Сладкое королевство (СИ)

— Может, ещё и любишь? — шиплю.
— Люблю.
— Кого? — смеюсь.
— Тебя, — пожимает плечами.
— Себя ты любишь и больше никого! — подскакиваю и безумно хочу влепить Матвею пощёчину, но держусь, сжимая кулаки и впиваясь ногтями в кожу. — В понедельник в девять жду в центральном загсе, госпошлину сам оплатишь, раз уж идея убежать из семьи тебе принадлежала!
— Люд, — встаёт следом, — давай спокойно поговорим.
— Где ты был, когда я предлагала спокойно поговорить? Когда мне диагноз ставили? Куда исчез, когда так был мне нужен? Ты сам предложил разорвать наши отношения. Я целый месяц обдумывала твоё предложение и приняла его. Дороги назад уже нет, — осматриваю мужа и понимаю, передо мной стоит незнакомый мужик, — мы стали чужими, мосты сожжены. Я уже никогда не смогу доверять тебе и жить с тобой под одной крышей, — чувствую, голос дрожит и на шёпот срывается. — Прости, — стараюсь звучать гордо, — в понедельник в загсе.
Не дав возможности ответить, ухожу. Почти убегаю, хлопнув напоследок дверь. Лифт не жду, сбегаю по лестнице, только за мной никто не гонится.
Падаю за руль, а меня смех раздирает. От кого убегала? Никому я не нужна. Матвей, поди, работы опять лишился и понял, что, кроме меня, такой дуры, никто его содержать не будет. Но дура поумнела...
***
В понедельник муженёк как штык в девять часов уже в загсе. Удивляет и радует одновременно. И пошлину оплатил. Я в шоке, но виду не подаю.
Пишем заявление, и я с чистой совестью еду на работу, где ждёт меня очередной бедлам. С Матвеем не разговариваю, да и он не стремится больше беседы со мной заводить. Ломаю голову, что это за откровения о любви были у маман.
А потом плюю с высокой колокольни на всё это и погружаюсь в дебри рабочих бумаг. Телефон тринькает, и мне прилетает сообщение от мелкой — мои в гости вечером хотят приехать. Плыву в дебильной улыбке — вот и огорошу родню новостями. Главное, чтобы маму удар не хватил.
***
Ну, про огорошу, я поторопилась. Открыв рот, понимаю — мамуля с такой надеждой смотрит, что рассказываю лишь половину — про развод и честно говорю, что не знаю причин, ибо Матвей со мной не разговаривает. А на любую попытку родителей вмешаться говорю, что поздно — документы уже поданы, пути назад нет.
Ксюха остаётся пожить у меня, дабы духом я не падала и не скучала. А я только за такое предложение. Будет, с кем вечерами поболтать и курсы изучать. Оксана и готовка, конечно, несовместимы, но сестра отлично фотографирует мои художества и неплохо справляется с ролью су-шефа, выполняя мои наказы.
Мама сто раз обнимает, шепчет, что она на моей стороне и раз уж я так решила, то она это принимает. Люблю её, даже не знаю, что бы делала, если бы она истерику укатила. Легче на душе становится. Искренне благодарна родителям за поддержку и понимание.
Падаем с сестрой на кровать, включаем очередной урок и, укутавшись в пледы, уплетаем домашнее мороженое, которое я сделала на скорую руку накануне вечером.
— Знаешь, — Оксана ставит на паузу видео, — тебе надо развеяться, сходить куда-нибудь с друзьями.
— О каких друзьях речь? Дом-работа-работа-дом, замужняя женщина, никуда не ходила лет так пять. Некуда и не с кем, — вздыхаю и убираю контейнер со сладостью.
— Получишь деньги за заказ кэнди бара и в настоящий бар дёрни, — хихикает.
— Эти деньги я уже потратила, — улыбаюсь и подбородком указываю на ноут, — курсы купила.
— Вот те на, — изгибает брови.
— Согласна. Но я кайфую, когда пеку торты. Мне кажется, что я забываю обо всех неприятностях и не чувствую усталости. Правда, пока до кровати не доползу, вот тогда понимаю, что все мышцы ломит, а шея затекла, пока розочки училась делать.
— Хочешь массаж? — улыбается.
— Тебя за язык никто не тянул, — ехидничаю и укладываюсь на живот.
Смеёмся, а Оксана мнёт мои почти каменные плечи. Болтаем дальше, сестру прорвало на идеи, самые забавные — зарегистрироваться на сайте знакомств и сходить на свидание, и бросить всё к чертям, став профессиональным кондитером.
 
Совсем с ума сошла от сахара. Хотя рациональное зерно в этом всём присутствует...
Живём с Ксюхой душа в душу, мне хорошо и ей не скучно. Вечерами валяемся и залипаем в вебинарах. Днём я на работе, а мелкая в это время использует мой ноут, чтобы смотреть уроки и читать статьи о том, как фотографировать на телефон.
Захватила её мысль, что надо меня в кондитеры записать, а она непременно должна это всё фотографировать. Вот и сегодня заползаю домой с пакетами, а с порога меня встречает счастливая Оксана.
— С возвращением! — улыбается, а у самой нос в креме перепачкан.
— Кот слизал всю сметану? — смеюсь?
— Что? — пучит на меня свои и без того огромные глазища.
— Ты испачкалась, — ну да, зеркало у меня только в ванной есть теперь.
Несётся, а потом слышу дикий хохот. Ну, хоть кому-то весело. Заглядываю на кухню и ахаю. Сестрица устроила такой бедлам, что проще застрелиться, чем всё это убрать.
Достала сладости, полотенца, надыбала где-то сухоцвет, пожалуй, это не моё, поди из дома притащила — это у неё куча всяких безделушек. Ну точно, домой ездила, вижу пару кружек из маминого сервиза:
— Мать с тебя кожу снимет, если узнает, что ты её любимые кружки утаранила! — хохотнув, иду переодеваться.
— Она сама привезла, — пожимает плечами, вошедшая следом Оксана.
— У-у... мама проверяла как ты?
— Не-а, я попросила кое-что привезти, потому что была занята.
— А? Чем это?
— Фотографировала всё, — довольная собой прямо вытягивается в струнку, явно ждёт похвалы.
— Эм... зачем?
— Покажу друзьям, какую красоту ты делаешь, вдруг кто-то ещё закажет.
— Похоже, тебе в продажи надо идти учиться.
— Угу, я тоже так решила.
Кошусь на Ксюху. Вот и в кого она такая? Я юрист, мама по образованию — бухгалтер, по профессии — домохозяйка всю жизнь, отец технарь, а эту прёт в какие-то дебри управленческие. Ну да ладно, мне не мешали в выборе профессии, с чего бы ей стали? И я не буду. Киваю, мол, приняла к сведению и прошу показать, что получилось.
А сестра наотрез отказывается, какую-то обработку сделать надо. Знать бы что это, она же на телефон фотографировала. Что там делать можно?
— Ты у врача уже была? — плюхается на кровать и руку под голову подкладывает.
— Нет, завтра пойду, — вздыхаю.
— Хочешь, я с тобой схожу? — искренне так улыбается, а в глазах читаю грусть, переживает за меня сестрёнка, а не должна бы, она же младшая, а не наоборот.
— А пойдём, — махнув рукой, широко улыбаюсь.
А сама думаю, что если разреветься захочу, хоть сдержусь, потому что перед Ксюхой неудобно будет, она привыкла видеть меня сильной и улыбающейся в любой ситуации. Не хочу, чтобы она увидела меня слабачкой.
Позже, вечером, предлагаю просто посмотреть кино, настроения учиться у меня нет, особенно после ужина и наведения порядков на моей микрокухоньке.
— Давай зарегаем тебя на сайте знакомств, — дёргает бровями.
— Ополоумела? — хохочу. — Что я там забыла? Не, спасибо.
— На свиданку сходишь, — снова семафорит мне.
— А что я забыла там?
— Развеешься, — плывёт в широченной улыбке, на маньячку похожа.
Сумасшедшая!..
А чем чёрт не шутит. Беру комп и открываю сайт знакомств и первое, что бросается в глаза — большое поле для фотографии, которой у меня нет.
— У тебя память на телефоне осталась ещё? — ехидничаю.
— Угу, — заглядывает в экран мне через плечо.
— Тогда сфоткай, но так, чтобы я красивая была и настоящая. Не хочу никакой там обработки и вот этой гладенькой кожи, как у куклы. И губ надутых, тоже не хочу, — морщусь, вспоминая нынешние тенденции, да и на сайте фоточки пестрят вот таких вот уточек.
— Обижаешь! Я сестру любимую...
— Единственную, — поправляю.
— Одно другому не мешает, — отмахивается, — короче, не буду я тебя уродовать. Не люблю этого всего, вообще не понимаю, как такое может нравиться людям.