Престол Элдрейна: На неведомых дорожках (ЛП)

— А может, они с королём Йорво давно замышляли уничтожить Королевство и вернуть то время, когда здесь правили им подобные, — парировала Эловен.
— Ты оскорбляешь нас! — прорычал Браги. — С чего бы нам в Гаренбриге желать зла Альгену Кенриту, сказительница? Он наш давний и верный союзник.
— Великаны Гаренбрига свергли человеческих монархов задолго до того, как мы с тобой появились на свет. Не исключено, что Йорво и его двор презирают власть Верховного короля и мечтают избавиться от этой обузы.
— Альген Кенрит и королева Линден всегда были друзьями Гаренбрига. Разве другие дворы, включая их собственный, оказывают им столько же почёта и уважения? — Браги заметил, как скривился Уилл, и добавил: — Полагаю, что нет. Ищите заговорщиков где-нибудь в другом месте. Да, я не доверяю Айяре, по только что названным мною причинам. Но, возможно, нам стоит повнимательнее присмотреться к замку Вантресс? Вы лучше меня знаете о мелочных интригах сказителей, разве нет? Чем меньше поставлено на кон, тем дальше они готовы зайти в своей подлости.
— У вас не получится меня разозлить, — осклабилась Эловен. — Ни у тебя, ни у твоего страхолюдного медведя. Но, вижу, королева Айяра здорово злит тебя.
— Так мы ни к чему не придём! — Кадо встал между сказительницей и медвежьим рыцарем. Дюжий протяжно вскрикнул, вынудив обоих сделать шаг назад. — Ты пропустишь нас, Браги?
— Я не стану преграждать тебе путь, Кадо. Король Йорво будет рад тебя видеть.
— Ты не пойдёшь с нами в Дебри на поиски Верховного короля? — спросил Кадо. — Я бы многое отдал за возможность вновь отправиться с тобой на подвиги, старый друг.
— Как и я, но мы должны охранять рубежи в это тёмное время. Я сообщу королю Йорво о твоём прибытии, — он кивнул Алоне, та прошептала что-то на ухо ястребу и отпустила его в полёт. — Пускай медвежата пронесут свои клинки сквозь портал в Дебри и узнают, хватит ли им сил, чтобы выжить.
  
9.
 
Пока они ехали по зимней дороге к Великому Кромлеху, замок Локтвейн всё время оставался у них на виду, словно смутный образ, мелькающий на задворках памяти. Всякий раз, когда Уилл смотрел на замок, в его ушах возникал странный зудящий гул. Он не знал, в чём причина, но очень хотел, чтобы это прекратилось.
— Возможно ли, что королева Айяра действительно стоит за исчезновением Верховного короля? — спросил он у Эловен. — У неё были сотни лет на то, чтобы разжечь мятеж, если она и впрямь задавалась такой целью. С чего бы ей вдруг именно сейчас нарушать соглашение с другими правителями Королевства?
— А почему бы и нет? Я по-прежнему утверждаю, что в том, как она отмечает середину зимы, есть нечто подозрительное. Она явно что-то скрывает. Эльфы живут так долго, что смотрят на мир совсем иначе, нежели мы, люди. Их не пугает увядание старости или неслышная поступь смерти. И, как мне кажется, они способны очень долго вынашивать обиды. Как бы то ни было, сегодня вечером ты увидишь её на пиру, так что сможешь сам обо всём её расспросить, — Эловен фыркнула. — Только не проявляй излишней настойчивости, а то, чего доброго, ещё станешь её новым супругом.
Уилл взглянул на Роуэн, и та кивнула. Он вновь обратился к сказительнице: — Королева Айяра в самом деле пыталась выйти замуж за нашего отца, когда он был молод?
На этот раз Эловен довольно долго обдумывала свои слова, прежде чем ответить. — До меня доходили подобные слухи, но точно я не знаю.
— Неужели есть что-то такое, чего вы не знаете? — со смехом воскликнула Роуэн.
— Хо! Уела так уела! — она взглянула в небо, где Кадо с Дюжим возобновили свой дозор. — Странно, Кадо продолжает утверждать, что его не было рядом с Верховным королём в ту ночь у Бекборо, хотя вы двое видели его собственными глазами. Надеюсь, не окажется, что всё это время Кадо лгал нам.
Роуэн похолодела.
Уилл осторожно поинтересовался: — Зачем Кадо лгать об этом?
— Мне всегда казалось, что он был самую малость влюблён в Линден, пока Альген не покорил её сердце храбростью, мастерством и очаровательным смехом.
 
— Не думаю, что мне по душе ваши намёки, — произнёс Уилл самым ледяным тоном, на который был способен. Его ладони покрылись колючим инеем.
— Мой милый мальчик, я ни на что не намекаю. В своё время Линден вскружила немало голов, хотя не сказать, чтобы её когда-нибудь заботили подобные вещи. Все её помыслы были только о Высшем подвиге. Целеустремлённая. Вовсе не такая общительная, как Альген. С другой стороны, Линден никогда не была одной из нас.
— Что вы хотите сказать?
— Она росла в другом кантоне Арденвейла. Тебе ведь это известно. Она не была знакома с Альгеном до тех пор, пока их обоих не избрал Зверь Рыкающий.
— Полагаю, вы-то хорошо знали Кадо и Верховного короля? — саркастично заметила Роуэн.
— Разве Кадо не говорил вам, что я была в той компании, которая всюду разъезжала с Альгеном в его ранние годы? Ещё до того, как кто-либо из нас заслужил свой первый рыцарский титул?
Роуэн удивлённо моргнула.
Уилл тоже выглядел захваченным врасплох. Не то чтобы он когда-нибудь всерьёз расспрашивал родителей или Кадо о временах их молодости, но всё же его поразило то, сколь многого он не знает. — Он ни разу не упоминал вас. Но если это правда, я удивлён, что вы сами ещё не упомянули об этом раз двадцать или тридцать.
Эловен разразилась каркающим смехом. Больше, чем провоцировать людей на грубость, ей нравилось только напоминать своим спутникам, как много она знает. — Когда я впервые познакомилась с Альгеном Кенритом, он был едва ли старше тебя, юный Уилл. Бледный, тощий и безбородый, совсем как ты.
Уилл попробовал представить, как его родители покидают отчий дом, неопытные, горячие и ершистые, но видел только то, как его отец купается в роскоши под ликующие возгласы окружающих, и как строгая, но любящая забота его матери помогает людям чувствовать себя в безопасности.
— Люди часто совершают эту ошибку, — задумчиво пробормотала Эловен, будто обращаясь к самой себе. Вокруг всадников взметнулся ветерок, принеся с собой манящее дыхание тепла посреди зимней стужи. — Они говорят, что прошлое остаётся в прошлом. Но прошлое не умирает. Оно разрастается, подобно гнили под поваленным деревом, которое никогда не переворачивали.
Как ни странно, после этих слов она надолго замолчала.
***
Даже зная, чего ожидать, Уилл всё равно был потрясён, впервые увидев Великий Кромлех.
Исполинский каменный выступ выдавался над долиной. Его южный край был закреплён в земле валунами и могучими стволами деревьев, а северная часть козырьком нависала над равнинами внизу. Монолит, столь огромный, что сдвинуть его не могли даже великаны, накренился, опёршись на закреплённый конец выступа, словно лестница в небо, обломанная чьей-то безжалостной рукой. Деревья частично оплели наклонный камень своими цепкими корнями. На вершине выступа расположился Великий Кромлех и его портал.
Вокруг основания выступа концентрическими кругами были расставлены монолиты обычного размера. Сама долина изобиловала фруктовыми рощами за каменными стенами и помертвевшими на зиму садами. Повсюду, образуя кольца, шеренги, или поодиночке, высились резные менгиры, похожие на безмолвных стражей. Вдалеке виднелись крутые горы.
Почётный караул из восьми пожилых рыцарей дожидался их в начале длинной и прямой аллеи, по обе стороны от которой выстроились стоячие камни. Они сопровождали отряд до тех пор, пока не достигли тени Кромлеха, протянувшейся через всю долину с наступлением сумерек. На утоптанной земле под исполинской скалой люди боролись, таскали камни и стояли неподвижно, удерживая над головой тяжёлые грузы.
Им навстречу вышел сенешаль. — Позвольте мне показать ваши покои.
— Разве путь в покои гостей лежит не через эту арку? — спросила Эловен, когда мужчина повёл их в другой проход.
Сенешаль скривился, но тут же натянул пресную улыбку. — Те покои заняты свитой из Локтвейна, сопровождающей королеву Айяру. Король Йорво желает, чтобы молодые люди жили поближе к его обители. Прошу сюда.