Колдовской час (ЛП)
— Будь осторожна, — сказал Юен. — И при случае отчитывайся.
— Хорошо. — «Кроме того, со мной будет оборотень».
* * *
Авто доставило меня к дому Киинов, и когда я вылезла, лунный свет и тени промелькнули по вершинам и углублениям семейного дома, окруженного террасой. Помимо ближайших родственников, там также живут еще двое-трое тетей и дядей Коннора — все время забываю, сколько их. Если бизнес — это общественный центр Стаи, то дом — ее личное убежище.
В округе было тихо, многие окна дома все еще оставались темными. Но на первом этаже горел свет, светлые шторы была задернуты. Я испугалась, что увижу у обочины блестящее Авто, которое умчит нас на север, пока за окнами сменяется пейзаж.
Но там не было Авто; там стоял байк, низкий, темный и впечатляюще сконструированный. Ее зовут Тельма, и Коннор превратил ее из ржавого каркаса в темную сирену после бог знает скольких часов работы.
Я подошла ближе и провела пальцами по маслянисто-черной коже, покрывающей сидение, тщательно выстеганное ромбовидным узором. За первым сидением было второе, чуть повыше, но все же близко.
Сетчатая дверь дома со скрипом открылась, и на крыльцо вышел Коннор, скривив губы, когда увидел меня. На нем были джинсы и черная мотоциклетная куртка, которая выглядела так, будто повидала много километров.
С его темными волнистыми волосами и голубыми глазами он был похож на распутного принца. Красивый, озорной и немного опасный.
— Я не был уверен, появишься ли ты, — сказал он, спускаясь по ступенькам.
— Я тоже. Но я здесь.
Он остановился, подойдя ко мне.
— Были бурные дебаты?
— Победило любопытство.
— Храбрая девочка, — с одобрением произнес он. Нахмурившись, он вгляделся в мое лицо. — А твое… обострение?
В переписке мы стали называть монстра «обострением», пытаясь сохранить его в секрете. И из-за того, что он почувствовал, будто вообще должен поднять этот вопрос, у меня в животе образовался тяжелый камень вины.
— Со мной все будет в порядке.
Он внимательно посмотрел на меня, оценивая, обдумывая, и моя вина растаяла. В его глазах была нежность, говорившая о беспокойстве, а не о страхе; он боялся не того, что я наврежу его семье, а что навредят мне.
— Йога помогает, — сказала я. — Позволяет ему потягиваться, дает ему немного пространства. А если возникнут проблемы, я просто убегу в лес.
Его улыбка была хитрой.
— Проверенный метод в том числе и для оборотней. Там, куда мы отправляемся, будет много леса.
— А где именно это находится?
Коннор ухмыльнулся.
— Очень не по-вампирски с твоей стороны появляться здесь без всех подробностей.
— Я могу действовать спонтанно, когда это необходимо. — «И знаю, как расставлять приоритеты».
— Мы едем на бывший курорт в Гранд-Бэй, — ответил Коннор. — Северное побережье озера Верхнее. Два десятка коттеджей плюс главный домик. Пара саун, несколько кострищ. Люди не могли удерживать его на плаву, поэтому клан выкупил его и реконструировал. Некоторые из коттеджей пустуют; мы остановимся в одном из них.
— Ты бывал там раньше?
— Провел там несколько летних каникул, когда был моложе, зависал с семьей. — Он похлопал по сиденью. — Ты не против прокатиться на Тельме?
Я подумала: «Да, пожалуйста», но ответила:
— Я справлюсь. Пока ты держишь ее в вертикальном положении.
Его фырканье дало понять, насколько ненужным он счел это предупреждение.
— На внедорожнике будет проще. На Авто еще проще. Но они…
— Безопасные? — предложила я, и он слабо улыбнулся.
— Лишены своеобразия, — произнес он. Потом отошел назад и окинул меня взглядом. — Сапоги, джинсы и куртка — это хорошо. Ты можешь завязать волосы. У меня есть шлем, — сказал он и указал на меньший по размеру из двух, висевших на руле байка. Он посмотрел на мои ножны. — Полагаю, это не подлежит обсуждению.
— И окажешься прав. Полагаю, мы поедем не при дневном свете?
Коннор улыбнулся.
— Это лишило бы смысла брать тебя с собой, не так ли?
— Если только ты не хочешь уголек из вампира, то да. Но это слишком уж закрученный способ доставки.
— Мне не нужен уголь, — ответил он, наклоняясь и глядя мне в глаза, словно намеревался поцеловать. — Вампир? Это другое дело.
Хлопнула сетчатая дверь.
— Кон.
Коннор вздохнул, губы скривились в улыбке.
— Выбор времени Апекса, как всегда, безупречен, — прошептал он, почти касаясь моих губ своими, а потом отодвинулся. — Отец.
Габриэль Киин, глава Северо-Американской Центральной Стаи, спустился по ступенькам. У него внушительная фигура. Крепкое телосложение, как у Коннора, но другой колорит. Его рыжевато-коричневые, выгоревшие на солнце волосы доходят до плеч, а глаза у него цвета виски. На нем были джинсы, сапоги и синевато-серая рубашка с пуговичной планкой.
Он взглянул на меня.
— Элиза. Полагаю, ты решила съездить в Миннесоту.
Я улыбнулась ему.
— В последнее время я видела маловато статуй Пола Баньяна [9].
— На этих выходных ты наешься ими досыта. А еще сыром во фритюре и горячими блюдами.
— Пока есть кофе, у меня все будет хорошо.
— С тобой там все должно быть хорошо, — сказал он, а затем глянул на Коннора. — Если с ней что-то случится, то будут серьезные последствия.
Я уже почти начала возражать против предположения, что меня нужно защищать, но потом Габриэль посмотрел на меня и ухмыльнулся.
— И то же самое касается и его, — произнес он с понимающей улыбкой. — Постарайся уберечь его от неприятностей.
— Конечно. То есть, первые двадцать три года моей жизни это не работало, но, быть может, мне внезапно повезет.
Он ухмыльнулся.
— Если решишь, что тебе нужно подкрепление, позвони мне.
— С нами все будет в порядке, — сказал Коннор. — И по дороге к нам присоединиться Алексей. — Он взглянул на меня. — Мы встретимся с ним возле Шаумбурга.
Не уверена, была ли я рада, что смогу узнать побольше об Алексее — или разочарована, что будем не только мы с Коннором.
— Хорошо, — произнес Габриэль. — Это хорошо. Давай немного поболтаем. — Он на пару метров отвел Коннора в сторонку. У меня достаточно хороший слух, чтобы я могла подслушать, но я повернулась к байку, зачесала волосы назад и заплела их в свободную косу.
Через минуту я услышала звуки хлопков по спине, когда они обнялись.
— Счастливого пути, — сказал Габриэль, а потом направился обратно в дом.
Я оглянулась на Коннора.
— Все в порядке? — спросила я. Но я достаточно ясно читала в его глазах беспокойство. Не страх — Коннор не из тех, кто боится — а тревога.
— Просто очередное предупреждение о твоей безопасности и будущем отношений Сверхъестественных в Чикаго.
— Вообще никакого давления.
— Ага, — с ухмылкой произнес он. — Поехали.
Коннор положил мой рюкзак вместе со своей спортивной сумкой в небольшой грузовой ящик. Я разместила свой меч так, чтобы он висел у меня за спиной, а затем надела шлем и застегнула его, поправив косу.
Надев шлем, Коннор перекинул ногу через байк, задвинул пяткой подножку и сел на свое место.
— Твоя очередь.
Я подошла к нему сзади, положила руку на плечо и перекинула ногу, благодарная йоге за гибкость. Сидение с мягкой подкладкой было очень удобным, как и близость к Коннору.
— Все нормально?
— Ага. — Но я не знала, куда девать свои руки.
Он повернулся и посмотрел на меня, его улыбка была дерзкой и классически конноровской.
— Мне нравится, как ты там смотришься.
— Пока что мне тут нравится, — сказала я, возвращая ему такую же улыбку. — Посмотрим, как пойдет дальше.
Он усмехнулся.
— За тобой есть поручень, если хочешь, можешь держаться за него. Или… — он потянулся назад, взял мои руки и обвил их вокруг своей талии, — такой вариант.
Когда я обняла его, под моими руками было его крепкое тело, он сдвинулся и завел двигатель ногой в ботинке. Тельма заревела — глубоким, низким рокотом, который пульсировал в костях и мышцах, подобно второму сердцебиению.