Перевал (СИ)

Слишком много вопросов. И когда ты вроде как находишь ответ на один, он порождает ещё с десяток вопросов. Я невольно засмеялся. И, по-моему, мой смех заставил полковника усомниться в моей адекватности.
— Что случилось? — тем не менее, непринуждённо спросил он.
— Да так, подумалось…
— Что именно? — не отставал Смирнов.
Я даже подался вперёд.
— А что если в истории человечества уже происходила подобная деконтаминация?
Полковник смотрел вопросительно.
— Я, конечно, не специалист и в школе учился ни шатко, ни валко, — на этих моих словах полковник сделал такое выражение лица, мол, с кем не бывает, — но помню, что однажды Бог уже стирал человечество с лица Земли. Я говорю о Всемирном потопе.
Сейчас я не мог понять, заинтересовался ли полковник моим предположением, или тайно набирает под столом номер телефона своих специалистов, которые должны будут меня без лишнего привлечения общественного внимания прихватить под белы рученьки и увезти в тайный бункер, или сдать прикормленным психиатрам, которые сделают из меня овощ, обколов галоперидолом.
Или ничего нового я для него не озвучил?
— Бабка, должно быть, поведала эту историю? — вдруг спросил он.
— Да почему бабка? Это же общеизвестная история, — смутился я. — Потоп и потоп. Ковчег. Гора Арарат. Коньяк такой есть.
Полковник улыбнулся.
— Тогда я тебе вот что скажу, — заговорщицким тоном произнёс он, — в целом, ты делаешь правильные предположения, но как по мне, ситуация в Долине, равно как и изображения на церковной мозаике, мне больше напоминает то, что произошло с Содомом и Гоморрой. В курсе, что это такое?
— Эмм… оттуда пошло слово «содомия»?
— Оттуда-оттуда, — засмеялся полковник. — В общем, если коротко, то после Потопа была история с этими городами, которые погрязли в грехе и всё такое, и Всевышний решил их уничтожить, обрушив на них огненный дождь. И это только, что касается иудейско-христианской мифологии.
Повисло молчание, и только было слышно, как стучали вилками и бокалами немногочисленные посетители, да на большой плазме шла трансляция какого-то футбольного матча, не то в записи, не то в прямом эфире.
Я понимал, что сейчас вроде как возражаю сам себе, но всё равно, глядя на второй ополовиненный бокал, в котором плескалось пиво, сказал:
— Типа, Потоп был в реальности?
— Для древнего человека, для которого мир был довольно ограничен в пространстве, любое стихийное бедствие могло показаться всемирным потопом, — резонно заметил полковник.
И вроде, не поспоришь с ним. Ну, вот набежало цунами на Таиланд, погибли сотни тысяч людей, мы об этом узнали из телевизора и интернета. А если бы их не было, этих СМИ? У нас-то всё спокойно, знать не знали бы, а для тайцев чуть ли не конец света наступил, особенно для тех, кто в прибрежной полосе жил.
— Ладно, Лёша, у меня тут ещё пара встреч будет.
Я понял, что таким незамысловатым образом полковник сообщает мне, что наша встреча окончена, я прошёл собеседование и могу идти по своим делам. Я полез за кошельком, но Смирнов меня остановил.
— Я заплачу, — заверил он меня, поднимаясь и протягивая руку. — Да, Лёша, мы там тебе направление сварганили. Пойдёшь учиться, без вступительных экзаменов, получишь офицерское звание. Твоя задача — не халявить. Хорошо?
Как будто у меня был выбор!
— Хорошо, — ответил я и, пожав полковнику руку, вышел кафе.
В номере на столе стоял завтрак из нескольких тостов и яичницы из нескольких яиц с несколькими полупрозрачными ломтиками бекона. Что-то мне было лениво куда-то сегодня идти, и я заказал еду прямо в номер, впервые в жизни если что.
Рядом бухтел ноутбук с подключёнными простенькими колонками, но с ними звук всё-таки был гораздо лучше, чем из собственных динамиков ноута.
В браузере был открыт сайт ютуба, и на экране шла обычная передача из тех, когда ведущий и приглашённый гость сидят за столом и ведут беседы на темы, которые могут вызвать интерес у зрителя. Хотя нет, не совсем обычная, в том плане, что я долго искал что-то подобное, чтобы, с одной стороны, было не слишком нудно, а с другой, не сваливалось в истории, полные конспирологических теорий.
 
Я отпил кофе, и щёлкнул по пробелу, запустив запись:
— То есть вы считаете, что нам, можно утверждать, повезло с Иисусом, как с основателем одной из главных мировых религий?
— Безусловно! Это же очевидно!
— Не могли бы вы пояснить свой тезис? Правильно ли я понимаю, что если бы он не был готов…ммм… скажем так, к последствиям, нас могла бы ожидать другая реальность?
— Конечно! Собственно, вы в определённой мере уже сами ответили на ваш вопрос. Действительно, если бы Иисус из Назарета не был готов к испытаниям, которые выпали на его долю, то с большой долей вероятности можно утверждать, что мы бы жили сейчас совсем в другом мире!
— Мы все понимаем, что история не знает сослагательного склонения, но тем не менее, это не мешает нам заниматься мысленными экспериментами и конструировать модель того, что могло бы быть.
— Вы правы, и замечу, что если мы можем заниматься планированием событий будущего, оценивая последствия от того или иного принятого решения, то почему бы нам не делать то же самое в отношении прошлого. Разница лишь в том, что прошлое мы уже не можем изменить, а будущее…
— А будущее?
— А будущее мы ещё не можем изменить.
— Складывается ощущение, что мы вообще не можем ни на что повлиять!
— Это не совсем верный вывод, но мы же говорили об Иисусе, так?
— Так, просто я хочу, чтобы наши зрители больше поняли контекст рассматриваемого сегодня нами вопроса.
— О том, что каждое наше решение влечёт последствия.
— Да, именно.
— Так вот, всё христианство, как всем известно, но многими не воспринимается всерьёз, над этим просто не задумываются, построено на том, что Иисус достоверно знал, на что идёт.
— Напомню зрителям, которые, может быть, не читали Библию и, в частности, Новый Завет, Христос знал, что его предадут и что его выдадут властям именно в тот самый день и в том самом месте.
— Да, именно так. И если бы он хотел, то по большому счёту, он мог бы легко избежать ареста, суда и дальнейшей казни.
— Но он этого не сделал. Он осознанно пошёл на то, что потом последовало, я имею в виду, после поцелуя Иуды.
— Да, его допрашивали, пытали, заставили нести свой же крест, на котором, в итоге его и распяли, что стало возможным, не в последнюю очередь, благодаря малодушной позиции прокуратора Пилата. Но суть ситуации заключается в том, что Христос знал всю последовательность событий.
— Он видел будущее?
— В каком-то смысле да, видел. Ведь это Бог, его Отец, сообщил ему эту весть. С другой стороны, можно предположить, что он обладал некими навыками по прогнозированию, которые, может быть, и не осознавал, а воспринимал всё это на интуитивном уровне.
— Как глас Божий?
— Да, в понимании людей того времени это был именно голос Бога, откровение ниспосланное свыше.
— Это если не предположить, что Сын Божий, как он сам себя называл, просто, скажем так, не слышал голоса.
— Вы намекаете, что он был сумасшедшим? (довольно улыбается)
— Ну, если вкратце, то да, почему бы такое не предположить? (несколько смущённо)
— Да нет, от чего же! Возможность того, что пророки были, грубо говоря, поехавшими крышей, имеет вполне себе серьёзное основание. Потому как если рассуждать с современной точки зрения, то, безусловно, многих, если не всех пророков можно было бы отправить на принудительное лечение. Но давайте попробуем рассуждать с точки зрения человека той эпохи.
— Вы правы, извините. Так вот складывается ощущение, будто вы считаете, будто Иисус не только существовал, но был вполне себе обычным человеком?
— Во-первых, почему бы и нет. Извините, я всегда относился к религии, и не только христианской довольно критично. Во-вторых, он оставил слишком большой след в истории человечества, собственно как Будда, Мохаммед или Конфуций, чтобы не допустить тот простой факт, что да, такой человек существовал. При этом стоит отметить, что в отношении Мохаммеда (или Магомеда, кому как угодно) письменные источники гораздо более конкретные, чем в отношении других представителей авраамических религий. В-третьих, Его жизнь могла быть несколько другой, и чудеса, творимые им, могли быть не так поняты и восприняты окружающими его людьми, ну, просто в силу соответствующего исторического уровня развития, но такой человек вполне мог существовать в реальности. Собственно, то, что другим могло показаться чудом, для других является обыденным событием.