Истоки ненависти (СИ)

Дело чуть не обернулось скандалом, когда пёс, едва не опрокинув по пути столик и стулья, подошёл к растерявшейся Лупо, и, не произнося ни слова, крепко поцеловал её, прошептав на ухо заветные слова, что хранил с момента их встречи. Происходило всё это под прицелом камер и глаз тысячи других анимагенов, находящихся в тот момент рядом. И все замолчали, ожидая ответа Лупо. И только тогда Кано понял, какую ошибку совершил и в какое нелепое положение поставил свою возлюбленную. Но Лупо лишь улыбнулась и, поправив причёску, коротко и строго по-командирски произнесла: «Согласна!»
— …ещё один допился до отключки? — сердитый голос Рэтси вернул его в реальность. — Кано, приём!
— А? Что? — он уже на автомате взял в руки стакан с водкой. — Я чего-то задумался…
— Оно и видно, — протянул Вульпи, раскачиваясь в такт звуку колёс, — так… за что мы ещё не пили? — он сильно нахмурился, изо всех сил изображая мыслительный процесс.
— За мир во всём мире! — Минот подпёр подбородок рукой.
— Во! — поддержал его Агний. Белое лицо новуса, кажется, начало приобретать синюшный оттенок, но за становление анротом они уже пропустили две стопки, поэтому теперь этого никто не замечал. — Слова Соланиса Юмены! Она бы точно поддержала!
— Так, народ, Хор одобряет наши действия, — Рэтси обречённо развёл руками, мол, ничего не поделаешь, — выбора нет. Пьём.
Поскольку закуска уже закончилось, а вот бутылка «Ашулуйской» нет, было принято решение отправить самого трезвого в анротовский вагон на стратегически важную миссию — добыть провиант. И поскольку Кано каким-то невероятным образом сумел сохранить не только связанную речь, но и моторные функции, ему и выпала «честь» совершить подвиг ради команды. Благо грузовой вагон соединялся с остальными «суфле», и ему не пришлось лезть через окно, хотя он и порывался это сделать. Однако едва закрыв дверь в коридор, он понял, что не они одни сегодня праздную «день воссоединения материков», «светлое будущее» и «надёжный союз».
— Кано! — изрядно захмелевшая Ани на диване за центральным столом вагона весело помахала ему рукой, отчего её грудь затряслась так, что он невероятным усилием удержал взгляд на её лице. — А вы, я смотрю, тоже время зря не теряете? — она хихикнула, когда тот поспешно схватился за поручень на повороте.
— А разве… — он опасливо взглянул на двери купе, за которыми слышались смех и песни. — Разве эти… ну… высшие Воксы… Кадасла и Юмена, не будут сердиться за такую выходку?
— Они же тоже люди, — Ани рассмеялась чуть громче, — правда, Соланис отказалась, сославшись на усталость. Оно и понятно, она много времени провела без сна и отдыха. А вот Баастар оказалась вполне себе… короче представь Хару с жуткой самоуверенностью и хвастовством.
— О, понятно, — Кано тут же успокоился, — знаешь, мне они казались… очень возвышенными. Строгими, недоступными нашему пониманию созданиями… но то что они «тоже люди» я и не думал. А ведь действительно, что, кроме способностей, отличает их от других людей?
— Хотя бы то, что они могут протрезветь в любой момент, — позади раздался шелест двери, и из туалета вышел Брон, раскрасневшийся от опьянения. Без шапки и куртки он выглядел несколько меньше.
— Что у вас там? — он явно хотел, чтобы его голос звучал серьёзно и спокойно, но вместо этого Кано услышал невнятное бормотание. Диггерам и сталкерам вообще свойственно принимать алкоголь, но, видимо, они начали ещё днём, ибо Брона, как оказалось, далеко не так просто довести до такого состояния.
— Всё нормально у нас, — пёс слабо усмехнулся, направившись дальше. «Закуски тут явно нет, — определил он, решив попытать счастья в последнем вагоне, — надеюсь, Лупо спит…»
Сзади послышался приглушённый стон. Брон, забыв о Кано и своём вопросе, держал Ани за грудь, массируя её сильными и медленными движениями. Нот вытянулась в струнку, прижавшись к нему, и поцеловала в губы. Со стороны это выглядело забавно, учитывая, что она была выше его на десяток сантиметров. Что случилось дальше, Кано так и не узнал, поспешно покинув вагон. Последнее, что он увидел, как рука Ани скользит по телу Брона, подбираясь к ширинке.
 
«Чего только не увидишь на Сарохаре, — проворчал про себя пёс, входя в самый тихий и спокойный коридор во всём поезде, — анимаген с человеком… вот же извращенцы!» Однако вид обнажённой груди Ани вызвал у него самого вполне естественное желание. Сердито тряхнув головой, он попытался отогнать подобные мысли и сосредоточиться на поиске чего-нибудь съестного. Вспомнив, что у Лупо в её сумке были примирные галеты, Кано осторожно прокрался по коридору, прислушиваясь к звукам за створками купе.
— Лупо? — шёпотом позвал он, не зная, куда зайти в первую очередь. — Ты здесь?
Но за первой дверью послышался только запах сигарет. Зная, как волчица не любит подобный аромат, Кано прошёл дальше. В соседнем купе отчётливо звучал голос Урси, видимо разговаривающего во сне.
— Лупо? — пёс уже начал беспокоиться, уж не забрала ли её к себе Юмена. — Лупо?..
Створка третьего купе открылась и оттуда высунула морду волчица, строго взглянув на него.
— Ты чего не спишь? — холодно поинтересовалась она, однако один лишь вид и запах алкоголя сказали всё за стушевавшегося Кано. — Вы что там, опять пьянку устроили?!
— Да мы это… — промямлил тот, растерянно отвернувшись и сделав шаг назад. — Мы там немного…
— О, Пантеон, за что?! — простонала Лупо, схватив его за руку и с силой потянув на себя. — Живо зайди, пока никто не увидел!
— Стой! Ты же!.. — Кано только сейчас увидел, что её комбинезон застёгнут лишь наполовину — волчица любила спать раздетой, чтобы не мять одежду во сне. — Лупо!
— Да не вопи ты! — она и сама поняла свою оплошность, поспешно отступив в темноту купе. — Разбудишь всех!
— Но…
— Заходи, я сказала! — полушёпотом зарычала она. — Утром разберёмся.
Он молча повиновался, сев на сиденье напротив её постели, виноватыми глазами наблюдая, как она тщательно прислушивается и запирает дверь на замок. «И зачем я сюда пошёл? — сокрушённо подумал он, только сейчас осознав бессмысленность идеи. — Знал же, что добром это не кончится».
— Кто ещё может держаться на ногах? — поинтересовалась Лупо, усаживаясь рядом.
— Наверное, уже никто, — вздохнул тот.
— Славно. Надеюсь, что больше никто не выползет из вашего вагона или не вывалится наружу.
— Но ведь не только мы одни, — попытался возразить пёс, — Камманд со своим отрядом тоже празднуют, и даже Кадасла с новусами… Видела бы ты, чем там занимаются Брон и Ани!..
— Они могут делать все, что им вздумается, но у вас собственная голова на плечах, — резонно возразила она, — а если сейчас на нас нападут, что тогда? Кто будет сражаться? Я, Урси и Арги?
Тот отчаянно замотал головой, но не удержался и рухнул вниз, упав лицом ей на колени.
— Прости меня, — произнёс он, чувствуя успокаивающее тепло, — честно, если будет нужно, Рэтси быстро поставит всех на ноги. У него же есть этот… противоалкогольный порошок.
— Да знаю я, — Лупо неуверенно прикоснулась к его волосам, осторожно поглаживая.
Только перед этим простодушным и добрым анимагеном она могла открыть своё истинное «я». Кано завоевал её сердце упорством и верой в неё саму. Его безграничная преданность и весёлый характер невольно зародили в ней симпатию, а позже и любовь. Хотя она и не умела так красиво выражать чувства, как остальные девушки, но Кано чувствовал её искренность за маской холода, и за это волчица любила его ещё больше.
— Кано… — она взяла его руку и положила себе на бедро.
Тот понял её без слов. В конце концов, даже по её взгляду он мог бы определить, чего она хочет. Рыжий беот вновь принял сидячее положение, обняв её и поцеловав в губы. Жёлтые глаза Лупо закрылись, а руки, нащупав язычок молнии его комбинезона, уже раздевали разгорячённого алкоголем пса. Стон сорвался с её губ, когда рука Кано коснулась нежного места, лаская и погружая пальцы внутрь.
— Я люблю тебя… — прошептала она, нетерпеливо скидывая одежду на пол.