично заявил отец. – Объяснить ему всю глупость этого поступка!
– Пап, он дал клятву. На крови. Здесь магия, ты не забыл? – подала я голос.
– Никто из нас не знает, что там была за клятва. Он никому не раскрыл подробности. Вдруг ее можно обойти.
Мы втроем с сомнением переглянулись.
– Пап, а они где? В том городке сейчас? – спросила Улька.
Отец качнул головой.
– Он привез ее в столицу вчера. Позорит меня! Всех нас!
Я не стала напоминать, что мама тоже далеко не аристократка, пусть и женщина с образованием и хорошими манерами. И когда мы все жили на Земле, папу ничуть не волновало ее происхождение. Здесь же, смотрите, выискался поборник чистоты крови.
– А сам с ним встретиться не хочешь? – поинтересовалась я.
И получила вполне ожидаемый ответ.
– Он отказывается общаться и со мной, и с матерью.
Ну конечно, он откажется. И будет отказываться, пока не женится на своей зазнобе. А может, и потом долгое время тоже. Он же не дурак, понимает, что отец намного сильней его магически, у отца больше возможностей увести непокорного сына от выбранной невесты. Отец, наконец, ближе к богам, чем родной сын. А потому прислушаются быстрей к первому, чем ко второму. В общем, с моей точки зрения, Вовка в нынешний момент все делал правильно. И мне меньше всего хотелось влезать в его личную жизнь.
– Пап, а как ты себе это представляешь? – вздохнула я. – Ладно, со мной он поругался тогда, на балу. Меня он видеть не захочет. С Раей или Улей, допустим, согласится поговорить. Ну и что они ему скажут? Как уговорят? Или принесут под подолом портативный портал и с его помощью переместятся вместе с Вовкой куда подальше?
Судя по раздражению, вспыхнувшему в глазах отца, именно этого он и хотел от своих дочерей.
– То есть не просто поговорить, а обмануть? – Райка нахмурилась и поднялась из кресла. – Нет, я не стану этого делать.
Сказала и вышла из гостиной. Через минуту хлопнула входная дверь.
Мы с Улькой переглянулись.
Я покачала головой.
– Без меня, пап. Мы с Вовкой не в самых лучших отношениях, но он – мой брат. И делать ему гадости я не стану.
– Согласна, – поддержала меня Улька. – Просто поговорить – еще куда ни шло. А вот это вот все… гадко это…
– Тогда мне больше не о чем с вами говорить, – отрезал разгневанный отец.
Я посмотрела на маму. Она отвела взгляд. Так, ясно-понятно. Ладно, пусть сами развлекаются. Без меня.
Я встала из кресла, пошла в коридор. Улька последовала за мной.
Выйдя за дверь, на улицу, я активировала портал и вместе с Улькой перенеслась во дворец.
– Могли бы и не ходить, – проворчала я через несколько минут, растянувшись на собственной кровати. – Ничего интересного не услышали.
– Зато узнали, что именно хотят от нас родители, – пожала плечами сидевшая в кресле Улька.
Угу. Из первых уст узнали. И только.
Глава 50
Великодушье, знатность, красота,
И острый ум, и сила, и здоровье —
Едва ль не каждая твоя черта
Передается мне с твоей любовью.
Не беден я, не слаб, не одинок,
И тень любви, что на меня ложится,
Таких щедрот несет с собой поток,
Что я живу одной ее частицей.
Уильям Шекспир
– Нас пригласили на свадьбу, – сообщил мне Ричард вечером, сразу после постельных игр. – Прислали сегодня с магическим вестником официальное приглашение на мое имя.
– Эм… – все, что могла, выдала я. – Кто? Тут же не принято императоров приглашать.
– Не поверишь, я это знаю, – хмыкнул Ричард. – А вот твой учитель магии – нет.
– Макс? – удивилась я. – Он же меня терпеть не может.
– Не мог, – поправил меня Ричард. – В том мире. Когда у тебя не имелось влиятельных родственников.
– А… – до меня наконец-то дошло. – То есть он пригласил меня не как Ирку-одноклассницу, а как правнучку Наруса? Ну-ну. Молодец, Макс, не растерялся. Такой нигде не пропадет.
– Не язви, – зевнул Ричард. – Вам обоим еще несколько месяцев заниматься. До твоих родов точно. И зачем ему портить с тобой отношения?
– Я с ним могу испортить, если доведет, – буркнула я.
Не то чтобы мне не хотелось идти на свадьбу. Но вот этот подхалимаж со стороны типа, с которым мы раньше были на ножах, меня по-настоящему задел. Мне хотелось четкости и ясности. Не была б я императрицей и родственницей богов, фигушки Макс вспомнил бы обо мне.
– Да прекрати ты, – отмахнулась от меня на следующий день Улька, которой я экспрессивно рассказала о приглашении на свадьбу. – Нормальная ситуация. Молодец, Макс, не растерялся. Правящую верхушку надо «прикармливать», чтобы потом знать, у кого какие привилегии просить.
– Не смешно, – вздохнула я. – Была б моя воля, никуда я не пошла бы. Но Рич уже дал согласие.
– И когда?
– Через три-четыре дня.
– Что подарите?
– Здесь не принято дарить подарки. Но и приглашать императора тоже не принято. Так что Рич сказал, что вручит молодым мешочек с золотыми монетами. На безбедную жизнь, как он заявил.
– Тоже правильно, – одобрительно кивнула Улька. – Им пригодится, и как стартовый капитал, и как возможная заначка. Слушай, мы новую книгу отпечатали. Писцы переписали, я проверила. Вот, посмотри. По идее, должно зайти.
Я взяла листы, вчиталась.
«– Левее! Левее заходи! Лассо! Лассо кидай! Да куда ты… Мазила! Анька, я кому говорил, левее?! И вот что теперь делать? Где эту сволочь ловить?!
Иштван ронт Ольгер, красавец оборотень, аристократ в энном поколении и мечта чуть ли не всех женщин института от восемнадцати до восьмидесяти лет, распекал одну из адепток на пересдаче, Аннет ронт Щаркан, эльфийку, тихоню и страшную трусиху.
Как и все оборотни, он был невероятно несдержан и мог «приголубить» даже крепким словцом. К адептам часто обращался на «ты», особенно когда объяснял народным языком, в чем именно те провинились.
Жгучий брюнет с карими глазами, тонкими чертами лица и практически идеальным телосложением, он сейчас привлекал внимание адепток всего курса бытовиков. Ну и мое заодно. Я была безнадежно влюблена в оборотня с тех пор, как оказалась в теле адептки-первокурсницы, то есть уже полтора года.