Звёзды с корицей и перцем (СИ)

Девочка насупленно кивнула.
— Агрессивные мутанты уничтожили колонию, затем попытались прорваться на Сторру, и Врата с той стороны были заблокированы. Только через семьдесят лет сторриане послали войска, загнали мутантов в джунгли и заселили Смайю вновь. Большие Врата Биена работали с перебоями, контакты между двумя планетами не раз надолго прерывались, и нам приходилось выживать в одиночку…
— А теперь сторы пришли на готовое и всем командуют, — перебила Мия.
Слушая Эльгу, она успела отправить в рот три круглых толстеньких печеньица.
Тильда всплеснула руками:
— Кто тебе такое сказал! Да если бы не Сторра, неизвестно, что бы с нами сейчас было. И правильно говорить не сторы, а сторриане.
— Мелоране класснее, — заявила девочка. — Я хочу побывать на Мелоре. У них там космические корабли, и лифты на орбиту, и роботы, и дома на небе висят вниз головой, и живут они двести лет.
«Я тоже хочу побывать на Мелоре», — подумала Эльга.
Тильда покачала головой.
— Фантазёрка ты. Ладно, давай естествознание. Что там задали? — она заглянула в дневник. — Понятие о страль-процессе.
Девочка закатила глаза:
— Вот зачем мне всё это? Я же не стралер!
— Что ещё за стралер? — возмутилась Тильда. — Страль-оператор! Или страль-техник. И вообще, хватит жевать!
Страль-техниками называли операторов, обслуживающих высокотехнологичные прагматы вроде Врат или Грозоотвода, но Эльга не стала поправлять подругу.
Мия фыркнула.
— Страль-операторы, частицы, волны, когеренция, интерференция, резонанс... — она жалобно заглянула матери в глаза. — Я правда ничего в этом не понимаю.
Тильда взяла из её рук учебник, полистала и беспомощно протянула Эльге.
Учебник был новенький и опять не такой, по какому учились Эльга и её сёстры.
Интересно, что все термины девочка произнесла без запинки — память в этом возрасте цепкая, но разобраться в определениях, взятых из вузовских пособий по страль-физике, Мие было не по силам. Сама Эльга к её годам прочла три таких пособия от корки до корки. Не поняла и пятой части, но прочла — и даже вызубрила основные формулы. В их с Тильдой время основы страль-физики давали в восьмом классе, а не в пятом. Голову бы тому открутить, кто перекроил программу!
— Представь себе дождевого червя, — сказала Эльга. — Или гусеницу. Знаешь, в огороде, такие зелёные, длинные?
Мия настороженно хмыкнула.
— Когда гусеница свёрнута в кольцо, она частица. А когда ползёт, изгибая тело петлёй — волна.
Девочка хихикнула.
— Теперь представь велосипед, который несётся так быстро, что не видно спиц в колесе, а видно один расплывчатый круг. Вот и наша гусеница изменяет положение тела с такой же бешеной скоростью, так что непонятно, где у неё спинка, где брюшко, где хвост, где нос, и есть ли она на самом деле или только чудится. Такая гусеница-призрак.
Мия рассмеялась в голос.
— Вот это и есть страль, — подытожила Эльга. — Всё вместе: частица, волна и её вибрация. Страли очень маленькие, меньше атома, но из них состоит всё на свете — ты, я, этот дом, — она обвела взглядом кухню. — Печенье в твоей руке. Сам воздух и даже космическая пустота. Человек не может увидеть страль без специальных приборов. Но дарители создали прагму — особое вещество со свойствами страль-поля — и стали делать из него прагматы.
Эльга на секунду задумалась.
— В каждом прагмате спрятано секретное послание. Написано оно тайнописью, как бывает в детективных романах, когда надо подержать листок бумаги над огнём, чтобы проступили буквы. В нашем случае огонь — это страль-оператор. Человек, способный связать своё страль-поле со страль-полем прагмы. Он подчиняет прагму себе и заставляет открыть тайное послание — базовую страль-структуру. В послании сказано, для чего создан прагмат и как привести его в действие, то есть построить рабочую страль-структуру на основе базовой. Это как пристроить к дому на две комнаты мастерскую для шитья или, скажем, кабинет с библиотекой, или…
— Бассейн! Можно бассейн? — девочка даже в ладоши захлопала.
 
— Только если о нём сказано в тайном послании, — Эльга заговорщицки подмигнула ей.
Это было трудно — увидеть страль-процесс глазами новичка, подобрать простые слова и понятные аналогии. Трудно, но весело. Словно дочка Тильды — сложный прагмат с открытой структурой, и надо угадать, как её надстроить, чтобы достичь нужной цели.
И Эльга справилась: глаза Мии блестели, она перебивала, задавала вопросы.
— А вы тоже умеете подчинять прагматы, тётя Лина?
— Самую чуточку, — Эльга улыбнулась.
Мия горячо воскликнула:
— Как я хочу быть страль-оператором! Мам, а давай я тест пройду?
И Тильда ещё утверждала, что этот ребёнок не хочет учиться.
Наконец девочка убежала гулять, и портниха с благодарностью сжала руку Эльги:
— Ты так здорово объясняешь! Даже я поняла про этот ваш страль-процесс. Я ведь в науках ничего не смыслю, а в школе сейчас так сложно. Был бы жив Карл…
Муж Тильды сорвался с лесов на одной из многочисленных строек Сётстада шесть лет назад.
— Просто не дави на неё, — посоветовала Эльга, пока портниха подливала ей кипятка.
— Легко тебе говорить! — Тильда в сердцах брякнула чайник на чугунную конфорку. — Вот будут у тебя свои дети, поймёшь тогда.
Эльга промолчала. Если бы у них с ди Ронном были дети, они с пелёнок знали бы о страль-процессе всё, потому что дома говорили бы об этом каждый день… Смешно, право слово.
Тильда вдруг посмотрела на неё блестящими глазами.
— У тебя кто-то появился?
— Нет. С чего ты взяла?
— У тебя такой взгляд, как будто ты любуешься чем-то внутри себя.
Ответить Эльга не успела.
Зазвучали шаги, спорые, лёгкие, и в кухню опять вбежала Мия, на её щеках горел румянец возбуждения.
— Мама, тётя Лина! Смотрите, что нам через забор бросили!
В её руках дрожал лист бумаги с текстом, отпечатанным типографским способом.
Тильда прочла первой, сморщилась.
— Отказчики!
Эльга кивнула. Она сразу заметила наверху знакомый символ — полуовал Врат, жирно перечёркнутый крест на крест.
— Что стало с тобой, о прекрасная, добрая, щедрая Смайя? — прочла Тильда вслух. — Где твоя гордость, твой вольный и счастливый смех? Алчные сторриане превратили тебя в распут…
Закусив губу, портниха быстро взглянула на дочь. Скомкала листовку и швырнула на стол.
— Третий раз в этом году подбрасывают. У нас же тут полтора двора. Неужели из Сётстада специально едут? Или кто-то из наших? Ничему их жизнь не учит! Забыли, что наши предки тоже со Сторры. И засуху на Южных равнинах забыли. Да если бы не сторы, половина Смайи с голоду бы перемёрла! А вторую половину мутанты сожрали!
— Не сторы, а сторриане, ты сама говорила, — вредным тоном поправила Мия.
Эльга развернула листовку.
— Хорошая бумага, чёткий шрифт, краска не мажется. Не похоже на подпольную типографию. Наверняка отпечатано на Кезе или Виране. Кто ещё потакает отказчикам? Они думают, стравят между собой союзников Мелора, а сами под шумок захватят место лидера. И плевать им на нашу прекрасную, добрую, щедрую Смайю!
Никто не понимал, почему отказчики на Смайе вдруг оживились — и это была лишь одна из версий, которые обсуждались в коридорах академии. Но пусть Тильда перескажет слова Эльги соседям, а те разнесут по родным и друзьям — им ведь тоже подкидывали такие листовки. И Мия пусть поделится с подружками.
Малые Врата связывали Сётстад и Биен, Большие — Смайю и Сторру, а со Сторры можно попасть на любую из планет, соединённых Цепью Врат.
— Если они победят и мы рассоримся со Сторрой, — сказала Эльга Мие, — ты никогда не увидишь Мелор.
«И я тоже», — добавила она про себя.
А потом ударила мысль: парень в кепке! Не краденое добро он прятал за пазухой, а листовки отказчиков.
Пожалуй, в нём было что-то от Нильса Карпета. В манере, в лице с костлявым подбородком и зло поджатыми губами. Нильс тоже твердил, что Смайя стонет под пятой сторрианских кровопийц. Интересно, где он теперь?