Колдовской час (ЛП)

— Задняя дверь была ближе. И я рад, что ты действовала осмотрительно. Это стало вполне желанным возвращением домой.
— Я пришла в себя. — Я вгляделась в его лицо. — Как прошли поминки?
— На удивление без происшествий. — Мы прошли обратно в хижину. Я вложила катану в ножны и отложила ее на стол.
— Удивительно.
— Обычно должны присутствовать все члены клана, — сказал он. — Но ожидать подобного сейчас не приходиться, да и Кэш знал, что эту битву ему не выиграть. Так что старейшины получили поминки, которые хотели, а недоброжелателям пришлось их пропустить. Народа было мало.
— Интересно, — произнесла я. — В основном поколение Лорена?
— Все до единого. Траурная речь была об уважении к старшим.
— Ничего удивительного, — сказала я. — Ты говорил с Джорджией? Сообщил ей последние новости?
— Говорил. Ей это не понравилось. У нас состоялся разговор на повышенных тонах, но она сказала, что поговорит с Кэшем о поиске. А как прошел твой вечер?
— Я нашла кое-что интересное. Иди сюда. — Я взяла его за руку и потащила к дверям патио.
— Почему я снова выхожу на улицу?
— Потому что мне нужно услышать еще одно мнение. — Я подвела его к ставню, поставила его перед ним и воспользовалась фонариком, чтобы обратить его внимание на то, что обнаружила. — Что ты видишь?
— Одну из многих причин, по которой кому-то очень искусно надерут задницу?
— Помимо этого. Будь поконкретнее.
— Не знаю…, — начал он, но затем замолчал, наклонившись ближе.
— Ты это видишь?
— Я вижу что-то. Символ? Логотип? — Он провел по нему кончиком пальца. — Его нацарапали, существо, которое пыталось сорвать ставень. — Он замолчал и оглянулся на меня. — Они оставили чертову визитную карточку. Ты знаешь, что он значит?
— Пока нет. Я попросила Петру узнать. Полагаю, тебе он ни о чем не говорит? Ничего, связанного с волками?
— Например?
— Не знаю. Реалм Псов с Регалиями [44]?
— Ага, ты его разгадала. Он расшифровывается как Реалм Псов с Регалиями. — Его голос был сухим, как тост.
— Я так и знала. Думаю, мы можем отчитаться перед старейшинами и вернуться в Чикаго.
— В теории, — произнес он. — Но, может, сначала посоветуемся с Джорджией?
* * *
Она открыла дверь с кухонным полотенцем в руках.
— Как раз вовремя. Заходите. Присаживайтесь. Мы как раз собираемся есть.
Мы обменялись взглядами, Коннор пожал плечами, и мы прошли за ней в столовую. Стол был накрыт на четверых, но единственным в помещении был Трэйгер. Ужин, по всей видимости, состоял из стейков с маслом, запеченного в фольге картофеля и изумительного багета, который был бы идеально уместен в Париже.
— Ты ждешь компанию? — спросил Коннор.
— Да, — ответила она. — Тебя и Элизу. — Она выдвинула стул во главе стола. — Я думала, что вы заскочите. В кризисной ситуации семья нуждается в семье. И союзниках. Полагаю, мы — и то, и другое. Садитесь, и давайте поедим, пока не остыло. А потом поговорим.
* * *
После вечеринки у костра я почти ничего не ела, поэтому еда была сродни теплому приему.
Мы были голодными и ели в относительной тишине — трое оборотней и вампир, подкрепляющиеся великолепными стейками и хорошо замешанным мной хлебом. «Может, выпечка все-таки станет моим хобби».
— Я должна извиниться, — произнесла Джорджия, когда мы наелись до отвала.
— Не возражаю, — ответил Коннор, и губы Джорджии скривились.
— Знаешь, ты очень похож на свою мать. Она тоже не терпит глупости.
— Да, не терпит. Но хотя я согласен, что ты должна перед нами извиниться, я спасу тебя от этого. Давайте просто все согласимся, что ситуация сложная.
— С этим я могу согласиться, — сказала Джорджия. — Я сожалею об Обсидео.
— Он существует не просто так, — произнес Коннор. — И все уже сделано, так что нет смысла на этом зацикливаться. — Словно вспомнив о тяжести своих магических уз, Коннор повел плечами. — Кэш согласился отправить команды на поиски?
 
— Нет, — мрачно ответила Джорджия. — Он считает, что это будет пустой тратой ресурсов, и клану нужно держаться поближе к дому, учитывая внешние угрозы ему.
— Квинтет идиотов, — пробормотала я, и Коннор сжал мою руку в знак согласия.
— К счастью, — произнесла она, — у меня есть собственные союзники, и я отправила несколько команд. У них не будет необходимого нам охвата — учитывая насколько велика территория, и насколько глубок лес — но это лучше, чем ничего.
— Я, конечно, слышала слухи о романах Лорена, — продолжала Джорджия. — Но он оборотень и одинокий. Я никогда ничего не слышала о том, что это было не по обоюдному согласию. — Она похлопала Трэйгера по руке. — Если это то, что случилось с Пэйсли, я сожалею об этом. Очень-очень сожалею.
Трэйгер кивнул, но отвернулся, от горя и злости его лицо избороздили линии, для которых он был слишком молод.
— Коннор говорит, что, по словами торговки заклинаниями, Зейн купил камень, — сказала ему Джорджия. — Ты в это веришь?
Трэйгер покачал головой.
— Его не волнуют камни.
— Вы когда-нибудь бывали в магазине? — спросила я их. — Покупали у нее что-нибудь магическое?
Джорджия фыркнула.
— Я никогда там не бывала и не знала, что она колдунья. Она — как они это называют — зарегистрирована?
— Она говорит, что нет, — ответила я и поглядела на Трэйгера, приподняв брови. — Что насчет тебя?
— Зачем мне кристаллы и подобное дерьмо? — спросил Трэйгер.
— Она лжет, — объяснил Коннор. — Может, потому что она не хочет попадать на радары Ордена, или, может, потому что чувствует себя виноватой или боится. Мы надеемся, что Орден предоставит нам какие-нибудь рычаги давления.
— Мы можем отправиться в город в волчьих обличиях, — сказал Трэйгер. — Напугать ее, чтобы она сказала нам правду.
— Попытки запугать людей, чтобы они поступали правильно, в первую очередь и привели нас сюда, — произнес Коннор. — Если у нас будут рычаги давления, мы снова поговорим с ней. Что насчет символа, состоящего из двух «Р»? — Он посмотрел на нас.
— Нет, — ответила Джорджия и поглядела на Трэйгера, который покачал головой. — А что?
— Мы думаем, что они оставили его возле ставня, — сказал Коннор. Он отодвинул свой стул. — Мы с Трэем займемся посудой. Но сначала немного подышим свежим воздухом. — Он выжидающе посмотрел на Трэйгера, дождавшись, когда тот встанет.
— Не уходите далеко, — произнесла Джорджия.
— Буквально на террасу, — с улыбкой ответил Коннор. — С твоим мальчиком все будет в порядке.
— Я не ее мальчик, — пробормотал Трэйгер, но в его тоне было что-то довольное.
— Свежий воздух полезен для тела, — сказала Джорджия. — И вы займетесь посудой, но она может подождать вашего возвращения. И это даст нам с Элизой возможность поговорить.
Мы подождали, пока они выйдут на улицу и за ними закроется дверь.
А потом я осталась с ней наедине, страшась того, о чем, по моей догадке, Джорджия хотела со мной поговорить.
— Внимание Коннора пойдем ему на пользу, — произнесла она. — Он почувствует, что он услышан.
— Он пришел к нам, — произнесла я. — Рассказал нам о Зейне. Коннор уже сказал ему, что поступить так было правильно, что это было трудно сделать. Думаю, он достаточно ценит влияние своего отца, чтобы знать, каково это, когда у людей нет хороших образцов для подражания.
— У Трэя их определенно не было, — согласилась Джорджия. — Я делала все, что могла, но я — не его родители.
Я кивнула и посмотрела в окно. Снаружи поднялся ветер, и по окнам начали хлестать ветки.
— Поступать правильно, — произнесла Джорджия, — это всегда тяжело. Подобное здесь случается слишком часто.
Я оглянулась на нее, не уверенная, увижу ли осуждение или одобрение. Но не обнаружила ни того, ни другого — скорее любопытство.