Чумная Полли и маскарад (СИ)

Взгляд уперся в стоявший на столе телефонный аппарат — белого дерева, с инкрустацией перламутра, с новомодной трубкой, объединявшей в себе для удобства и микрофон, и динамик. В Аквилите шли в ногу со временем, даже в библиотеке были такие аппараты, а в полицейском отделении Восточного дивизиона телефоны до сих пор старые… Можно позвонить в Сыскной дивизион и договориться о встрече. Хотя сперва…
Чарльз. Сперва Чарльз — должна же она поблагодарить брата за книгу.
Дождавшись, когда соединят с домом… С бывшим домом, она собиралась с мыслями — нужно столько всего расспросить у Чарльза, и причем почти все — не телефонный разговор, потому что телефонные нериссы бдят и все подслушивают.
Дождавшись, когда в трубке раздастся знакомый, низкий голос брата, она тихо сказала — расстались они не самым лучшим образом:
— Добрый вечер, Чарли.
— Добрый вечер, Хвостик! — как ни в чем ни бывало ответил брат. Он так всегда её называл, потому что она вечно ходила за ним, когда он бывал дома. — Если ты по поводу книги, то ничего не надо говорить — это такие же твои книги, как и мои. Смотри только, чтобы книга не попала в плохие руки.
Вики твердо сказала:
— Там хорошие руки, Чарли. Там немного знаний не хватает. — Про потерянные мозги у Тома она промолчит.
— Хорошо, тогда я спокоен. Если ты по поводу Эвана, то напоминаю — он мой друг. Я не пойду против него, и я по-прежнему считаю, что ты глупая избалованная девчонка, отказывающаяся от счастья. И тут ничего не изменилось.
— Чарли…
Он упрямо продолжил:
— А если ты по поводу Аквилиты — я весь внимание.
Он всегда был такой — прежде, чем начать разговор, все разложит по полочкам, как старший и самый умный.
Вик собралась с мыслями и четко, не допуская и капли обиды в голосе, сказала:
— Чарльз, во-первых, все же огромное спасибо за книгу. Во-вторых, с Эваном мы разобрались и почти пришли к согласию.
— Отрадно это слышать. Я, если честно, не верил, что романтика Аквилиты подействует на тебя и заставит пересмотреть свои взгляды.
Вик замерла:
— Ты знал об Аквилите?
— Я еще три года назад сказал — не сработает! Но рад, что ошибся.
— Три года? Эван…
Чарльз кашлянул:
— Я сказал лишнего, да? И к Сокрушителю тайны! Теперь нет смысла скрывать…
— Я думала, что решение об Аквилите Эван принял этим летом.
— Хвостик, ты в каком номере находишься?
— Королевском!
— Ты знаешь, какая на него очередь? Тебе еще не было восемнадцати, когда Эван решился на Аквилиту. Отец был обоими руками за, я был против — три года ждать, чтобы проникнуться романтикой⁈ Дад, Грейден, мало ли в мире красивых городов⁈ Но Эван хотел сделать все правильно, красиво, впечатляюще… Если не веришь, то все подтверждающие бумаги хранятся дома — Эван заранее добился от отца, храни его небеса, разрешения на поездку с тобой.
— Три года…
Чарльз строго сказал:
— Хвостик, Эван меня проклянет и будет прав — не дело лезть в чужие отношения. Совсем не дело, но Эван мой друг, а ты моя сестренка… Вы хорошая пара, Эван проверенный временем и кучей лер жених, про отца я уже молчу — какие он проверки Эвану устраивал, ты умница, дай боги многим… Не делай глупостей — не расставайся с ним.
— Чарли…
— Я помню, что наговорил тебе на прощание — не сдержан, но, Хвостик, я всегда тебе желал самого лучшего.
— Тогда почему ты хотел засадить меня в архив, запретив работу детектива в агентстве?
Чарльз хмыкнул и сказал:
— Тебе честно или солгать?
— Я жду честного ответа.
— Как детектив, как полевой агент — ты так себе, Хвостик. И прежде, чем вспылишь… Ты нерисса, будущая лера, если дадут небеса. Тебя не пошлешь в трущобы. Тебя не отправишь в бордель, чтобы расспросить стрекозок о клиенте-лере и его предпочтениях. Тебя не отправишь в трудовой дом за сведениями. Тебя надо оберегать от многих тайн этого мира, и как ты себе это представляешь? Мне проще обучить какую-нибудь познавшую жизнь неру или даже керу манерам и необходимым знаниям, чтобы они могли вести расследование в борделе, чем отправить туда собственную сестру. Эван первым же с меня голову бы снял за такое. А вот на аналитической работе — тебе самое место.
 
— Эван, к твоему сведению, отправлял меня на патрулирование улиц, так что о борделях, трущобах и трудовых домах я знаю и знаю многое.
— Значит, он просто золото. Я так рисковать своей сестрой не смог — выдать замуж девицу, бывавшую в борделе, пусть и по службе… Это практически невозможно. И не злись, Хвостик… Я всегда лишь хотел тебе добра. Так, как я его понимаю.
— Хорошо, что Эван его понимает иначе.
Чарльз облегченно выдохнул на другом конце провода:
— Да здравствует Аквилита и её романтика! Я был неправ. Признаю. Дату свадьбы уже выбрали? Не забывай, это решает невеста!
— Об этом еще рано говорить, Чарльз.
— Понял. Молчу. Тайно молюсь, чтобы все получилось.
— Спасибо!
— Хвостик, вернешься из Аквилиты… Встретимся? Я скучаю…
— Встретимся.
— Тогда, прости, звонок по другой линии — дела. Если что-то нужно — сразу телефонируй!
Он положил трубку, и Вик выругалась — он снова все решил за неё, даже когда прервать звонок, а она же хотела расспросить его о контрабанде…
Что ж… Разберется сама! В первый раз, что ли…
Она снова подняла трубку и попросила соединить с Сыскным дивизионом. Звонок принял сержант Остин. Он сказал, что Дейла нет в управлении, но он должен подойти где-то через час — со вскрытия нера Бина. Серж клятвенно заверил, что задержит Дейла до её прихода, чего бы это ему не стоило.
Вик телефонировала в гараж, чтобы Адамс ждал её у парадного входа — пора в дорогу.
Она встала и… Опять вернулась к телефону. Да, совсем нетелефонный разговор, но она должна знать точно и знать сейчас — отношения с Эваном еще так хрупки, что испортить их невероятно легко.
— Нерисса, Тальму, пожалуйста. Олфинбург, Западная станция, 31−68−1, нера Эшер.
Когда её ответил веселый голос Кейт, Вик напомнила себе: Аквилита была выбрана три года назад, как раз когда ей выбирали компаньонку.
— Добрый вечер, Кейт. Это Виктория. Я хотела уточнить у тебя… По поводу Хейга. Решается вопрос о моей помолвке. Расскажи, пожалуйста, еще раз про любовь все его жизни некой лере А. Или эту леру звали не так? Может, это была влюбленная в чужого жениха нера К.?
  
Глава 19
 
Визиты, визиты, визиты
 
Время поджимало, так что от поездки в кондитерскую за карамелью пришлось отказаться. Посещение инквизиции и так не вмещалось в плотный график, но не проведать Дрейка Вик не могла. Она беспокоилась о странном инквизиторе, которому совсем не инквизитором надо быть. Хотя… Кем ему тогда быть? Не ей решать, что человек не на своем месте, вот не ей — сама она тоже бьется за неположенное ей место.
Темнело. Год заканчивался, тьма каждый день наступала все раньше и раньше. Скоро в храмах начнутся ежедневные поминальные службы — год всегда заканчивался мрачно. Боги умирали, и это надо помнить. Зажигались уличные фонари, спешили по улочкам горожане, уже надевшие карнавальные костюмы. Целый город прячущихся за масками, играющих чужие роли, выдающих себя за других. Хорошо, что приходит утро, и маски исчезают. Вот бы и в жизни так. Вик ни за что бы сама не поняла Эвана, не сними он сегодня маску в беспокойстве за её здоровье. А уж как из-за этого сегодня свалилась маска с тихой, всегда готовой помочь Кейт… Может, и Вик чуть-чуть приподнять край своей? Стать такой, какая она есть, а не какой её заставляет быть общество? Только примет ли её Эван? Нужна ли она такая даже не Эвану, а кому-то другому. Тома лучше не вспоминать — у него головы на плечах отродясь не было. Грустно… За окном паромобиля ей вторил легкий дождь.
Шуршали шины по мокрому асфальту, движение на улочках дорога становилось оживлённее. Ветер срывал с деревьев золотые листья. Скоро и здесь наступит предзимье.