Тысяча лет в долг (СИ)

— В чем дело?
— Это я у вас хочу спросить, в чем дело! — с вызовом ответил Семен. — Так дальше продолжаться не может. Странная получается картина: вы убедили меня в необходимости собрать скрижаль. Так? Так! И вы же сейчас начинаете подозревать меня в каком-то безумном заговоре! Мало того, что такие подозрения меня оскорбляют, — в них еще и отсутствует всякая логика!
— Ты так думаешь? — пробормотал Сатан, не глядя на собеседника. Эгуд продолжал собирать сумки. Он словно не слышал сказанного, хотя руки его, обвитые вздувшимися от гребли венами, заметно дрожали.
— А как еще я должен думать? Тебе-то уж вообще стоило бы помалкивать! Если этот... — Семен запнулся, не желая произносить имени Темного Владыки. — Если он каким-то образом связан со мной, если я участвую в каком-то заговоре — логично считать, что в нем же участвуете и все вы! Ты, — он яростно ткнул пальцем в князя Гееномского, — хитростью вытащил меня из моего мира. Ты, — он повернулся к Эгуду, — почему-то отказался оставаться во Вратах Смерти, а ты, дорогая, — при этих словах он взглянул на Далию, стоявшую спиной к остальным, — спасла меня от оборотней Паха, когда я попал на ваш остров!
Далия наконец повернулась к Семену.
— При чем тут оборотни? — Она неприязненно смотрела на него. — Я спасла тебя так же, как спасла бы любого, за кем гнались эти отродья! — В голосе ее слышалась неуверенность. — Если бы...
— Никаких «если бы»! Эти кровавые ублюдки, Ойва и Шодед, сделали то же самое — спасли меня! И вас, кстати говоря, тоже! Если они действовали по распоряжению Теомиэля, почему бы не предположить, что и ты действовала по той же указке?! А ты, князь Гееномский, вытащил меня в этот ваш чертов Тхом, получив соответствующие указания начальства! И ты, старик, тоже — тебя предупредили, что в пещере спать опасно! И вообще! — Теперь Семен уже орал во все горло. — Если кто и оказался в ловушке, так это я! Потому что я не знаю, кому и зачем в действительности понадобился и кто из вас какие планы строит! Понятно?! — Он задохнулся от негодования и ухватился за эфес добытого в Стране Смерти меча.
Разгневанная Далия уже шагнула вперед, сжимая кулаки. Даже Эгуд, явно оторопевший от неожиданных обвинений в свой адрес, поднялся с камня, на котором сидел, да так и застыл столбом.
Зато на лице Сатана теперь обозначилось явное удовольствие, смешанное, впрочем, с некоторым недоумением.
— А ведь верно, — сказал он. — Каждый из нас может подозревать остальных в тайных намерениях.
— Как будто у тебя их нет, — проворчал немного успокоившийся Семен.
Сатан нетерпеливо махнул рукой и продолжил:
— Может быть, именно этого и добивается наш противник? Посеять недоверие друг к другу и в итоге благополучно провалить миссию, которую должен выполнить коэн?
При этих словах лицо Далии чуть дрогнуло. Она перевела взгляд с воинственно набычившегося Семена на усмехавшегося Сатана, потом на глубоко задумавшегося старейшину.
— Посеять недоверие?.. — чуть растерянно повторила девушка. — Чтобы провалить?..
— Очень может быть, — медленно произнес Эгуд. — Очень на него похоже. — Он покачал головой. — Следует признать, он почти преуспел в этом.
— Но для чего? — недоуменно спросила Далия. — Конечно, ему вовсе не хочется, чтобы Шимону удалось собрать все осколки. Но разве не проще было бы уничтожить нас всех, чтобы помешать? Или дать возможность уничтожить нас кому-нибудь другому? Таких возможностей тоже хватало!
— Не так-то просто нас уничтожить, — многозначительно заметил Семен, поглаживая рукоятку меча. — С Тельцом разобрались сами. — Он уже забыл, что именно во время стычки с демонами Тале и вмешались кровавые посланцы Темного Владыки. — И с остальными разберемся, можешь не сомневаться.
— Ну-ну, — сказал Сатан с насмешкой. — Может, и так. Может, и разберешься. Только сдается мне, дело в другом.
— В чем же? — с вызовом спросил Семен.
Сатан пожал плечами.
— Кто знает? — сказал он. — Может быть, ему не дано тебя уничтожить. По какой-то причине. А может быть... — Тут он задумался, и лицо его вновь омрачилось.
 
Внимательно следивший за ним Семен с тревогой спросил:
— Что? Что — может быть?
Сатан развел руками.
— Не исключено, что у него действительно появились особые планы, — медленно произнес он. — И каждому из нас еще предстоит сыграть в этих планах какую-то роль. Непонятно только, кому какую.
— Каждому из нас? — переспросил Семен. — И тебе тоже?
— Почему бы и нет? — Сатан сплел длинные тонкие пальцы на колене. — Конечно, все это странно. Но, боюсь, эту загадку мы разгадаем только в самом конце.
— Разгадаем, — медленно повторил Эгуд, — разгадаем... Если только он не избрал в качестве жертвы Судного дня кого-то из нас.
Далия зябко поежилась.
— Может быть, отложим этот разговор на потом? — спросила она недовольным тоном. — Честно говоря, он не слишком приятен.
— Верно, — поддержал ее Семен. — Пока что будем считать, что мы разобрались с нашими внутренними делами. А о планах Теомиэля — как-нибудь в другой раз... Кстати говоря, — вспомнил вдруг он, — мне показалось или лодка действительно стала легче? Во всяком случае, ход ее ускорился, а осадка стала мельче. Как будто вода выталкивает.
— Вода густеет, — объяснил Сатан. — По мере приближения к владениям Эрева.
Семен хотел спросить еще что-то, но Далия перебила:
— Вы как хотите, а я проголодалась. — Она склонилась над сумками с провизией, порылась в них и разочарованно сообщила:
— Кроме лепешек, ничего не осталось. Ох и надоели они мне...
Эгуд промолчал. Семен окинул взглядом приютивший их остров — вернее говоря, большую скалу с пологой вершиной, сплошь покрытую причудливой формы кустарником. Сказал:
— Может, попробуешь какую-нибудь живность подстрелить? — Ему тоже порядком надоели сухие ячменные лепешки, составлявшие ежедневный рацион.
Эгуд неодобрительно покачал головой, но возражать не стал. Сатан, погруженный в свои мысли, разговора не слышал.
Далия перелезла через высокий борт лодки, прошла на корму, остававшуюся в воде. Некоторое время внимательно всматривалась в волны. Подняла руку и тихо сказала:
— Кажется, обед плавает совсем недалеко...
Стараясь не сдвинуть наполовину погруженную в воду лодку с места резкими движениями, охотница сняла лук. Порывшись в колчане, извлекла стрелу, отличавшуюся от остальных. Наконечник был вырезан из какой-то кости и имел несколько устрашающих зазубрин, а на конце древка, ниже оперения, прикреплялось небольшое кольцо. Далия быстро продела в кольцо тонкую прочную бечеву. Стрела превратилась в маленький гарпун.
Семен тоже залез в лодку. Сейчас он готов был заниматься чем угодно, лишь бы лед, появившийся вдруг в их отношениях, растаял окончательно.
— Видишь? — Далия протянула руку. — Вон там!
В двух десятках метров от берега волны неторопливо разрезал треугольный плавник, вроде акульего. Судя по его размерам, сама рыба имела около метра в длину. Больше Семен ничего сказать о ней не мог — рыбалка в его увлечениях никогда не числилась. Но тут в нем вдруг проснулся какой-то азарт.
— Давай! — свистящим шепотом скомандовал он. — Что ты тянешь? Уйдет ведь!
Далия тщательно прицелилась. Стрела-гарпун впилась в основание плавника. Рыба судорожно дернулась, ушла под воду. Бечева быстро разматывалась.
— Помоги! — крикнула Далия.
Вдвоем им удалось втащить бьющуюся рыбу в лодку и бросить ее на дно.
— Ух ты... — восхищенно протянул Семен. — Какая красота...
Действительно, пойманная рыба была необыкновенно красива.
Причудливой формы плавники нежно-золотистого цвета, но главное — сверкавшая всеми оттенками радуги крупная чешуя. Казалось, в обтекаемом стремительных форм теле горел яркий светильник.
— Что там у вас? — крикнул Сатан. Только сейчас, привлеченный свечением в лодке, он обратил внимание на охотничьи подвиги своих спутников.
— Ужин! — гордо ответил Семен. — Изменение меню!